Скандал в вампирском семействе - Юлия Набокова

До подъезда оставалось шагов десять, когда нам под ноги рванула мелкая вертлявая собачонка и принялась заливисто меня облаивать. Да-да, моська, тебя тоже не обманешь, ты же чуешь за версту. Поэтому я уже сто лет не могу себе позволить завести ни котенка, ни щеночка. Даже самая голодная и облезлая уличная кошка не соблазнится куском колбасы из моих рук, а предпочтет забиться в подвал и шипеть на меня оттуда.

— Пшла! — Я попыталась легонько оттолкнуть собачку носком.

— Бася, Бася! — резанул по ушам тонкий девичий голосок. — Куда ты убежала?!

А вот и владелица собачки, фигуристая блондиночка, мчится на полном ходу, желтый шарфик на ветру развевается.

— Бася! Басенька! Не бойтесь, она вас не тронет!

Я со смешком покосилась на заливающуюся лаем моську размером чуть побольше кошки. Да уж, хозяйка свою Басю мнит как минимум волкодавом, способным наводить ужас на прохожих.

— Бася, да что же ты!.. — приготовилась отчитать собачонку блондиночка, как вдруг уставилась на бессознательного Кобылкина и воскликнула: — Олег?!

Вот ведь подлость какая! Только свидетельницы нам не хватало!

Не успела я и слова молвить, как она оттеснила меня от студента, поддержала его за локоть и, заглядывая в лицо, запричитала:

— Олежек, что с тобой? Олежек?

К счастью, хоть собачонка, успокоенная близостью хозяйки, заткнулась. Только глядела на меня волком, словно предупреждала — только сунься к моей хозяйке, загрызу!

— Девушка, — гаркнул Макс, — да не трясите вы его! Не видите — перебрал он.

— Но он же совсем не пьет! — Блондиночка в удивлении захлопала накрашенными синими ресничками.

— Вы его плохо знаете, — злорадно пояснила я.

Девушка взглянула на меня с неожиданной ревностью и отчеканила:

— Между прочим, я его знаю как никто другой. Мы с ним в один детский сад ходили и на одной площадке живем!

— Леночка? — оживилась я. Так вот ты какая, домовитая хозяюшка с пирожками!

— Откуда вы меня знаете? — насторожилась она.

— Как же вас не знать, когда он нам все уши прожужжал про ваши знаменитые пирожки!

— Правда? — Леночка зарделась и застенчиво улыбнулась.

— Даже слюнки потекли — так вкусно рассказывал! — поддержал Макс. — А теперь, извините, — он ловко перехватил студента, стряхивая с его руки Леночку, — нам нужно доставить Олежку домой.

— Я провожу! — засуетилась Леночка.

Девушка довела нас до квартиры и помогла открыть дверь ключами, которые Макс нашел в кармане куртки Кобылкина.

— А родители-то его где? — пропыхтел Макс, перетаскивая студента через порог.

— Отец с ними давно не живет, — пояснила Леночка, ловко снимая с Кобылкина кроссовки.

То-то я вижу, что парню мозги некому вправить…

— А мать с дочкой к родственнице на юбилей уехали, — продолжила Леночка. — Скоро вернутся.

Лена показала, где диван, и заботливо накрыла студента одеялом. Мне оставалось только поражаться, куда глядели глаза Кобылкина, когда он втрескался в свою Батори. Вон же невеста какая замечательная! Кровь с молоком, не то что эта вяленая вобла-готесса. И пирожки печет, и с мужа пылинки сдувать будет. Нет, студента, конечно, понять можно. Охотничий инстинкт никто не отменял. И мужики всегда будут гоняться за неприступными сердцеедками, которые от них нос воротят. Пока не поумнеют и не научатся ценить таких вот домашних заботливых Леночек. Вся беда в том, что к тому времени Леночек уже окольцовывают те, кто поумнел раньше. Ну ничего, я студенту мозги уже вправила, чтобы о Батори своей забыл. Остался последний штришок…

Я послала мысленный импульс, и Кобылкин, вытянувшийся на диване, открыл глаза. Вовремя гипноз начал отходить. Леночка как раз одеяло ему под бок подоткнула и нависла над ним во всей красе своего бюста, упакованного в модную велюровую кофточку.

— Лена? — пролепетал он, фокусируя взгляд.

Готова поспорить, сейчас он взглянул на соседку другими глазами.

— Пойдем, — я потянула Макса в коридор, — не будем им мешать.

Бася проводила меня настороженным взглядом и тявкнула на прощание. Тише, дурочка! Весь романтический момент испортишь!

В лифте я сказала примолкшему Максу:

— С ним все будет хорошо. С ним и с ней. Правда, хорошая пара получилась?

— А как же Батори? — тихо спросил Макс. — Ведь если она снова решит покончить с собой, его уже не будет рядом.

— Ее уже не спасти, — помрачнела я.

— Но ты бы тоже могла загипнотизировать ее, — возразил Макс, — чтобы она забыла Герасима, чтобы ушла из готов, чтобы влюбилась в простого парня!

— Не могла бы. — Я покачала головой. — Между Кобылкиным и Батори огромная разница. Для него увлечение готикой было игрой, для нее это — стиль жизнь. Им двигала любовь, а в Батори этого нет.

— Но ведь она любила Герасима! — не сдавался племянник.

— Макс, ты видел фотографию Герасима? — рассерженно возразила я. — Как думаешь, молоденькая девчонка могла в такого «красавца» влюбиться? То-то. Она любила в Герасиме воплощение смерти, и для нее стать вампиром — значит нести погибель другим, — отрубила я, выходя из лифта. — Для Кобылкина стать вампиром — значит спасти любимую, придать ее жизни новый смысл. Разницу чувствуешь?

— И все же он чуть не совершил убийство, — угрюмо напомнил Макс.

— Но ведь не совершил же. — Я пожала плечами и толкнула входную дверь. — Вот найдем того, кто это сделал, с ним и будем разбираться.

Порыв ветра отбросил волосы с лица, а Макс торопливо застегнул куртку. Ну да, он же у нас пока теплокровный.

— А как быть с тем, что он знает о вампирах? — спросил племянник.

— Это уже не проблема. Я немного подредактировала его воспоминания.

— Он забудет обо всем?

— Слишком много событий, такое забыть нельзя. И насильно из памяти не вытеснишь. Но я подправила его память так, что он будет считать все, что связано с Герасимом и с сегодняшней ночью, просто снами. Яркими, пугающе реальными, но всего лишь снами. А сны имеют обыкновение быстро забываться.

— Но как быть с остальными готами? — заволновался Макс. — Им же все известно о вампирах?

— Им известно о Герасиме, а не о нас, — поправила я. — Так что пусть живут.

Я махнула рукой проезжающему «хаммеру» — как его только занесло в такую глушь?

— Не остановится, — заметил Макс.

Я усмехнулась. Куда денется? Я слишком устала за сегодня, чтобы искать такси. Придется немножко надавить на случайного водителя, чтобы он забыл о том, что торопится домой, и согласился отвезти нас на другой конец Москвы.