Наемники Судьбы - Юлия Федотова

Люди пытались сопротивляться. Тучи стрел поднимались в воздух. И отскакивали от драконьей брони, не оставляя следа. Отдельные стрелы ударяли между пластинами и застревали в толстой коже, совершенно не беспокоя чудовище. Тогда в ход пошли катапульты, но ядра их наносили городу куда больший ущерб, чем дракону, а зачастую падали на головы самих стрелков.

Полчаса бесчинствовало чудовище над Велнсом, сея гибель и разрушение, но вот наконец насытилось, развернулось и полетело восвояси.

– Пора! – скомандовала Меридит, глядя на приближающуюся тварь.

Четыре непривычно тяжелые, груженые стрелы ударили в черное драконье брюхо, но только одна из них, стрела Хельги, попала в цель под нужным углом и застряла под чешуей.

– Стрелки! – издевалась Энка. – Снайперы! Оберонова гвардия!

– Цель мелковата! – шутливо оправдывалась Меридит. – Обещали – с гору, а она всего-то с колокольню. Разве в такую козявку попадешь?

К счастью, одного попадания оказалось вполне достаточно. Хельги шел от камня к камню с уверенностью вампира учуявшего кровь.

Но никто не назвал бы этот путь приятным. Дракон, разумеется, не заботился о том, насколько удобно будет преследователям двигаться его маршрутом по земле. Им пришлось продираться сквозь лесные заросли, переправляться через овраги, сплошь заросшие крапивой, форсировать три речки вброд и одну – вплавь. На берегу последней они расстались с гномом и принцем – оба не умели плавать. С ними решено было оставить и Ильзу. Девушка плакала и сопротивлялась, сочиняя на ходу доказательства того, что ее участие в охоте на дракона совершенно необходимо. Она смирилась со своей горькой участью лишь после того, как утратившая терпение Энка заявила во всеуслышание, что на самом деле дракон тут ни при чем, просто Ильза влюбилась в Хельги и не желает с ним расставаться. Бедняжка залилась краской и буквально вынуждена была продемонстрировать девичью гордость.

Хельги тоже не был в восторге от маневра сильфиды, его смутила слишком бурная реакция Ильзы. Спригган отозвал сильфиду в сторонку и сказал возмущенно:

– Тебя послушаешь, так можно подумать, будто в меня влюбляются все подряд, невзирая на возраст и видовую принадлежность. Почему бы тебе ради разнообразия не переключиться на кого-нибудь еще?

– Например? – надменно спросила девица. – В кого здесь, по-твоему, можно влюбиться?

– Вообще-то с нами идут Аолен и Рагнар, – напомнил Хельги ядовито.

Энка посмотрела на него как на глупого.

– Какая же дура станет влюбляться в Рагнара и Аолена, если рядом имеешься ты? Рагнар, не в обиду ему будь сказано, страшный, как гоблин.

– Зато Аолен красивый!

Энка поморщилась с видом знатока.

– Он слишком уж правильный и безупречный. Женщинам такие не нравятся. К тому же ты все равно красивее.

Хельги разозлился. Слова Энки – девица прекрасно знала это – ему вовсе не льстили, даже наоборот. С его точки зрения, красота для наемника была качеством абсолютно лишним, тем более для бойца мужского пола. Пока он не стал сотником, ему случалось время от времени попадать в ситуации, оканчивавшиеся травмами и увечьями для некоторых. Хорошо, что они физически намного уступали ему. А если бы нет?!

– Эльфы, – сказал спригган назидательно, – самый красивый народ из ныне живущих. Говорят же «прекрасный, как эльф». Ни один спригган не может быть красивее эльфа. Просто у тебя извращенный вкус и ты ничего не смыслишь в красоте.

Девица пренебрежительно фыркнула. Уж о чем, о чем, а о красоте она судила профессионально.

Драконово логово обнаружилось ближе к вечеру. Отяжелевшая от обжорства тварь предпочла не обременять себя дальними перелетами и обосновалась в скальном массиве, тянувшемся к юго-востоку от русла Иткелена. Укрытием ей служила гигантская карстовая (по словам Хельги) пещера. Возможно следуя своей дурацкой привычке постоянно спорить, Энка взялась доказывать, что это никакая не карстовая пещера, а нора, вырытая драконом собственнолапно.

– В пещерах ты смыслишь еще меньше, чем в красоте! – выдал ей Хельги, изрядно удивив непосвященных свежестью сравнения.

– Ну что, идем внутрь? – предложила диса без всякого энтузиазма. Дракон храпел во сне. Визуально данный процесс выражался в клубах едкого дыма над устьем пещеры, акустически – в низком реве, вызывающем безотчетный ужас. Скала со спящим внутри драконом очень напоминала небольшой вулкан.

Сильфида опять была недовольна:

– Зачем лезть всей толпой? Разбудим его, и все. Одного будет вполне достаточно.

– И кто же станет этим «одним»? – осведомилась Меридит.

– А мы посчитаемся! – не растерялась Энка. – Становитесь-ка в кружочек!

Наверное, со стороны это выглядело забавно: пятеро грозных воинов выстроились кружочком у входа в драконье логово под звуки известной детской считалочки, приобретшей, увы, весьма зловещий смысл.

– Прямо-прямо-прямо, – декламировала Энка, – три ступеньки в яму. Там живет большой дракон, пусть тебя поджарит он!

Быть поджаренной выпало Меридит.

– Ты не могла выбрать другую считалку? – поморщилась девица. – Эта звучит как предзнаменование.

– А я другой не знаю. Иди-иди, не будь суеверной!

При слове «предзнаменование» Хельги побледнел и полез на скалу следом за дисой. Вид у него был отчаянный и непреклонный.

– А ты куда? – обернулась Меридит. Но увидела лицо Хельги и не стала возражать. В конце концов, она тоже не пустила бы напарника в пещеру одного, выпади ему жребий.

Наверху им улыбнулась удача. Обнаружился еще один вход в логово, боковой. В тоннеле свободно помещалось существо размером с дису, но не смогла бы пролезть даже драконья лапа. Конечно, если пукис проснется и пыхнет огнем, все содержимое этого пространства окажется уничтоженным. Зато можно не опасаться быть раздавленным тушей или сметенным хвостом сонного чудовища.

Они проползли больше половины пути, когда сзади послышался шорох. Энка лезла следом.

Зря они тратили время на считалку! Постепенно вся пятерка охотников скопилась в тоннеле.

– И чего приползли? – недовольно спрашивала Меридит.

– Не каждому воину выпадает удача хоть раз в жизни испытать себя в битве с драконом, – ответил Рагнар. – Вдруг у нас еще есть шанс? Негоже его упускать.

Меридит плюнула с досады:

– Ничего себе «удача»! Почему ты сразу не сказал, что сам хочешь биться с драконом. Мы бы предоставили тебе этот шанс с превеликим удовольствием. Терпеть не могу иметь дело с разной летучей скотиной!

– И вы вот так просто отказались бы от битвы, победа в которой прославит ваше имя на века?! – поразился рыцарь.

– Вот именно! – подтвердил Хельги. – Меньше всего нас беспокоит прославление собственных имен.