Дикий - Марина Кистяева

Мила улыбнулась в ответ.

– Вопрос с твоим воздействием на меня – решен. Его нет, что меня вполне устраивает. И у меня есть надежда на полноценный союз, поэтому в моих планах нет побега от тебя.

Она специально затронула тему их отношений. Ей очень важно было знать, что Дикий воспринимает её, как равноправного партнера, а не как красивую куклу, покорно раздвигающую ноги.

– Это хорошо, что нет, – его губы расплылись в хищной улыбке, от которой сладостная дрожь прошлась по телу Миланы. Она уже видела подобную улыбку. И знала, что та означает.

Более Дикий ничего не сказал. Навис над девушкой скалой.

Мила, выдержав его испытывающий, проникающий под кожу взгляд, откинулась на подушку.

Она не сомневалась – Ярослав к ней присоединится.

* * *

Серый и Рус прибыли в замок к Валгару через пару часов.

На сей раз мужской разговор был долгим, с обильным вливанием алкогольных напитков. Каждый из Ордена мог выпить по бутылке добротного шорского виски, захмелеть, но, если требовала ситуация, протрезветь мгновенно.

Валгар знал, что пах Меняющей. И ждал, что друзья отвесят пару шуточек по этому поводу. Так и вышло. Правда, шутки были окрашены в черный тон. Хотелось каждому въехать по лицу, сдерживался, прекрасно осознавая, что ссора перед ритуалом ни к чему. Да и не со зла они. Он и сам бы подтрунивал. Немного завидуя и непременно радуясь.

– Когда будем проводить ритуал?

Вопрос повис в воздухе.

– Чем быстрее, тем лучше.

Его поняли без лишних вопросов.

– Опасаешься за Меняющую Облик… Логично.

– Твои предложения, Дикий?

– Через сутки.

Рус кивнул.

– Суток будет достаточно, чтобы подготовиться.

Серый задумался:

– Народ, если у кого-то есть враги, стоит озадачиться.

– И подсуетиться, чтобы обезопаситься.

– Враги есть у каждого из нас. Лучше… изолировать их на проведение ритуала и на пару суток после него.

– Подключаем Псов?

– Да.

– Валгар, ты рискуешь вдвойне.

– Знаю.

– У тебя преемник. Лучшего случая, чтобы тебя убрать – не представится.

– Я доверяю Зету, – Валгар был готов к подобным вопросам и предостережениям. – И разберусь с мальчишкой. Он ещё не готов, чтобы рыпаться смещать меня. У него нет ментальных способностей. Уберет он меня, кто его готовить будет?

Валгар в отношении других членов Ордена не строил иллюзий. Они жили по уставу. Уходит один берсерк, на его место тотчас приходит другой. Их всегда должно быть четверо. Четыре стихии. Четыре части света. Ничего личного.

– Будь начеку и только.

Они разошлись, когда с гор спустилась темнота. Никто из прибывших гостей не пожелал провести ночь в замке Дикого. У каждого перед ритуалом возникли срочные дела. Ни у одного из них жизнь не была безоблачной, как могло показаться завистникам. Деньги, положение и ответственность. Порой основанная на собственной крови.

Ярослав вышел провожать друзей. Коротко попрощавшись, он, нахмурившись, смотрел, как вертолеты поднимаются в небо. Доминику он выделил своего пилота. Да, жалко было его парня.

Валгар, не задумываясь, порвет ещё с десяток перевертышей, если на то вынудят обстоятельства, лишь бы Милана была в безопасности.

И с ним.

При воспоминании о своей девочке, мирно спящей в его кровати после продолжительных сексуальных утех, тепло побежало по крови Дикого и сосредоточилось в паху. Он снова её хотел. Стоило вспомнить её роскошное тело с шикарными формами, как член поднимался помимо воли. И Ярославу это нравилось.

Не нравилось другое. Ритуал. И то, о чем промолчал каждый из них.

Что будет с Милой, если он погибнет во время проведения ритуала? Ни один из них не озвучил эту мысль вслух, но были случаи, когда берсерки отдавали слишком много крови и силы, и уже не поднимались, оставшись бездыханными лежать на пентаграмме в холодном склепе.

Дикий не зря привез Милану именно в этот замок. Тысячелетие назад здесь были сооружено множество каменных лабиринтов, расположенные глубоко под землей. Чтобы попасть в них и не сойти с ума, найти дорогу назад, ступивший на их плиты должен обладать определенными знаниями. Уметь читать иероглифы, знать потайные ходы. Стены хранили множество секретов. Они умели молчать.

Когда Ярослав впервые попал в замок вместе с Бархатом, он не мог надышаться. Казалось, до этого момента он и не подозревал, что воздух может быть столь сладким. Столь головокружительным. Что он может наполнять тебя невиданной силой, давать энергию. Ярослав часами сидел на плитах в коридорах лабиринта и дышал. Слушал. Впитывал в себя. Ему всё время казалось, что вот сейчас, именно в эту минуту случится нечто. Бархат молча наблюдал за преемником. Тот вел себя правильно. Он искал ответы на невысказанные вопросы, что будоражили его с раннего возраста.

И когда Дикий услышал голоса – не испугался. С ним разговаривали предки.

Именно в тот момент ему и передались ментальные способности берсерков.

Зет вел себя аналогично. Как только они прилетали в замок, становился молчаливым, замкнутым. Спускался вниз и сидел. Ждал.

Дикий был уверен – ждать ему оставалось недолго.

Хорошо это или плохо – неоднозначный момент.

Если Зет овладеет ментальными способностями в эти дни… Валгар сжал губы. Мальчишку ему будет жаль, но у него самого не будет выбора.

После того, как шум улетающих вертолётов поутих, Ярослав вернулся в замок и направился в спальню, где его ждала Милана. Он поднимался по лестнице, когда почувствовал странный, нереальный холод, исходящий от стен. Мужчина остановился. Что за черт! Осмотрелся. Никого нет. Ни одной живой души. Он не мог ошибиться, он бы непременно почувствовал, если бы кто-то стоял за спиной, вздумав его преследовать. Даже Псы, получив распоряжения, и помня, что произошло на площадке, старались держаться в стороне.

Тогда что?

Холод усилился.

Выругавшись, Ярослав ускорил шаг.

Ему необходимо попасть в спальню, пока…

Он не успел.

Туман накрыл его на последних ступенях.

На этот раз Валгар не потерял сознание, что было ещё более странным.

…Яр отчетливо понимал, что он по-прежнему находится на ступенях. Вот каменная кладка. Вот перила.

Нет Туманного Мира, где всё серо и безлико. Где существует лишь непонятный, пугающий даже его, зов.

Сейчас мужчина лишь видел, как плотное волокно Тумана надвигалось на него, окутывая.