Тэйла. Принцесса на неделю - Елена Каламацкая

— С Тианом он с детства дружит, а с Бироном они в академии познакомились. Кто ж тебя учиться отпустит? У тебя там балы, шмотки… — хлюпая носом, размышлял Кузя.

— А я ему как спою… тирану… — и, забыв, что они не одни, из желания утешить малыша, девушка, неожиданно для всех, запела, как оперная дива, привстав на стременах и выставив одну руку перед собой.

Старый муж, грозный муж,

Режь меня, жги меня.

Я тверда, не боюсь

Ни ножа, ни огня!

Подданные королевы Ледонии от неожиданности открыли рты, наверное, из солидарности. Шон с Бертом захлопали в ладоши и потребовали продолжения.

— Ага! То есть, это весёлая песня? — обратилась к детям девушка, — ну, буду знать, что петь вам на ночь! Короля вам, значит жалко, а меня хоть режь, хоть жги?

Дети, отреагировавшие скорее на неожиданное исполнение, чем на слова, скуксились и готовы были заплакать, но не успели. Начинающийся слезоразлив предотвратила Карра, с шумом и треском, как всегда, свалившаяся на отряд лохматым комком, видимо, по принципу — на кого бог пошлёт! Повезло страшному и ужасному, вернее, не повезло его плечу, на которое приземлилась ворона, и заорала:

— Кор-рми! — потом только огляделась и оценила обстановку.

Король невозмутимо, словно орущая ворона на плече — обычное дело, поморщился то ли от шума, то ли от острых когтей, впившихся в тело, но пассажирку не сбросил, и обратился к супруге:

— Продолжайте, Ваше Величество, что там про старого мужа? В чём там суть?

Тэйла покачала головой, вот ведь, запомнил… что хотел, и решила идти до конца, чего уж теперь?

— Это песня — крик души к мужу-тирану, который не разрешает жене учиться!

Рыцари хохотнули, а Карра покосилась одним глазом на предполагаемого тирана, клювом поправила ему прядку волос, выбившуюся из причёски, угнездилась поудобнее и сказала:

— Интер-ресно! Пр-росим, пр-росим!

Девушка немного подумала над словами (прости, Пушкин!), и, приняв театральную позу, допела.

Я учиться хочу,

Ведь учение свет.

Ах, зачем мне балы

Коли знания нет?

Королева во всём

Быть примером должна!

Буду первая я -

Дипломированная!

Оперную диву осыпали аплодисментами и возгласами одобрения, но ей было важно мнение только одного человека. Который молчал, как партизан на допросе, поглаживая млеющую под тяжёлой дланью тирана птицу. Поэтому Тэйла обратилась именно к ней, обходя вниманием задумавшегося Даниона:

— Что скажешь, Каррочка?

— А? — открыла глаза ворона, — О! Бр-раво! Пр-рекр-расно! Когда будем жрр… Вр-ремя обеда! Пр-ривал!

Так и не услышав мнение супруга, но надеясь, что семена упали на благодатную почву, королева согласилась с птицей — пора отдохнуть.

Лекс вывел отряд к маленькому, журчащему прозрачной водой роднику, и девушка с удовольствием спрыгнула с коня на зелёную полянку.

Ландшафт изменился, деревья-великаны остались позади, а здесь росли привычные для земного человека ёлки и берёзы. Тэйла решила размять ноги, и пошла по течению маленького ручейка, созданного небольшим ключом, лекторским тоном вещая своему домовому, что из таких вот мест и начинаются великие реки. Ближе к воде трава поднималась выше пояса. Тэйла шла, как корабль по широким волнам, раздвигая руками шёлковую зелень, и мурлыкала под нос: "Мы плывём на льдине, как на бригантине", одновременно выясняя у Кузи, знакомы ли этому миру айсберги, вулканы, торнадо и прочие неприятности. Оказалось, что ничто земное этому миру не чуждо.

Королеве нравилось, что за ней не ходят хвостом телохранители, никто не нарушает её уединения, и не потому, что им безразлично, а потому, что маленький домовой сумел убедить короля в своей незаменимости.

С тихим шелестом трава послушно прогибалась под руками. Вдруг пальцы наткнулись на что-то холодное и живое! От неожиданности девушка подпрыгнула на месте.

— Ахалай-махалай! — непроизвольно применив любимое "заклинание" мэтра Бирона и держась за сердце, Тэйла смотрела на маленького коричнево-зелёного старичка с длинной бородой, одетого в просторный балахон цвета хаки.

— Ты кто?

— Так Ахалай-махалай же, госпожа! Мне нравится это имя! — сверкнул белозубой улыбкой дед, — спасибо! Я болотник, поприветствовать тебя пришёл, и имя себе нашёл! Здравствуй, хозяйка!

Довольная нечисть сумбурно благодарила, кланялась и шевелила бородой.

— Ну, ёлки-палки…

Тэйла рассмеялась. Способность нечисти заставать врасплох и захватывать первые попавшиеся имена умиляла и подталкивала на шалости.

— Болотник, стой здесь и не исчезай, я тебя с хорошим человеком познакомлю, — предупредила девушка и крикнула в сторону лагеря, — мэтр Бирон, можно вас на пару слов?

Через минуту маг уже пробирался по зарослям, внимательно выискивая взглядом опасность.

— Познакомьтесь, мэтр, — махнула рукой королева.

Проследив взглядом в указанном направлении, мужчина выдохнул:

— Ахалай-махалай!

— Ишь, ты! Откуда меня знаешь? На болоте моём бывал? — обрадовался дедок, заваливая вопросами так и не закрывшего рот мага.

— Вот, мэтр, теперь будете знать, как выглядит ваш Ахалай-махалай! — наставительно сказала девушка остолбеневшему учёному и расхохоталась.

Тэйла сидела в траве и не могла успокоиться, объясняя сквозь смех Кузе, что её коллекция идиотских имён пополнилась самым неожиданным образом. Следующий видящий чокнется, пытаясь понять логику предшественницы!

Домовой сунул в руки хозяйке горячую кружку со свежезаваренной малисой, велел выпить и прийти в себя.

— Кузя, я тебя так люблю, — призналась девушка, отхлёбывая по глоточку вкусный напиток и проводя рукой над светловолосой головой, словно поглаживая эфемерное существо.

— За чай? — уплотняясь на коленях хозяйки, чтобы ей было удобнее, спросил домовёнок.

— Дурачок, — ласково сказала Тэйла. — За заботу!

Король посмотрел вслед убежавшему Бирону, и решил не оставаться в неведении, а самолично убедиться, что с Тэйлой всё в порядке. Пройдя несколько метров по высокой траве, Данион нашёл Её Величество занятой важным делом — заплетанием косичек маленькому куклёнышу. Неподалёку обнаружился и мэтр, оживлённо что-то обсуждающий со странным созданием.

— О! Ваше Величество! — обернулся сияющий улыбкой маг, — это болотник, он может двигать болота!

— Ахалай-махалай! — удивился Данион.

— Меня знает сам король! — хвастливо подбоченился дед.

Стоило королеве ступить на поляну, как мальчишки обхватили её с двух сторон и стали делиться своими детскими наблюдениями. У Жокара уже был готов обед и все расселись вокруг догорающего костра.