Дискорама - Алекс Орлов

— Похоже на кожух… Защитный кожух!

— Теплее, Джек, теплее, — улыбался Тильгаузен. — Но куда годятся такие небольшие защитные кожухи, Джек, тем более что их два?

— На гранатометы? — неуверенно произнес Джек.

— На гранатометы! Правильно! Вот тут впереди еще будут шторки, так что твои гранатометы на ушах «таргара» будут закрыты, и никакие пули и осколки им теперь не страшны! Можешь смело атаковать арконов!

— Здорово, Берт! — воскликнул Джек, и они снова обнялись. Джек уже прикидывал, какие выгоды сулит эта доработка, и вспомнил, как нервничал, атакуя противника, который бил по нему из бортовых крупнокалиберных пулеметов. Тогда лишь чудо спасало его от детонации, а теперь будет спасать прозорливый гений Берта Тильгаузена.

— Ой, а что это такое? — спросил Джек, услышав звук, который стал заглушать шум электромолотков, точильных кругов и особенно шумных клепальных автоматов.

— Так, ё-мое, это же «середняк» с нашим десантом возвращается, как я мог забыть?!

И они выскочили из ангара, как и три десятка механиков, побросавших работу и вышедших встретить боевую смену.

52

«Середняк» заходил со стороны солнца, и никто, кроме Джека, не заметил, что из-под сорванного люка под левым шасси вырывается пламя и белый, перемежающийся зелеными искрами, дым.

— Пожарный расчет на площадку! Четвертая степень опасности! — заорал Джек, действуя как автомат.

Услышав команду, дюжина механиков, составлявших две пожарные команды, рванулись к стеллажам, и через десять секунд по двору техпарка зазмеились рукава шлангов, а на пожарных столбах взревели пенные генераторы.

Пена ударила в землю задолго до посадки геликоптера, но пилоты с облегчением перевели дух — их проблемы видели и их встречали.

— На одном моторе идет! — закричал кто-то позади Джека.

«На одном», — согласился тот, видя, как болтает корпус транспорта от нехватки тяги.

Геликоптер жестко ударился о землю, его чуть повело в сторону, но пилоты вовремя сбросили обороты, и ошметки пены взлетели в воздух, когда пенные генераторы дали полную мощность.

Гора пены быстро затопила геликоптер до половины, потом генераторы отключились, и стало видно, что возгорание ликвидировано.

Не испугавшись растекавшейся жижи, Джек сам полез под днище и лично убедился, что очаги погашены, а заодно обнаружил, что корпус вертолета продырявлен в нескольких местах и обшивка сильно посечена осколками.

После этого Джек выбрался из-под транспорта и перевел дух.

— Эй, я тебя совсем потерял! — услышал он голос военфельдшера Брикса. — Я уж думал, ты снова пропал, разве можно так пугать своего дока?

— Извините, док, вы так хорошо меня починили, что я уже в полном порядке.

В этот момент стали размыкаться замки, высвобождая боевые машины из зажимов.

Первым, короткими шажками, из-под брюха десантной машины выбрался «чино», на котором не было живого места. Он был весь покрыт ссадинами от осколков и подпалинами от взрывчатки, однако его навесная броня осталась целой.

За ним показался «гасс». На нем обнаружились две подпалины, и обе оказались следами от бронебойных снарядов. Щит навесной брони был расколот в двух местах, тем не менее «гасс» вышел своим ходом, без дыма и хромоты.

Третьим показался «грей». Этот не пострадал совсем, но больше других был разукрашен травяным соком, остатками веток и кустарников, оставивших в его узлах целые букеты.

Из кабины геликоптера выбрались два пилота и пошли по опадавшей пене, исследуя корпус машины. Тем временем прибывшие с задания роботы встали на разгрузку, опустили кабины, и их пилоты выбрались наружу.

Джек не ошибся, заранее угадав всех троих — это были капитан Хольмер, капралы Подольский и Баркли.

— О, сам Джек Стентон пожаловал! — закричал Хольмер и, подбежав к Джеку, так крепко обнял его, что у того затрещали ребра.

Капитан был трезв, глаза его горели, однако выглядел он осунувшимся — задание выдалось не из легких.

— Спасибо, что потушили нас, думал, сгорим…

— Мы сразу увидели пробоины и дым, сэр, поэтому выдали пенный шторм…

— Как же я рад тебя видеть, приятель. Док говорил, что ты слаб, я думал, дня три еще проваляешься, а ты уже нас встречаешь! Ну разве не праздник?!

Капитан посторонился, давая Джеку обняться с Баркли и Подольским.

— Рад видеть тебя, парень. Это награда тем, кто верил в тебя, — сказал Баркли, и Джек заметил, что у него, как и у Берта, на глазах заблестели слезы.

— Да ладно, тоже мне подвиг. Вот вы — молодцы и, судя по состоянию коробок, вернулись из горячего переплета.

— Эй, служба, разбегайся, мы взлетать будем! — крикнул в окошко кабины пилот «середняка» и запустил единственную уцелевшую турбину.

Публика попятилась и стала прятаться — размоченное в пене масло было пострашнее любой грязи.

53

Возбужденно жестикулируя и перебивая друг друга, Джек, капитан Хольмер, Баркли и Подольский дошли до казармы роты, где встретили лейтенанта Хирша.

— Опа-на! Вся компания в сборе! Джек, я думал, ты еще спишь, народ в казарме гоняю, чтобы не топали, а ты уже в порядке?

— Да он нас встречал, Тедди! — сказал капитан Хольмер. — Показал себя молодцом, нырял в противопожарную пену и ничего не боялся. Он в полном порядке!

— А вы-то как?

— Пойдем ко мне, там разберем все по полочкам.

— Но… вы же помните, сэр, что… — начал было Хирш, напоминая об их с капитаном договоренности о сухом законе.

— Да что ты меня как щенка мордой в дерьмо тычешь? Все я помню! Вот ты скажи мне — Джек здесь?

— Здесь.

— Значит, все в порядке. Ладно, пойдем, а то так и будешь в окошко подглядывать, я тебя знаю, — пробурчал капитан и, оттолкнув Хирша, пошел к офицерскому блоку, увлекая за собой остальных.

— Да когда я такое делал?! — воскликнул обиженный Хирш, догоняя их уже на крыльце блока.

— Пойдем в кубрик, там разберемся, — ответил ком-роты и, прошагав по коридору, толкнул дверь и вошел в свое обиталище.

— Вот, смотрите, как живет ваш командир! — воскликнул он, снимая куртку и швыряя ее на вешалку. — Располагайтесь, камрады, сегодня я никого не укушу.

— А точно? — спросил Хирш, входя и закрывая дверь.

— Тедди, как всегда, подшучивает над командиром…

— Я просто хочу быть уверен, сэр.

— Иди в жопу! Так, капралы, чувствовать себя как дома, а то дам в морду.

— Уже чувствуем, сэр, — заверил Баркли и расстегнул комбинезон.

Подольский снял шнурованные ботинки и, распахнув нижний ящик шкафа, нашел пару тапок.