Научите меня летать - Ольга Шерстобитова

– И как это понимать? – спросила Влада, обводя пространство вокруг рукой.

– Ты почему не сказала, что тебя в кладовку поселили? – не вытерпела Миранда, сердито смотря на меня.

– Мне брат такую взбучку сейчас устроил! Согласна, что справедливую, но, тьма возьми, Риана, почему ты нам не сказала, что с тобой творилось? – воскликнула Влада. Ее глаза рассерженно сверкали и казались огромными.

– И неужели ты думаешь, что мы бы не смогли остановить Лару и ее подружек? – спросил Рут, скидывая белый плащ и скрещивая руки на груди.

– Или мы тебе не друзья? – добавила Анель.

Вопросы так бурно посыпались на меня со всех сторон, что я устало села на кровать. Надо же, Эжен уже с сестрой обо мне поговорил. Когда успел-то?

– Влада, ты мне не нянька, – сказала я, прерывая поток возмущений. Но если я думала, что на этом разговор закончится, то ошиблась.

– А кто? Подруга? Так вот, Риана, подруги делятся своими проблемами! – сердито ответила она.

– А мы тебе тоже не друзья? – хором воскликнули остальные.

Я вздохнула. Посмотрела на сверкающую глазами Владу, на всегда кроткую, но сейчас явно рассерженную Миранду, на теребившую косу Анель и сосредоточенного Рута, явно размышляющего о чем-то нехорошем.

– У меня никогда не было друзей. Только брат. Мне сложно доверять людям. И я привыкла сама за себя решать, – тщательно подбирая слова, сказала я, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.

Повисла долгая тишина.

– Ты что, ревела? – всплеснула руками Миранда, оказываясь рядом.

Я кивнула. Не хотелось врать. Пусть знают, что я не всесильная.

– С ума сойти! – воскликнула Анель, взволнованно взмахивая руками. – И откуда ты такая взялась-то?

– Из Оленьего Рога, – отозвалась я, понимая, что друзья перестали сердиться и всего лишь сочувствуют.

– Ты там жила? – спросил Рут, отодвигая учебники на край стола и на него усаживаясь.

Комната у меня была небольшая. Одной жить – в самый раз, а для такой компании тут тесно. Единственный стул заняла Влада. Миранда и Анель уселись на кровать. Для светлого мага места уже не нашлось.

– Да. С Орасом.

– Это ее младший брат, – сказала Миранда, улыбаясь. – Он такой же светлый, как и вы с Анелью. Учится в школе света.

– Да помним мы, – хором отозвались брат с сестрой.

– А как ты сюда попала посреди учебного года?

– Братец мой постарался, – с ухмылкой отозвалась Влада.

– Чем насолила? – почему-то шепотом спросила Миранда, сверкая любопытством во взгляде.

– Да ничем. Это награда, – хихикнула волшебница.

– Награда? – удивленно переспросил Рут, переглядываясь с остальными. – Зубрить заклинания и просиживать вечера за учебниками? – Он взглядом указал на гору книг и густо исписанную стопку листов.

– Думаешь, лучше получать оплеухи за плохо отмытые чугунки? – спросила я.

– А…

– О прошлом своем говорить не хочу, – честно сказала я, прерывая поток вопросов.

– Ладно, – кивнули друзья.

– А за что награда-то? – спросил любопытный Рут.

– Она Эжену жизнь спасла.

Глаза у магов округлились. Еще бы! Чтобы человек спас темного мага – где такое видано. Это колдуны всегда спасали людей, защищали и помогали. Тем, кто не имеет дара, положено их бояться и выдумывать страшные сказки. Я отказалась так поступать. И теперь… Безродная сирота и темный маг – очаровательная парочка, если так со стороны посмотреть. На самом деле еще вопрос, кто кого из нас спасает.

– На брата враги напали, а она его, раненого, через весь зимний лес ночью волокла, – по полной заложила меня Влада. – И последний кусок хлеба ему отдавала в прямом смысле.

Слов у друзей долго не находилось, а потом… Поток вопросов и восторгов прервал голос директора Гарда, велевший всем студентам, преподавателям и служащим собраться в центральном зале.

– Что-то, похоже, случилось, – сказал Рут, натягивая плащ и поправляя взъерошенную макушку Анели.

Я подхватила учебники и пошла за ребятами. На месте сбора царил неимоверный шум. Мы пробрались поближе к центру, и я невольно вздрогнула. Убийственно красивый Эжен в темно-фиолетовом костюме и черном плаще стоял посреди зала. На лице и следа недосыпа не оказалось, чему я позавидовала. Рядом находился спокойный Гард, невозмутимо смотрящий на собирающихся студентов. Я поняла, что подобную картину уже видела. И только когда директор поднял руку, гул и шепотки моментально стихли.

– Ларатана Кнофул, Хелена Груус и Аруна Дерайне, на середину зала, – распорядился директор Академии света и тьмы.

Только не это.

Но девушки подчинились. Лара уверенной походкой и с легкой улыбкой вышла на середину, улыбнулась Эжену, чем, кажется, разозлила его еще больше. Другим-то, может, и незаметно, но я разглядела зелень в его глазах. Ее подружки занервничали, переглядываясь, и последовали за ней.

– Отчислены из Академии света и тьмы за нарушение основного правила и закона для учащихся – недопустимость неуважительного отношения к другим, – сказал ледяным голосом Эжен. – Запрет использовать магию на семь лет каждой. Ровно столько учеников подверглось побоям за полгода со стороны этой троицы.

Что? Семеро? Я не одна такая была?

Маги загудели. Неодобрительно.

– Мы можем поинтересоваться, кого именно…

– Нет, – оборвал Эжен голос из толпы. – Предупреждаю сразу, что, если подобное повторится, – обратился он к бледным Ларе, Хелене и Аруне, испуганно взиравшим на него, – навсегда лишитесь магии. Попробуете отомстить – я об этом узнаю.

Колдуньи даже не попытались возразить.

– У вас полчаса на сборы, – сказал директор Гард. – А остальные – завтракать и на занятия, которых никто не отменял.

В столовую ученики отправились, но есть никто не стал. Гул стоял, как в пчелином рое. Все обсуждали произошедшее. Я переглянулась с друзьями и направилась к столу раздачи. Взяла тарелку с кашей. И тут мне на поднос поставили блинчики с яблочным вареньем и положили хрустящий белый хлеб. Я в недоумении уставилась на столь щедрые дары.

– А? – Я развела руками, смотря на помощника повара.

– Распоряжение директора академии в отношении вас, – отозвался тот. – Не задерживайте очередь, пожалуйста.

Я прошла, села за свободный столик.

Чудеса! С чего директор Гард так расщедрился? Стоило подумать об этом, как на стол упал мешочек с деньгами. Я открыла, пересчитала. Десять золотых монет и короткая записка: «Эжен против». Значит, расплатиться мне за вещи не удалось. Вздохнула. Идти и выяснять отношения с темным магом не хотелось. Увидев, что друзья направляются ко мне, спрятала свою первую стипендию. После об этом подумаю. Не время сейчас.