Под крылышком у ректора - Кристина Юраш

Внезапно в дверь тут же распахнулась. И, кажется, с ноги.

- Ой, - опешил преподаватель по темным искусствам Убигейль, ввалившись по привычке без приглашения.

- А стучать не научили? – послышался спокойный голос ректора. Он так и не отпустил мою руку, хотя я хотела вырвать его и спрятать между коленями.

- Я по привычке, господин ректор,- произнес Убигейль. – Если бы я стучался в логово вампиров, то мы бы с вами не разговаривали. Это профессиональное.

Он смотрел на наши руки!

- Спасибо, господин ректор, - кивнула я, пряча коробочку так, чтобы ее не видели. – Я постараюсь оправдать ваше доверие! Я буду стараться еще сильнее!

- Я долго думал! Есть способ проверить! Я предлагаю устроить проверку всех студентов, - произнёс Убигейль. – Завтра собрать всех в главном зале и проверить! Я подготовлю все необходимое! Правда, выживают не все, но мы найдем чудовище!

- Спасибо. В письменном виде, - произнес Гелиад, пока Убигейль доставал мятый листы и протягивая их ректору.

- Я ознакомлюсь! – кивнул ректор, пока Убигейль смотрел на меня. – Напомни мне, какую нечисть ты взяла для научной работы?

- Г-г-горгулью, - кивнула я, понимая, что про вампиров пришлось бы писать трехтомник, а про горгулью – листов двадцать.

- Хорошо, хорошо, - Убигейль почесал шрам на щеке. – Послезавтра – последний срок!

- Да-да-да, - кивала я, видя, как за ним закрывается дверь. Фух!

- Потом принесешь мне, - усмехнулся ректор. – Я почитаю. Дальше что у нас со свиданием!

- Вы могли бы… рассказать что-нибудь про горгулий, - заметила я, глядя на его красивое лицо. Он положил бумагу и расписался. Бумага взмыла в воздух и свернулась трубочкой. «Пышь!», - документ исчез.

- Это – мой замок. А Магическая Академия всего лишь размещается здесь с моего согласия, - произнес ректор.

- А остальные горгульи тоже оживают? – спросила я, вспоминая, сколько их на крыше.

- По моему приказу, - произнес ректор, пока я с удивлением рассматривала стены. Значит, замок его.

- А сколько тебе лет?

- Двадцать шесть, - произнес Гелиад. – Столетий.

- Ой, - ужаснулась я, представляя такой долгий срок. – А ты родился горгульей?

- Нет, я родился маленькой феей! – усмехнулся ректор, как вдруг замялся… - Одну минуту! Смотрю я на тебя, и думаю. Что я забыл? А я забыл вытащить из штанов.

- Ой! – округлила глаза я.

- Чего смотришь? Ему там очень неудобно! – продолжил ректор, морщась.

- Ой, - мои глаза округлились еще сильней.

- Еще бы! Он там целый день к ноге льнет! – заметил ректор очень раздраженным голосом, засовывая руку в штаны.

Он отвернулся, а на ковер упал толстый лысый хвост.

- О…. – выдохнул ректор, закатывая глаза. – Какое наслаждение! Ты себе не представляешь!

- П-п-представляю, - кивнула я, совсем забыв про хвост.

- Итак, что у нас дальше по свиданию? – спросил он, глядя на меня. Хвост стелился за ним по ковру, а я смотрела на него так, словно видела в первый раз.

- А у всех горгулий хвост? – спросила я, понимая, что на чужие хвосты смотреть, наверное, не вежливо.

- Нет, не у всех, - усмехнулся ректор, взмахом руки зажигая старинный камин. – У некоторых их отбили при реставрации.

- Ничего себе, - вздохнула я, узнавая столько нового для своей научной работы. – Я так понимаю, что горгульи сделаны из камня? Это правда? И в книге было написано, что горгулью не сможет сожрать даже дракон!

- У тебя есть знакомый дракон, которого не жалко? – послышался голос. Теперь это почти напоминало свидание. Только если не думать о том, что это – моя научная работа.

- А горгульи… Они… То есть… - замялась я, вспоминая, как пишется научная работа. – Хорошо, у горгульи есть слабое место? Просто там есть такой вопрос!

- Вопрос поточнее! – приказал Гелиад, пока я думала, как бы это спросить.

- Хорошо, у горгулий есть враги? – спросила я, вспоминая про вражду оборотней и вампиров.

- Голуби, - сверкнул глазами Гелиад. – Маленькие пернатые твари со слабыми желудками!

- Хи, - прыснула я, глядя на огонь в камине.

- Еще вопросы? – спросил ректор, превращая свидание в собеседование.

- Ну, как бы… Погоди… Сейчас вспомню! – нервничала я, совсем забыв список вопросов. – Там … про…

«Размножение», - подсказывал мне листок. Вампиры могут размножаться укусами, оборотни создают стаи и семьи, а вот как дело обстоит у горгулий, я не знала.

- Про… - икнула я, глядя на время. Еще немного и «господин ректор». – Про … ну… вы поняли… Размножение…

Я крепко зажмурилась и сжала кулаки. Зато голос был тихий-тихий. Мне даже показалось, что меня не расслышат.

- Трением, - послышалась усмешка. – Камень о камень высекает искру любви…

- Понятно… - выдохнула я. – Наверное, я пойду! Спасибо вам за подарок. Я обещаю беречь его…

- Я тебе его поберегу! – сверкнул глазами ректор, пока я собиралась и направлялась в сторону двери. Стоило мне положить руку на ручку, как вдруг послышался голос:

- Ты ничего не забыла?

- Ой, - выдохнула я, замерев. Сколько раз я уже сегодня пытаюсь уйти из этого кабинета! Так, что я могла забыть! Все взяла! Коробочку взяла, кресло поставила на место… Или… Или, может, он про поцелуй? Ну да, в конце свидания обычно целуются!

- Точно ничего не забыла? – спросил ректор, а за спиной слышались его шаги.

- Вроде нет… - прошептала я, косясь на ректора.

- Хотел было поцеловать тебя, но нет, так нет! – усмехнулся ректор, а у меня внутри все оборвалось.

- Знаете! – вспылила я, краснея до корней волос. – А может я и вовсе не хотела, чтобы вы меня целовали! К тому же приличные девушки на первом свидании не целуются… и…

Полыхая, как факел я вылетела из кабинета, направляясь в свою комнату.

Подорожник вцепился в меня так, словно мы не виделись тысячу лет, а потом убежал в ванную. Я разделась и …

- Так это что за новости? – спросила я, видя, что подорожник нашел самый лучший горшок на свете. В белой керамической вазе сидел он, опустив корни в воду.

- Так, пусти! – попросила я, требуя временно уступить мне вазу.

Но подорожник отказался. Он сидел в туалете, не желая его никому отдавать. Мол, смотри, у тебя тут целая комната! А ты пристала к маленькому подорожнику, который нашел себе горшок с поливом. И вот как мне не стыдно?

- Так, дружочек, - потребовала я, понимая, что если я не объясню ребенку, что это – не ваза, то придется ходить в общественный туалет в конце коридора.