Хроники Пустоши - Алексей Бобл

Он попал в глаз – зазубренный плоский наконечник вошел глубоко, брызнуло что-то густое, светло-зеленое. От пронзительного шипения ящера заложило уши. Копье вырвало из рук, манис споткнулся и врезался башкой в ил. Кочевник с криком вылетел из седла.

Повозка раскачивалась, скрипели оси. Лишившийся оружия Туран крепко держался за прутья. Едва не зацепившись колесами за борт, мимо промчалась мотоциклетка с коляской. Морз, выпрямившись во весь рост и вопя во всю глотку, стрелял из револьверов, и почти каждая пуля находила цель – кочевники вокруг машины выпадали из седел. Некоторые ящеры после этого останавливались, другие продолжали бежать, бешено шипя.

Людоеды почти взяли мотоциклетку в кольцо, когда водитель, вывернув руль, направил ее в сторону. В спину ему вонзились дротики. Мотоциклетка вильнула, наскочила колесом на бугор. Водитель свалился на окаменевший ил. Рулевая вилка завихляла; Морз попытался удержаться на сиденье, но машину крутануло, и он вылетел из коляски, уронив один револьвер. Упал, кувыркаясь, размахивая руками, прокатился по илу, вскочил – и еле успел отпрыгнуть из-под ног потерявшего седока ящера.

Откинув полу куртки, Морз начал стрелять. Повозка быстро удалялась от него вместе с остальными машинами каравана. Туран приник к прутьям в задней части клетки.

Морза окружили. Выстрелами он выбил из седел нескольких кочевников, потом на него набросили сеть, но бандит умудрился вспороть ее ножом и выскользнуть. На четвереньках проскочив между ног ящеров, он рванулся прочь в тот момент, когда Кромвель, Макота и другие бандиты дали залп. Еще несколько кочевников упали. Это позволило Морзу оторваться от преследователей.

«Панч», опередив на два корпуса ближайшую машину, возглавил караван. Следом катили повозка Турана и два мотофургона – с цистерной и с телегами, на которых в клетках выли мутанты. Позади тарахтел мотоцикл Лехи, пробитое переднее колесо его вихляло – того и гляди отлетит.

Неровный строй наездников догонял Морза. Он закричал, размахивая ножом и револьвером.

– …меня! – донеслось сквозь грохот и рев. – Возьмите…

Мотоцикл затормозил. Леха нажал на клаксон, махнул Морзу, нервно газуя на месте, то и дело оглядываясь. Страх придал беглецу сил – он понесся, как молодой сайгак.

И споткнулся.

Морз сумел не упасть, но Леха не выдержал – ударил ногой по переключателю скоростей и выкрутил до отказа газ. Взревел двигатель, мотоцикл рванулся вперед, обдав Морза фонтаном грязи. Взмахнув руками, бандит полетел в ил. Поднялся на колени – на лице его было отчаяние. Он повернулся. Кочевники мчались, размахивая копьями, один раскручивал над головой ловчую сеть. Морз посмотрел на удаляющиеся машины. На кочевников. Никто не целился в него духовыми трубками – и он понимал, что это значит. Они не хотят есть отравленное мясо…

Морз посмотрел в небо, сжал револьвер обеими руками, сунул ствол в рот и выстрелил.

Крючок что-то крикнул – Туран не разобрал. Морз упал в ил. Один кочевник соскочил с маниса возле мертвого тела, остальные бросились дальше.

Наездники догоняли повозку. Щелкнул выстрел – и пуля разворотила грудь рослого кочевника. Он выпал из седла, нога застряла в стремени, манис потащил хозяина за собой.

Из раскрытых лючков на бортах «Панча» торчали стволы, сверкали вспышки выстрелов. Макота, сидя на крыше «Панча», целился в толпу людоедов. В зубах его была трубка. Атаман плавно выжал спусковой крючок, ружье дернулось, окутав Макоту облачком пороховых газов, которое тут же унес ветер.

Мотофургон с повозками на прицепе почти обогнал телегу, Туран хорошо видел Кромвеля, стоящего на клетке, и пятнистого мутанта внутри. Сразу два кочевника прыгнули на их повозку. Один тут же слетел обратно, когда Кромвель выстрелил ему в грудь, а второй вцепился в ногу охотника и рванул так, что тот свалился на телегу. Кочевник занес над ним дубинку, и тогда заросшие густой шерстью ручищи ухватили его сзади. Мутант, щерясь, притянул воющего от ужаса кочевника к клетке, вдавил в прутья спиной и затылком, обхватил покрепче за голову, рванул – и сломал шею. Труп повис в руках пятнистого, который победно взревел.

Крючок, намотав вожжи на кулак, треснул шестом маниса по хребту, и повозка круто повернула, объезжая широкую расселину. Наведя обрез на патлатого детину с украшенной татуировками рожей, бандит выстрелил. Стволы выплюнули сноп огня – кочевника сбросило со спины ящера. Крючок опять повернул маниса, и Туран вскочил, держась за прутья.

Прямо впереди поблескивала в лучах солнца гладь Соленого озера. Над нею стояли дома на сваях, соединенные понтонами и мостками, которые вели к Кораблю.

Кочевники заголосили – яростный клич заглушил звуки выстрелов и шум двигателей. Они упускали добычу.

«Панч» сшиб бампером нескольких наездников, проехав по телам, накренился на повороте. Макота покатился по крыше, бросил ружье и вцепился в крышку люка, но не выпустил из зубов трубку. Грузовик вырвался далеко вперед, берег был уже совсем близко, хотя до Корабля надо было еще доехать. Под его бортом поблескивали на солнце две узкие металлические полоски – аппарели, которые под крутым углом вели с мостков к дыре в ржавом боку Корабля.

Едва не опрокинувшись, «Панч» развернулся бортом к преследователям и встал у въезда на мостки. Из всех лючков в борту разом грохнули выстрелы. Взлетели облачка дыма, и пули проредили строй кочевников, окружавших другие машины. Макота лежал, вцепившись в крышку люка. Поля соломенной шляпы пронзили два дротика, третий торчал из тульи.

На линию огня вынесло мотофургон с топливной цистерной. За ним вылетел другой, с телегами, где стояли клетки мутантов, на прицепе.

Выстрелы из «Панча» прекратились – бандиты опасались, что подожгут цистерну с топливом. Под прикрытием самохода и цистерны кочевники ринулись вперед, нагоняя последнюю мотоциклетку, мотоцикл с пробитым колесом и повозку Турана.

Больше десятка людоедов почти одновременно выстрелили из духовых трубок по грузовику. Дротики застучали по борту, некоторые угодили внутрь – оттуда донеслись вопли.

Макота решил, что сохранить свои машины – хорошо, но сохранить свою жизнь – еще лучше. Он отполз назад, сбросил ноги в люк, повис на краю и спрыгнул, вопя:

– Ходу, ходу!

Механик Захар, сидящий за рулем грузовика, не глушил двигатель – «Панч» сразу поехал, грузно разворачиваясь. Под колесами застонали доски, мосток просел, но выдержал вес тяжелой машины. Следом катили мотофургоны.

Повозка с Тураном подлетела к мосткам. Надвинулась черно-рыжая громада Корабля, заслонила полнеба. Свайные домики казались на его фоне игрушечными.

Берег озера никто не охранял. Люди, высыпавшие из домиков впереди, спокойно наблюдали за погоней. Никто из местных не был вооружен, Туран не заметил ни одного ствола, направленного на незваных гостей. Он вспомнил: проводник говорил, что кочевники в этих места бывают нечасто. Возможно, между ними и корабельщиками договор: не вмешиваться в дела друг друга.