Мой личный демон - Юлия Эллисон

— Дей, ты у себя? — спросил Рен, вновь постучав и заставив меня отвлечься.

Тихо выдохнув, я встал и пошёл открывать ему дверь.

— Привет! — Он был в отличном настроении. — Что смотришь?

Вытянув шею, друг бросил взгляд на экран, но там толком ничего не было понятно. Виднелась лишь спина женщины и часть большой кровати, к столбикам которой был привязан её мужчина.

— Да так, ничего… — пробормотал я, стремительно краснея.

«Надо вовремя всё выключать», — понял про себя, хотя и было слишком поздно.

Госпожа сдержала обещание, дав мне доступ к нужным каналам, отчего я который день только и делал, что смотрел ролики, запоминал увиденное и пытался понять, что именно от меня требовалось.

— Не помню такого фильма. Скажешь название? Поищу у себя в фильмотеке. Не люблю смотреть с середины, — затараторил Рен, буквально излучая энтузиазм.

Вздохнув, я поспешно выключил экран.

— Название не помню, да и сюжет ни о чём. Смотрел затем, чтобы убить время… А ты разве уже освободился? — Посмотрев на него, я принял заинтересованный вид.

— Занятия закончились, и свободного времени стало гораздо больше. Осталось пройти ещё несколько консультаций и… — сделав многозначительную паузу, друг счастливо улыбнулся, — экзамены и выпуск. А дальше я уже стану мужем!

«Мне бы его позитив. Хотя… Если всё пройдёт хорошо, то и моя жизнь должна сложиться счастливо, пусть и не без определённых нюансов», — подумал я и искоса посмотрел на выключенный экран.

— Не боишься экзаменов? — спросил у Рена, чтобы не молчать.

— Волнение есть, конечно, — ответил он, потягиваясь и, кажется, не заостряя внимания на моём маневре с «фильмом», что было хорошо. — Но я уже столько раз всё прочитал и зазубрил, что весь материал расскажу, хоть ночью подними. Самое главное, не упасть в обморок на экзамене от волнения. Всё остальное ерунда.

Я улыбнулся. Мои экзамены обещали быть куда страшнее, чем простые вопросы. Мне требовалось выложиться полностью и, как минимум, победить учителя в поединке. Только вот главная проблема была в том, что одержать над ним верх следовало без крови.

— Ты справишься. — Попытавшись подбодрить Рена, я помолчал и осторожно поинтересовался: — Ты чего-то хотел или просто зашёл время убить?

— Хотел поговорить о нашем новеньком. Как думаешь, он не станет новым мужем Лины? А то что-то она зачастила с этим делом. — Друг явно пытался меня расшевелить, что у него отчасти вышло.

Опустив голову, я невольно задумался о бледном подростке-демоне. Фрау Лингрен привела его в дом весьма неожиданно, только в отличие от Рена, мало представлявшего, что творилось в Институте, мне было жаль мальчишку. Он находился у нас три дня и до сих пор шарахался от меня так, будто бы я мог его придушить.

— Не думаю. Заметил, как он боится меня? — Я шумно вздохнул.

Нет, меня могли опасаться люди, сила и скорость которых не была сильно развита, но мне оставалось непонятно, почему я вызывал страх у собственного соплеменника.

— Такое не заметить! — Рен фыркнул. — Вид у тебя грозный, конечно, но чтобы аж по стенке ходить при твоём появлении — это уж слишком. Кстати, Дей, если ты не сильно занят просмотром фильма, то может, потренируешь меня? Занятия закончились, и мне не хватает физической нагрузки. Мы ведь договаривались как-то, помнишь?

— Прям-таки грозный? — Подняв брови, я усмехнулся. — Если хочешь, то потренирую. А ты взамен научишь меня быть мужем… Что-то я пока не очень понял, чем данный статус отличается от того, что сейчас. Ну, кроме очевидного…

Он улыбнулся, сразу же поняв, что я намекал на секс.

— Пойдём. Во время тренировки и расскажу тебе о кое-каких тонкостях, которые обязательно должны быть известны будущим лучшим мужьям. Иначе чем же мы будем отличаться от обычных? — Друг лукаво мне подмигнул и первым вышел из комнаты.

— Если ты во время занятий ещё и сможешь говорить, то удивишь даже меня, — со смешком отозвался я.

Тренировка вышла довольно интересной. Приноровиться к ещё более медленному и слабому сопернику, чем учитель, оказалось довольно трудно, и я был горд, что сумел подобное, ни разу не травмировав человека. Пара лёгких ссадин и синяки всё равно не считались за серьёзные повреждения. К тому же я знал, что Рен мог воспользоваться нашим домашним прибором-медиком, отчего к вечеру на нём не осталось бы и следа. Учитель всё время так делал.

В целом, раскрасневшийся и задыхающийся друг держался достойно, особенно для того, кто ни разу ранее не участвовал в спарринге с демоном. И хоть разговаривать во время тренировки у него точно не получалось, он, по крайней мере, честно старался слушать и запоминать то, что говорил я.

— А ты неплохо держался. — Улыбнувшись, я подал ему руку в конце тренировки, чтобы он встал, краем глаза отметив какое-то движение. В проёме приоткрытой двери мелькнула беловолосая шевелюра демона-подростка, что подглядывал за нами всё время.

— Нас, конечно, учили всему этому, но точно не так интенсивно. — Рен шумно выдохнул, поднимаясь и потирая ушибленные рёбра.

Оставив его переводить дыхание, я быстро принёс лёд для ушибов из специального морозильника, установленного в зале для таких случаев.

— Вот, подержи у рёбер, а потом пройдёмся регенератором. Прости, я привык к ловкости учителя, поэтому с тобой не сразу приноровился, — сказал с сожалением из-за того, что нам не удалось избежать травм.

«А я ведь мог ему рёбра и сломать! Не слишком-то и критично, конечно, но для человека считается серьёзным уроном. На экзамене такое будет недопустимо», — рассуждал я про себя, легонько трогая его за плечо.

— Но всё равно, повторюсь. Ты держался очень и очень достойно.

— Так, я в душ, смою кровь и грязь, а затем встречаемся через полчаса в столовой! — пробормотал Рен и тут же охнул, как-то неловко повернувшись.

Должно быть, я ударил его сильнее, чем думал. Мне стало даже немного стыдно, ведь он не обладал моей регенерацией. Тем не менее, друг договорил, силясь улыбнуться:

— Посмотрим теперь, как ты будешь отбиваться от моих вопросов.

Я же счёл своим долгом проводить его, хотя и тихий топот в конце коридора заставил меня улыбнуться. Наверное, демонёнок думал, что остался мной незамеченным.

— Сильно болит? — спросил я с беспокойством.

Мне и в самом деле было очень неловко. «Сюда бы сейчас фрау Лингрен, которая точно смогла бы минимизировать его страдания», — посетила меня грустная мысль.

— Не очень, — ответил Рен, явно храбрясь, а сам тут же сморщился от боли.

— Прости. Не хотел, — повинился я в который раз, отчего он усмехнулся.

— Дей. — Друг поморщился. — Это ведь тренировка. Я знал, что во время неё вполне возможны какие-то травмы. На спаррингах нас тоже не жалели.