Гибель Богов-2. Книга шестая. Прошедшая вечность - Ник Перумов

– Тебе это тоже не нравится? – вполголоса проговорил воитель коню.

Жеребец поглядел на Хагена фиолетовым глазом и согласно всхрапнул.

Третий раз. Это уже не случайность, не может быть случайностью.

Но как? Ученик Хедина ощутил бы наброшенное на него заклятие, привлекающее хищников Межреальности, представляющее его лёгкой добычей. Да и то сказать – пока что никого по-настоящему опасного на его пути не оказалось.

До сего момента.

Хаген не колебался. Решительно натянул поводья и двинулся в обход залитой клубящимся туманом низменности. Он давно уже не тот, что ищет победы в каждой схватке, зачастую бессмысленной.

Умеющий ходить между мирами всегда проложит новую дорогу там, где упёрлась в тупик или замкнулась в петлю старая.

Туман и ложбина остались по левую руку. Хаген настойчиво толкал коня противосолонь, обходя странное препятствие.

Правда, пробивать тропу становилось всё труднее – ощущение, словно бредёшь по грудь в вязкой тине. Так бывает, когда кто-то настойчиво пытается тебя остановить.

Глаза Хагена опасно сузились. Это будет интересно; давненько перед ним не оказывалось равного противника. Порученное Учителем он выполнял старательно, понимая, отчего тот возложил на него ношу легче действительных его сил, – Хаген не бессмертен, Познавший Тьму может лишь обманывать время, продлевая и продлевая жизнь своему ученику.

И для этого хединсейскому тану надлежало пребывать вдалеке, в поистине волшебном месте, таком как Долина Магов. Тамошние обитатели, сами того не зная, устроились очень подходяще; и даже когда по трусости переместили Долину куда подальше от угрозы вторжения козлоногих, то – наверное, инстинктивно – вновь выбрали место, как нельзя лучше подходящее для задуманного Учителем.

Но сейчас, так или иначе, ему нужно пройти. И он пройдёт.

Под копытами жеребца начала разворачиваться тропа, однако медленно и словно бы нехотя. Разворачивалась и сразу же гасла за спиной, не держалась; и всё время норовила свернуть влево, уткнуться в волны сизой мглы.

После того как пришлось в четвёртый раз исправлять её путь, Хаген не выдержал. Слез с седла, выдернул меч и осторожно зашагал к краю оврага, тотчас же придвинувшемуся с жадной готовностью.

Кто там прячется – уже не так важно. Межреальность огромна, никто не похвастается, что знает наперечёт всех её обитателей. Куда важнее, кто дерзнул шутить шутки с ним, Хагеном, таном Хединсея (тан – он тан навсегда).

Ученик Хедина застыл на краю заполненной туманом котловины. Велика… и всё растёт. Торчат над волнами мглы руки-ветки живого леса, словно затопленного половодьем, и кто-то беспрестанно снуёт, шмыгает, шевелится – там, под непроглядным одеялом клубящейся хмари.

Снуёт и шмыгает, но наверх благоразумно не лезет.

«Ну и не лезьте, не нужны вы мне здесь».

Хаген никогда не считал себя «чародеем». Его путь изменён Зерном Судьбы, и способности пришли с этим изменением. Сейчас же он настойчиво искал, кто же направил ищеек на его след, направил так ловко, что на нём самом не повисло ни одного следящего заклинания.

Это трудно – как сотворить такое, так и отыскать сотворившего. А труднее всего – не дать ему узнать, что ты его разыскиваешь.

Посмотрим, кто кого.

Коротким ударом Хаген вогнал меч прямо себе под ноги. Отступил на шаг и приготовился.

Вонзённый в ткань Межреальности меч сперва оставался неподвижен, затем слабо дрогнул несколько раз, по лезвию вверх от острия к эфесу бежали алые струйки, словно кровь.

У каждого, кто сам способен пересекать пространство между мирами, есть свой собственный магический запах, как есть запах обычный у всякого зверя или человека. На него можно навести, притравить по нему, но и этого не сделаешь так просто. Надо знать, на кого притравливаешь своих тварей; надо точно знать, кто кроется под личиной целителя Динтры.

Рассуждения эти Хагену с каждой минутой нравились всё меньше и меньше.

Учитель отправил его в Долину во многом и потому, что знал: на этот лакомый кусочек, подобно мухам на мёд, неизбежно слетятся всякого рода авантюристы наподобие Сильвии Нагваль, с Хаосом в крови или же без него. Явятся изгнанные короли, алчущие трона младшие дети правителей, не пройдут мимо разнообразные искатели приключений – маги Долины протаптывали тропы через Межреальность во многие близкие миры, так что по ним мог путешествовать даже не слишком опытный чародей.

Именно так добирались до знаменитой Академии её студенты и студентки.

Самый разный народ мог шастать в Долину и из неё, но кто мог догадаться о том, кто скрывается под личиной Динтры, если это оказалось не по зубам самому мессиру Архимагу?

Или он, Хаген, даёт себе увлечься лишь одной стороной дела, одним привычным обстоятельством? А что, если никто не засылал никаких прознатчиков в Долину, никто не накидывал на него никаких чар, а он столкнулся с чем-то совершенно новым, необычным и непонятным?..

Такое ведь тоже случалось. Взять хоть ту же Войну Ангелов. Никто не верил, а она взяла и произошла…

Меч подрагивал, вокруг эфеса сгустилось облачко алых капель. Хаген искал следы чужого взгляда, чужих чар и ничего не находил.

Наконец он со злостью выдернул меч, красные капельки разлетелись в разные стороны, словно стайка мошкары.

Простое, понятное и известное не сработало. Чары, полученные когда-то от Учителя и усовершенствованные за долгие годы в Долине, оказались бессильны. Всё в порядке, уверяли они, а Хаген знал наверняка, что нет, всё далеко не в порядке.

Заклятия не лгали, они просто больше не годились. В Упорядоченном появился тот, кто играючи или не очень, но обошёл, обманул чары, сотворённые Истинным Магом.

Хаген не сел в седло, и тропа Междумирья больше не разворачивалась перед ним. Ученик Познавшего Тьму повёл плечом, махнул для пробы пару раз мечом и, не оглядываясь, зашагал прямиком в заполнивший котловину густой сизый туман.

* * *

– Это здесь, господа маги.

Мир лежал под ними, укрытый густым облачным покрывалом. Там, похоже, всё серое, мглистое, туманное. И сырое. Скорее всего – сырое.

Сильвия невольно вспомнила Радугу. Красный Арк традиционно считался «мастерами огня», хотя сырости в подземельях это не убавляло. О других же орденах и говорить не приходилось. Мокрицы, ползающие по стенам, плесень, темновые грибы и прочие прелести.

«Почему я вспоминаю эту чушь? Мне надо думать, чтобы никто из моего воинства не разбежался, не исключая и Гильдию Боевых Магов. Эвон, как Эмплада опять зыркает; её б воля, точно всадила бы мне огнешар в спину».

Клара-то Хюммель, та уж наверняка бы всадила… Хорошо всё-таки, что она убралась из Долины куда подальше, в какие места – Сильвия и знать не желала.

Никаких порталов и нахоженных троп – отряд пробирался к миру-цели глухими окольными путями, лишь самую малость меняя им направления. Недоумения нарастали, Сильвии пришлось гаркнуть, что, мол, тут засели те, кто давным-давно следит за Долиной, подсматривает и подслушивает и кто знает, что они там способны учуять?.. Может, даже супружескую измену достопочтенных чародеев и чародеек!