Побочный эффект - Алексей Фомичев

А поутру они проснулись!.. Блин, ну что мне глаза открыть пятью минутами позже? Но тут уж ничего не поделать. Организм потребовал свое, он главный. Я проморгался, глянул налево, где моя красотулечка лежала и… епона мать, такого мата с моего языка не слетало лет десять. С тех пор как в мою стоящую на обочине новенькую «тойоту» влетел придурок на древней «ладе».

Рядом со мной, вольготно развалившись, лежало страшилище, почище Бабы Яги! Один глаз (приоткрытый, кстати) зарос бельмом, рот кривой с заячьей губой, раззявлен, видны гнилые зубы. Лицо испещрено оспинами размером с копейку. Лоб низкий, челка редкая, одно ухо оттопырено, рубинового цвета. На левой щеке родимое пятно самой уродливой формы.

И эта голова из комнаты ужасов принадлежит обалденно сложенному телу! Все как в анекдоте – набросил платок на голову и е… сколько хочешь!

Меня пробрала дрожь, а потом бросило в жар! Как та молодка могла превратиться в это чудище? Не ослеп же я, не мог ошибиться!

Вскочил на ноги, прихватил одежду и хотел дать деру. И тут заметил, что неподалеку вповалку лежат несколько тел. Мужских. В грязной одежде, с пропитыми мятыми лицами, с диким амбре, исходящим от тел. А с другой стороны в объятиях какого-то тощего шкета моя давешняя молодка!

Реально, я думал, что еще сплю и вижу кошмар. Щипнул себя за руку, взвыл от боли, но ни уродина, ни пьяные мужики, ни красотка с пацаном не исчезли.

Первая мысль – спятил! Ничего смешного, от нервного напряжения, потрясения и дикой психологической нагрузки, что сопутствуют нам во время вояжа по чужому миру, вполне можно поехать умом. Хотя наши врачи утверждали, что мы здоровы как сто космонавтов.

Видимо, я слишком громко поминал чертей, потому как красотка зашевелилась, открыла глазки, хлопнула ими пару раз и увидела меня.

На лице – смесь досады и смущения. Типа, вот ведь все заметил. А что я заметил-то? Что за ерунда?

* * *

Уж не помню, как я подскочил к этой девице, как схватил за плечи и вскинул в воздух. Как орал, требуя объяснить, что тут происходит. Словом, слегка потерял контроль над собой. А это чревато тяжелыми последствиями. Когда боевая машина сходит с курса и не слушает управления – лучше рядом не стоять. Зашибет.

От моего крика проснулся сперва тощий крендель, потом уродина. Она его и спасла, кренделя то есть. Ибо тот решил проявить отвагу и стать героем. Посмертно.

Кинулся на меня, схватил за руку и с руганью потребовал отпустить девицу.

Ругань тут, кстати, так себе. С нашими заворотами рядом не стоит. Неразвита еще ненормативная лексика, мало слов и образов.

Но мне хватило и того, что он сказал и тем более что сделал. От одного удара его унесло к спящим мужикам. На одного он рухнул, второго придавил, третьему по лбу засветил ногой, четвертого боднул в живот головой. Пробудил, в общем.

Я, продолжая нести девицу на руках, пошел прямо на него, наступая на части тел мужиков. Те вяло возмущались и пробовали отползти. А щенок встал на четвереньки и, мотая головой, завыл. И лежать ему со сломанной шеей, но тут ко мне кинулась та уродина. Вереща хриплым голосом невесть что.

От вида этой… не к ночи будь помянута, а еще больше от голоса я и пришел в себя. Мелькнули кое-какие моменты прошедшей ночи и этот хрип на пике удовольствия. Честно, чуть не блеванул.

Отошел в сторону, поставил девицу на пол и потребовал ответа. Красотка сперва помялась, но видя, что мэор жутко недоволен, начала говорить.

Разок я отвлекался на мужиков. Они-де осерчали за избитого хлопца и полезли в кулачки. Вот кулачком я их и угостил. Один теперь зубы будет чистить в горсти и есть только мякиши, второй надолго потерял способность к воспроизводству. Остальные двое успели слинять. Счастливчики. Пара оплеух не в счет.

* * *

А все было проще пареной репы (кстати, местного деликатеса). Девица-красавица сама – третья дочь в семье. А тут такой же порядок, что и у нас был, – пока старшая замуж не выйдет, младшим сидеть сиднем. Только тут чуть изменены правила. В интересах младших.

Старшая может не выйти замуж, но должна родить, принести дитя в семью. Тогда и младшие испытают счастье замужества.

Но в семье девицы старшая – несчастная уродина. И родилась с пятнами, и дефектов выше крыши, и повитуха постаралась. Словом, такую не то что замуж, со двора не выпустишь. Хотя девка работящая, не дура (по местным меркам) и не вредная. Это тоже со слов сестрицы.

Разумеется, местные женихи обходили дом несчастной за километр. И за большую плату не соглашались обрюхатить ее. Городские и с окрестных поселений все знали о ней.

А вот заезжие не слышали. Отец и мать пытались подложить ее под торговцев, под слуг, но те, наверное, пили мало. Хотя столько и выпить нереально.

Словом, время шло, младшие дочери входили в возраст и мечтали о муже. А старшая все в девках. Местная религия о святом зачатии не слышала, так что никаких чудес не предусмотрела. Бабы рожали только от мужиков, никаких святых духов и прочих нюансов.

* * *

И тут как по заказу являемся мы! И я, как самый остроглазый, отмечаю молодицу. А та, к слову, честь девичью уже отдала заезжему торговцу, что в принципе не выглядело святотатством. Обычаи позволяли.

Заезжий дворянин местных дел не знает, скоро уедет – чем не кандидатура для разрешения давней проблемы? Молодица пошушукалась с сестрами и матерью (!) и их консилиум одобрил хитрый план. Чей именно, я так и не понял, но это не важно.

В сарай молодица меня привела, с пылом отдалась, а потом слиняла. Ее место заняла средняя сестра, у которой тоже кое-где свербило. Да, забыл сказать, лицом и фигурой все сестры под копирку. Ну, кроме старшей, понятно.

Вторая сестричка отработала на сто баллов, получила порцию удовольствия и освободила место для старшей. Рассудили девицы верно: мэор устал, в темноте да на ощупь разницы не заметит. Если старшая не будет говорить и целоваться.

И, мать их так, ведь угадали! Мне было не до подробностей, а мозг из-за оттока крови вообще не соображал. И что самое обидное, интуиция промолчала. Хотя нестыковки-то я отметил. Похотливый дурак!

Ладно, что теперь шуметь. В общем, оприходовал я всех трех и заснул. И не удержи я старшую рядом, сестрички поменялись бы снова и все шито-крыто. Но вышло, как вышло. И утром я обнаружил сущий кошмар вместо красавицы.

* * *

Но если думаете, что это все, то ошибаетесь.

Пьянчуги, перебрав лишнего, не нашли ничего лучше, как залечь в том же сарае. Им все равно где падать, а наши охи-вздохи им не мешали. А младшая сестренка успела привести своего вздыхателя и покуролесить еще и с ним. Это когда я уже спал и не слышал ничего.

Надо понять мое состояние: первая молодица – блядь блядью, в сарае отряд зрителей, а под боком Баба Яга! И добавить перспективу отцовства, зная, что родится нечто непонятное.