Пепельный свет - Андрей Ливадный

– Ты хочешь сказать, что Киб не сумел распознать их? – уточнил Антон.

Дайк нахмурился.

– Киб обработал изображение каждого квадратного сантиметра инопланетной станции! Ты же понимаешь, существует ряд характерных признаков, ну хотя бы оружейные порты, внешние антенны, в тех или иных вариациях технических решений без них не обойтись! Но ничего подобного обнаружить не удалось!

«Спорное утверждение, – подумал Антон, взглянув на усталое лицо кибернетика. – То, чего нет снаружи, можно разместить внутри, под защитой только кажущегося монолитным корпуса». Антон прекрасно понимал, что Дайк проделал титаническую работу, и отсутствие результата – не его вина.

– Чем сейчас занят Киб? – спросил он.

– Ищет аналогии среди различных технических решений. Ему нужно хоть за что-то зацепиться. Сложно делать выводы, основываясь лишь на визуальной информации! В конце концов, что мы предлагаем ему проанализировать? Геометрию поверхностей пространственной конструкции? В формах обшивки нет аналогии даже с Н-объектами.

– А сфера?

– Похоже, что она является прототипом Н-объектов, – оживился Дайк, – но это мое личное мнение. Кибу не хватает данных сканирования.

– Что ты предлагаешь?

– Нужно действовать решительнее. Провести структурный анализ объектов. Мое мнение – начинать следует со сферы. Уровень разрушения ее обшивки позволяет предположить, что для изучения понадобится минимальная мощность сканеров. – Он взглянул на командира и добавил: – Антон, мы топчемся на месте. Пора брать инициативу в свои руки. Как только в систему вернется армада Н-объектов, мы вновь будем связаны их численным превосходством!

– Хорошо, Дайк, я учту твое мнение, – ответил Антон. – О решении сообщу. До связи.

Командир вновь повернулся к рабочим панелям информатория. Сюда стекались данные, полученные от дрейфующих в пространстве микрозондов, но было очевидно, что этот тип аппаратов исчерпал свои возможности.

Взгляд Антона переместился дальше, к объемной панораме системы пяти звезд. С каким напряжением и надеждой всего сутки назад они всматривались в схожее изображение, провожая взглядами удаляющуюся искорку первого зонда, рассчитывая на контакт с иным разумом! Антон был уверен, что станция ответит, неважно, каким способом, но исполинская конструкция молчала, надменно следуя по орбите, не излучая ни радиосигналов, ни световых волн, ни иных энергетических полей. Артем оказался прав – попытка установить контакт была проигнорирована.

И что нам осталось? Одно из двух: либо покинуть систему, расписавшись в собственном бессилии, либо пойти на риск, еще раз переступив рамки делегированных Землей полномочий.

Начать активную разведку инопланетных конструкций? Рискованный, но логичный в сложившейся ситуации шаг. Хотя, кто знает, быть может, таинственные обитатели станции только и ждут, пока земной корабль проявит активность, продемонстрирует намерения? Как отреагируют они на проникающее сканирование?

Ответ мог дать только опыт. Антон прекрасно понимал, что увести «Арго», не испробовав все способы установления контакта, он не сможет, а сомнения вызваны лишь мерой ответственности командира за жизни членов экипажа.

Тишину информатория внезапно нарушил мелодичный звук, сопровождающий бесшумное скольжение дверных створок.

Антон оглянулся. На пороге стояла Эллис.

* * *

Эллис казалось, что за две недели, прошедшие со дня ее пробуждения, она успела прожить еще одну жизнь.

Множество событий, спрессованных в коротком отрезке времени, захлестнули ее, будто стремительный горный поток, увлекая в стремнину, не давая опомниться. Первые дни уже помнились смутно, словно она прожила их в ином измерении, сосуществуя параллельно остальным членам экипажа. Ее сознание постепенно, по крохам, возвращало ощущение реальности, внутренняя борьба хоть и протекала болезненно, но приобрела смысл, относительно мучительного процесса выживания в пустых отсеках разрушенного «Антея».

Исчезла безысходность одиночества, и это в корне меняло ее мировосприятие.

Пятеро членов экипажа «Арго» стали для Эллис самыми близкими людьми во всей Вселенной. Она видела, как им трудно. Они сражались. Сражались с собой, с армадой Н-объектов, с надменным молчанием инопланетной базы, с неизвестностью, она чувствовала их напряжение, понимала причины скованности фраз, полного отсутствия обычных, ничего не значащих разговоров или воспоминаний – астронавты словно забыли о той жизни, что была у каждого до старта «Арго», но Эллис искренне верила: мы вернемся, и наши души снова оттают после соприкосновения с ледяной бездной дальнего космоса…

Особое место в ее мыслях занимал Антон.

Командир «Арго» стал первым, чье лицо она увидела, очнувшись от беспробудного, ледяного сна, он поддержал ее в критические минуты, протянул руку, не дал снова остаться наедине с собой, и она невольно потянулась к Антону, как робкий побег тянется к источнику тепла и света.

«Какой была его жизнь в колонии Новой Земли?» – спрашивала себя Эллис, и сознание рисовало ей спартанский быт орбитальных станций, одиночество, изматывающую, постоянную борьбу за крохи отвоеванной у негостеприимных планет территории, потери…

Все происходило стремительно, несвоевременно, но что Эллис могла поделать с острыми, горячими, пробуждающимися в ней чувствами? Слабый голос рассудка тонул в желании увидеть Антона, быть рядом, невзирая на предельное напряжение ситуации.

– Устал? – спросила она, подходя к его креслу.

Антон в первое мгновение не нашелся что ответить.

Ее вопрос показался риторическим, затем он мысленно представил себя со стороны: напряженный, отвыкший от обыкновенных проявлений человеческого участия, от слов, не относящихся к понятиям «космос», «Н-объект», «инопланетная база»…

Антону пришлось совершить усилие, чтобы на миг оттолкнуть проблемы текущего момента, взглянуть на Эллис, увидеть, как сильно изменилась она за последние дни, заметить, что ее черты оттаяли, взгляд ожил, в нем больше не читалось выражение потерянности, отчужденности.

– Извини. Задумался. Как ты?

Эллис села в соседнее кресло, обежала взглядом ряды информационных экранов, повернулась, взглянув на Антона.

Из глубин души рвались другие слова, но обстановка информатория заставила ее сдержать эмоции.

– Антон, а что если инопланетная база принимает сигнал, но не в состоянии дешифровать его? – внезапно спросила она.

Он нахмурился.

– Не знаю. У тебя есть предложения?

– Кое-какие мысли, – ответила Эллис. – Мы постоянно говорим об инопланетном разуме, но где гарантия, что на борту станции есть живые мыслящие существа? Что, если перед нами полностью автоматическая конструкция, а среди ее компонентов попросту нет устройства, способного адекватно отреагировать на программу контакта или на сам факт появления искусственно созданного аппарата иной космической расы?