Боевой разворот. И-16 для «попаданца» - Александр Самохвалов

Впрочем, наша «птичка» тоже… совсем не ласточка уже. Мотор сбоит все сильнее. Тоже – водяного охлаждения[111]. Сейчас все масло выгонит… или воду из системы… потом заклинится – и бум отдыхать. А внизу леса, леса… приятной посадки, джентльмен и леди. Наденька из последних сил тянет вверх. Вдруг мотор как обрезало. Тихо-тихо стало. Слышно, как по ветру полощутся обрывки перкаля на покалеченной плоскости и подвывает поток сквозь свежие дыры. Планируем, впрочем, просто великолепно, и аэродром уже виден… Внизу лес стелется под крыло сплошными зелеными полосами… Все ближе… Неужто дотянем? Удар по верхушкам деревьев, колесами – это ничего, машина тяжелая, проломится, не У-2, чай… Опа – сели. Намана! Некоторое время просто сидим по своим кабинам. Такое все ж таки пережить надо. По опыту знаю. Как-то осознать. Что живы и умирать не собираемся. Пока. Конструкция потрескивает жалобно, из смердящего горелым движка что-то капает и журчит… Не горючка, судя по запаху.

– Вот это да! Как мы их! – Это Надежда.

– Ну ты даешь, – восхищенно, на женщин комплиментов не надо жалеть никогда, особенно заслуженных, – прям Чкалов женска полу.

– А то ж! Меня сама Полина Осипенко[112]учила. Лучшей была. В ее звене!

Кто такая Осипенка эта самая – не припомню. У каждого времени свои герои. Но на всякий случай хмыкнул. Понимающе одобрительно.

– Как успела-то? Ну, в Пинск?

– Раком об косяк, – лыбится. – В полку помнили все, кто я и что я, а пилоты нужны были, чтоб все перегнать, вот я и подсуетилась. Туда на У-2 пассажиром, а там этот… старый знакомый. Ну, потопали, хва рассиживать!

Галантно помогаю спуститься с крыла – дама! Не возражает. Так вот все они. Как что, так равноправие, а ежели что персонально приятное – так сразу ну его на… Навстречу технари варежки разинули. Потом один из них, Петр Иваныч, кажется, – на гнома похож, вроде Петровича, специально, что ли, их отбирают, не то выводят в питомниках, – кинулся вторую машину прогревать. Петровича, впрочем, не видно. Умотал уже. С салажонком тем. Соображает…

Как подошли, валькирия моя, не забыв, разумеется, красиво вильнуть аппетитными ягодицами, сразу, как само собой разумеется, уселась в кабину того, что с прогретым движком, и одним взглядом – умеет! – подозвала к себе. Муж у нее точно на побегушках был. Впрочем, кто знает. Не с моим опытом семейной жизни об этом судить. Нулевым. Подхожу, взбираюсь на крыло, наклоняюсь. Приятно дохнуло разгоряченным женским телом и какими-то травами не то цветами. Без духов. Кайф. Объясняю про «як». В общем, все просто. Особенно по сравнению с «ишаком». Скорости разве что повыше, и у крыла механизация[113]какая-никакая, а имеется. К тому же, как выяснилось, РЛЭ таки успела почитать. Ну и что, что секретно? Перед таким взглядом одним какому нормальному мужику устоять возможно… Даже и спрашивать не стал, как да что. Тем временем, пока суд да дело, прилетели У-2. Втроем, но один определенно отжил уже свой летный век. Тянется за ним что-то нехорошее… Масло, наверное. Бензин давно горел бы уже. Движку, однако, капец. С гарантией.

Оттуда подходят так и не представившийся, не то что не проставившийся, капитан, с ним еще один и старлей в придачу. Цвет полка, полагаю. Шагнув навстречу, докладываю капитану. Фамилию не удосужился – пусть так и будет, пилот Надежда. И так понятно. Всем. Капитан только усом покрутил. Недовольно. Связываться не решился. Надо думать, характер известен. Насчет той пары «худых», опять же, осознал. Как выяснилось, останная шестерка таки по их души шла. Но – парадокс – сцепилась с «чайками». Сразу. По У-2 лишь походя эдак прошлись. Вообще, странное что-то творится. «Мессеры» за истребителями-бипланами гоняются, как с цепи сорвамшись. Что И-15, что И-153. Стоит завидеть – все бросают и туда. Причем, говорят, по всей Белоруссии так. И не только. Народ в ВВС РККА, конечно, большей частью отчаянный[114], и то сумневаться начал… Ладно, с этим феноменом как-нибудь потом разберемся. Если оно будет, это потом. «Миги», кстати, забрать собираются. В ПВО Москвы. Ага, связь, значитца, заработала. Много раз убеждался в том, что обычно не к добру это. Когда с вышестоящим. Начальством. Эдик уже улетел на своем, остальные ждут пилотов, прилетят на Ли-2 или еще чем подходящем.

Целые У-2 улетели уже. Капитан скомандовал технарям подпалить сдохлый и наш Р-5. С сомнением посмотрел на оставшиеся «яки». Пара всего. Еще один на запчасти пошел. Догорел уже. Затараторил технарям:

– Эти оставляем покамест, значит, час ждете, по часам, сейчас сколько – ага, 9:33, вот, значит, если ровно через час никого, в смысле, на У-2, то поджигаете и на «полуторке» в Пинск, вдвоем, «полуторка» есть? Есть! Час ждете, не больше, понятно?