Суровые будни невесты императора - Наталья Мазуркевич

– Да, госпожа Вия, – кивнул главный и первым покинул избу, запустив холодного ветра, который заставил Сайлейн закутаться в одеяло с головой.

Только когда последний из воинов ушел, девушка высунулась на свет божий.

– Вы демонесса? – задала она интересующий ее вопрос.

– Догадалась? – как-то слишком беззлобно поинтересовалась Вия, накрывая на стол.

– От вас пахнет, как… от папы, – предпочла сказать правду Сайлейн.

– Папы?

– Меня приняли в род, – пояснила девушка.

– И кто же такой оригинал? – улыбнулась Вия.

– Ресьян, – мечтательно прищурившись, ответила Сайлейн. При воспоминании о папе сердце предательски кольнуло, а улыбка сникла: заставила же она его волноваться.

– По… Повелитель? – переспросила Вия, бледнея.

– Да, – кивнула девочка.

– А твой… кхм… спутник знал о том, с кем связывается?

– Вероятно. Ему помогали. – Сайлейн нахмурилась, вспоминая. – Валисиана, она так назвалась. – Глиняная кружка в руках знахарки не выдержала давления. – С вами все хорошо?

– Да, все в порядке, – глядя куда-то в пустоту, ответила Вия. – А он… как он?

– Он? Папа? Он в порядке, переживает за меня, скорее всего, но жив, иначе я бы почувствовала.

– Он… женился?

– Нет. – Сайлейн грустно покачала головой. – Он никого не любит. Да, у него есть любовница, но… Он очень тоскует по кому-то… – По тому, как резко увеличился разрез глаз ее подопечной, Вия поняла, что сказка ее была рассказана совершенно зря. – Вы о нем говорили. О папе! И… это вас он вспоминает. Вы…

– Ты не должна ему говорить.

– Но…

– Пообещай.

– Но как же…

– Обещай мне!

– Хорошо.

– Я, Сайлейн Трис, обещаю, что ничего не скажу папе о вас.

– Хорошо, – облегченно выдохнула Вия. – А теперь ешь и избавь меня от своего общества. Оно навевает неприятные воспоминания.

– Да… – очень тихо ответила Сайлейн, сжав кулак так, что ногти впились в кожу. Нет, она не покажет своей радости. Имя хоть и было ее, но ведь у оборотницы не одно имя, а Вия, видно, давно уже не имела с ними дела, раз удовлетворилась простой клятвой. А ведь у Сайлейн еще столько масок. И все они – она, а значит… девушка улыбнулась, она постарается помочь.

Наскоро перекусив и одевшись в одолженную Вией шерстяную юбку, колготки, два свитера и шубку, натянув сапожки, Сайлейн предстала пред светлыми очами своих сопровождающих. Ее без лишних слов усадили в сани, укрыли меховым одеялом и отправились в путь, кивнув на прощанье знахарке.

Охрана с ней не говорила, впрочем, и сама девушка мало располагала к беседе: зарылась в мех и прикорнула. Вероятно, сильно вымоталась, раз уж и зверь предпочитал отдых любованию красотами. В случае же опасности… Зверь спит чутко, не чета человеку, и разбудит лучше во сто крат.

Дорога проходила спокойно, а потому девушка проспала до самого вечера, когда они подъехали к гостевому домику. На севере таких было в избытке. Каждый путник мог воспользоваться этим убежищем для ночлега. Теплым, с запасом еды, который периодически обновляли стражи, и безопасным.

– Помочь?

К девушке подошел, судя по всему, самый юный из ее охранников. Юноша, с тонкой, клинышком, бородкой. Он наклонился и протянул ей руку. Сайлейн приняла, благодарно кивнув.

– Мих, мы в дом, – нарушая все мыслимые правила, бросил самый молодой из компании.

– Грег, ты там осторожней…

– Да помню я, помню. Да и мать запретила. Так что не переживай, – рассмеялся тот, кого назвали Грегом, и уверенно повел за собой гостью. – Идем, чего застыла, никто тебя есть не будет. Не на что покушаться здесь. Еще не накушала достаточно.

Сайлейн облегченно фыркнула: такая манера поведения была ей знакома. Гортанские пограничники тоже к ней так относились: любили подкармливать и сетовали, что она остается худенькой. И откуда только сила берется, удивлялись они.

– Знакомиться давай, – предложил мужчина, скидывая на столик у порога шубу и водружая сверху шапку. Сайлейн последовала его примеру, вот только в отличие от северянина обувь снимать не стала – не привыкли ее ножки к местным холодным полам. А здесь они, как у Вии, не отапливались.

– Давайте, – пожала плечами девушка, следуя за охранником к столу.

Он был странный, стол, а не охранник, словно собранный из частей двух стволов, верхней – более широкой и тонкой и нижней – с локоть высотой и выщербленной внутри. По крайней мере, именно оттуда Грег принялся извлекать провизию. Еще до того, как было выложено мясо, Сайлейн уже знала о его наличии и мысленно облизывалась. Поймав ее плотоядный желтый взгляд, Грег, даже не разворачивая, отдал сверток и протянул нож с вилкой.

Пума довольно заурчала и благосклонно взглянула на мужчину, уходя вглубь. Еда была получена, а есть и хозяйка умеет.

– Вы ей понравились, – прокомментировала Сайлейн, обретая главенство над телом.

– Да? Польщен. – Грег заразительно рассмеялся и принялся раскладывать провизию.

Остальная охрана подтянулась попозже: им требовалось время на расседлывание лошадей. Когда же они вошли, Сайлейн с Грегом уступили им места за столом, сами перебравшись в соседнюю комнату, где им предстояло отдыхать.

Отлучившись и приведя себя в порядок, Сайлейн вернулась и застала Грега вальяжно развалившимся на кровати и снизу вверх взирающим на нее.

– Поговорим?

– Давайте.

– Давай, – поправил он.

– Давайте, – твердо произнесла Сайлейн и совершила личный подвиг: забралась на верх двухэтажной кровати, оставляя Грега внизу.

– Давайте так давайте, – обиженно протянул Грег. – И за что тебя к нам сослали?

– Сослали?

– Да. У Вии веселее живется, а она тебя к нам отправила. С матерью договорилась, вот и едем мы к нам.

– А ты не допускаешь мысли, что я сама попросила отправиться к вам? – Ради того, чтобы посмотреть на его лицо, Сайлейн даже чуть свесилась, но крепко уцепилась за бортик, чтобы в случае чего удержаться.

– Прячешься от кого-то? – дошло до мужчины. Хотя… какой он был мужчина. Лет двадцать, не больше. Молодое веселое лицо в обрамлении длинных темных волос, которые он распустил, стянув шнурок, без морщинок и шрамов, последнее особенно показательно, насмешливые серые глаза, прямой нос и выдающийся подбородок. – Насмотрелась?

Сайлейн прищурилась, недовольная, что ее интерес заметили. А ведь она из лучших побуждений, просто он ей Вильгельма напомнил, а помечтать о будущем муже – разве это плохо?

– Более чем. – Девушка отвернулась и вновь улеглась на кровать, глядя в потолок, до которого могла дотянуться рукой.