Вселенная Ехо. Том 2 - Макс Фрай

– Зачем мне тебя обманывать? – я пожал плечами. – Сам посуди: если все люди, которые населяли этот мир, не были знакомы друг с другом, почему бы не предположить, что боги тоже не успели перезнакомиться? В конце концов, вас тоже довольно много. К тому же эта кровожадная барышня и ее многочисленные коллеги были богами одного древнего и весьма загадочного народа, который жил за океаном, очень далеко от твоей вотчины. Я вообще не уверен, что они – такие же боги, как вы. Думаю, они – что-то совсем иное. Я воспользовался этим словом, поскольку так их называют в книжке, а другой информации у меня все равно нет. Будем просто считать, что эти ребята – совершенно непостижимые создания, к тому же обремененные причудливыми привычками, по большей части скверными. Если верить книге, эта зловещая дамочка, Тласольтеотль, с удовольствием лакомится экскрементами. Проще говоря, жрет дерьмо. Имейте в виду, если захотите пригласить ее на дружеский ужин.

Марлон Брандо неожиданно расхохотался.

– Не знаю, кто ты, гость, но с тобой стало гораздо веселее!

– Спасибо на добром слове, Паллада, – поклонился я.

– О, да тебе известно и мое имя, – нахмурился Марлон Брандо. – До сих пор чужие не узнавали меня в этом облике. А ты узнал.

– Как видишь, – я виновато развел руками. – Не бери в голову, просто я крупный специалист по чужим именам – за неимением собственного. Но вам ведь как раз требовался специалист такого профиля, правда?

– Ладно, предположим, что ты не хитришь, и поговорим о деле. Имена остальных убийц тебе тоже известны? – нетерпеливо спросил Один.

– А как же. Запоминай, отец скальдов. Или записывай, как сподручнее. Парня, который охотится на Ареса, зовут Кецалькоатль, что значит «змея, покрытая зелеными перьями». У него есть и другие имена: Зекатль – бог ветра, Шолотль – бог близнецов и чудовищ. Честно говоря, я уверен, что у него имеется еще пара тысяч прозваний, но в книжку они почему-то не попали. К Гермесу приходил Уицилопочтли. Его имя переводится как «колибри левой стороны». «Колибри» – это такая птичка, маленькая, как бабочка. Если вам интересно, имейте в виду: такие птички действительно существуют и живут за океаном. Можете слетать, полюбоваться на досуге. Так, что дальше? Ага. К Аполлону, Гефесту и Артемиде наведался Миктлантекутли, повелитель Миктлана, то есть подземного мира мертвых, коллега вашего Аида. Как, кстати, он поживает?

– Гадес? Понятия не имею. Когда мы виделись в последний раз, он напился как свинья и спал на берегу Стикса, – Один пренебрежительно пожал плечами и нетерпеливо спросил: – Ты ведь еще не закончил называть их имена, гость? Ты так и не сказал мне, кто убил Геру.

– Я еще много чего не сказал. Геру убил парень по имени Тескатлипока, что значит «дымящееся зеркало» – бог ночи, покровитель разбойников и колдунов, сеятель разногласий. Под именем Иоалла-Экатль он странствует ночью по улицам, разыскивая преступников, так что иногда этот парень – что-то вроде шерифа. К сожалению, его деятельность не ограничивается этой полезной профессией. Есть у него и другие имена: Ицтли – жертвенный нож; Чальчиутотолин – кровь жертвы; Ицтлаколиуки – звездный бог холода, льда и наказаний; Несауалипили – вы будете смеяться, покровитель банкетов; Тельпочтли – повелитель школ; Некокиаотль – бог-воин; Тепейотль – сердце гор… Крутой парень, правда? И разносторонний. Тем не менее, надеюсь, твоя руна сможет остановить и его, – я перевел дыхание и продолжил: – У Гелиоса побывал Шипе-Тотек – этот красавчик в куртке из содранной человеческой кожи. Между прочим, его имя дословно означает: «наш вождь ободранный», можете себе представить. К Деметре явилась барышня по имени Шилонен. Ну а к Зевсу приходил Тлалока, бог дождя и, между прочим, грома. Можно сказать, в некотором роде коллега вашего Громовержца. Ну вот, собственно, и все… Ах да, среди них еще есть одна милая барышня по имени Уиштосиуатль, богиня соли и соленых вод и по совместительству покровительница распутства. Близкая родственница ваших приятелей. Считается, что она старшая сестра Тлалоки и жена Миктлантекутли. Пока она охотится за мной, но ей может надоесть или родственники позовут на подмогу, так что твоим рунам, Один, не помешает узнать и ее имечко… На всякий случай запомни еще несколько имен: Тлоке-Науаке, он же Ипальнемоуане – самый загадочный из ацтекских богов, его имена переводятся, как «тот, кто содержит все в себе» или «тот, кем мы все живем», и никто не видел его изображений. Еще есть Шиутекутли – «владыка года», бог огня и вулканов; другие его имена: Цонкастли – «желтоволосый», Тота – «наш отец» и Уэуэтеотль – «очень старый бог». Мишкоатль – «белая облачная змея», богиня вод Чальчиутликуэ, бог солнца Тонатиу, Шиутекутли, Тласольтеотль, Чикомекоатль, Коатликуэ, Тлальтекутли, Ометекутли, Тонакетекутли, Тонакасиуатль – честно говоря, я понятия не имею, кто они такие. Но лучше бы рунам знать их имена. Мало ли…

Я немного порылся в энциклопедии напоследок и обнаружил там еще парочку персонажей.

– Чуть не забыл. Еще имеется некий Мецтли. Если верить книге, этот парень – бог луны. И Патекатль, бог опьяняющего напитка окли. Пока я не заметил, чтобы эти ребята крутились на вашей территории, но они из той же компании. Вот теперь, кажется, все.

Они смотрели на меня, чуть ли не распахнув рты. Черт, это было приятно: выступать в роли пророка в столь элитарном обществе!

– Я должен идти, – наконец сказал Один. – Не обессудь, что я не трачу время на изъявления благодарности, гость. Но я должен назвать эти имена своим рунам на всех амбах. Такое дело не терпит промедления. Враги могут нагрянуть в любой момент.

– Могут, – кивнул я. – А что касается благодарности, это дело как раз может подождать, хоть до конца времен.

– Не так уж долго, – мрачно усмехнулся Один. Встал, закутался в свой белоснежный плащ, на секунду замер в дверном проеме. – Я хотел бы застать тебя здесь, когда вернусь, гость, – торжественно объявил он. – Или в любое другое время, когда тебе заблагорассудится. До сих пор еще никому не случалось сетовать на мою неблагодарность.

– Спасибо, – улыбнулся я. – Я с радостью принимаю твое приглашение. Думаю, мне еще не раз «заблагорассудится». Мне у вас нравится.

– Спасибо на добром слове, – кивнул он, внимательно вглядываясь в мое лицо единственным глазом – ярко-голубым, как небо на открытках, рекламирующих средиземноморские курорты.

Потом Один ушел, и я остался наедине с Марлоном Брандо. То есть с Афиной. У меня по-прежнему в голове не укладывалось, что загорелый киноактер и прекрасная сероглазая женщина, которую я видел утром, – одно и то же существо.

– Тебе мешает мой облик, гость? – усмехнулся Марлон Брандо.

– Мешает, – честно признался я. – Но я переживу.

– Надеюсь, что переживешь, гость. Мертвых у нас и без тебя хватает.

Мы немного помолчали.

– Ты призрак, да? – неожиданно спросил Марлон Брандо.

– Что-то вроде этого. Вообще-то я почти уверен, что просто сплю и вижу увлекательный сон о том, как пришел сюда. Но подозреваю, что для тебя все происходит на самом деле, верно?