Ученица чародея - Хельга Блум

Кулинарное искусство сродни волшебству. Я словно ворожу, выбирая ингредиенты, смешивая их, измельчая, заваривая, настаивая, приправляя специями по рецептам из древних кулинарных книг.

Гадание — всего лишь способ открыть то, что тебе уже известно.

Джоанн Харрис, Шоколад.

Я смотрела в потолок. Он был белый и ровный. Хороший потолок. Может, перевернуться на левый бок? Вдруг так получится уснуть? Нет, не помогло… Считать овец? Говорят, помогает… Одна овца, две овцы, три… Интересно, мой шарф из овечьей шерсти остался дома или я его все-таки взяла, когда перебиралась в дом чародея? Конечно, он мне в ближайшее время не понадобится, но все же зима близко…

Нет, я же овец считала! На чем я остановилась? Ах, да! Четыре овцы, пять… Интересно, как там Эля и Эмма? Все ли у них хорошо? Нет-нет, не буду думать о сестрах, они взрослые и самостоятельные девушки, а  отсюда я все равно ничего помочь им не могу, так что переживать смысла нет.

Всё, я так больше не могу! Если уснуть не получается, будем действовать иначе. Пойду прогуляюсь. В конце концов, не так уж часто судьба заносит меня в самые настоящие замки самых настоящих лордов.

Начать я решила с библиотеки: во-первых, там наверняка можно найти что-нибудь интересное почитать на ночь, а во-вторых, дорогу в библиотеку я помню хорошо. Конечно, есть еще риск нарваться на существо, которое поселилось в замке, но… Не знаю, как это объяснить, но я чувствую, что оно не причинит мне вреда. Это интуиция, о которой так часто говорит Атрей, или самое обыкновенное отсутствие здравого смысла?.. В любом случае, я решила рискнуть, даже если это глупо.

Поспешно одевшись, выскользнула за дверь. Коридор пуст и тих. Светильники отбрасывают причудливые тени. Шаги приглушенным эхом отражаются от холодных равнодушных стен. Так, в библиотеку нужно повернуть направо, налево, потом еще раз налево?

После пары поворотов стало понятно, что уверенность была преждевременна. Без карты тут не обойтись. Ну и ладно, все равно прогулка получается интересной.

Совершенно случайно в одном из боковых коридоров я наткнулась на галерею с портретами семьи лорда Хартманна. Надо же, как любопытно. Перехожу от портрета к портрету. Марк так похож на свою мать, симпатичную женщину  с красивой улыбкой. Художнику удалось передать веселый огонек в ее глазах. С полотна она смотрит так, словно готова в любой момент отпустить веселую шутку и сама же над ней посмеяться.

Закончив с картинами, бесшумно двигаюсь дальше. Забавно, брожу здесь уже не меньше получаса и все еще никого не встретила. Замок пустынен и тих, словно зачарован какой-то волшебницей. С другой стороны, время позднее и все порядочные люди уже спят, только я брожу, как привидение.

Свернув еще пару раз, выхожу к узкой лестнице, явно предназначенной для слуг. Спускаюсь. Тихонько толкаю изъеденную временем, но все еще прочную и основательную дубовую дверь, которая бесшумно отворилась и явила моему взору озаренную теплым светом кухню.

Среди рядов начищенных кастрюль и сковородок, в полном одиночестве стоит высокий худощавый мужчина в черном фартуке, колдует над маленьким сотейником, пыхтящим на плите. Человек поднял голову и смерил меня внимательным взглядом. Я не могу определить его возраст по внешности. Пожалуй, этот человек из той категории людей, которым одновременно может быть и тридцать, и сорок, и даже пятьдесят лет. Темные волосы слегка тронуты сединой, суровое лицо не выдает никаких эмоций, узкие губы сжаты в тонкую нить, темно-карие глаза смотрят одновременно внимательно и равнодушно. Наконец, словно удовлетворившись осмотром, он выдаёт вердикт:

- Горячий шоколад с кардамоном, имбирём и звездчатым анисом. Это очевидно.

Занятно, но в этот момент он похож на какое-то светило медицины, только что вынесшее диагноз.

- Что, простите?

- Достаньте маленькую кастрюльку и налейте туда молока! - ответил он, уже не глядя на меня. Все внимание его вновь поглощено сотейником.