Как отделаться от декана за 30 дней - Анастасия Маркова

Вопрос Дариела заставил меня серьезно задуматься над своим поведением. Возможно, под любопытством крылось нечто большее?

— Мне нравятся твои методы достижения цели, хоть они и не всегда правильны. Боюсь, придется все же показать тебе ту комнату, иначе свернешь себе шею или доведешь Натаниеля до сердечного приступа. А ведь он уже немолод, — брюнет по-прежнему нависал надо мной, продолжая скользить по лицу изучающим взглядом.

— Вам и так скоро придется искать нового дворецкого, — намекнула я на связь старшего лакея с моей компаньонкой.

— Тебе, Лилит. Признаюсь, буду только рад за него. Натаниель хороший человек и заслуживает счастья. Итак, сперва ужинаем, а потом занимаемся перевязкой или наоборот?

— Как вам будет угодно, — мысли путались, и я предоставила ему самому сделать выбор, думая только о том, как бы мужчина не заметил дрожи, которую вызывала во мне его близость. Но разве можно скрыть что-то от зоркого глаза брюнета? Переволновавшись, забыла сказать, что Нарина уже кое-как справилась с тугой повязкой.

— Обними меня за шею, — проговорил он, наклонившись еще ниже.

Аромат его парфюма обволакивал мой нос, дурманил, подчинял… Противостоять магнетизму Дариела было невыносимо сложно, однако я все же нашла в себе силы спросить:

— Зачем?

— Понесу тебя ужинать, — как ни в чем не бывало отозвался он.

— Я сама, — оперевшись о подлокотники, попыталась приподняться и тут же воспарила в воздухе. Мужчина все же вынудил меня сомкнуть пальцы у него за шеей.

— Мне определенно суждено носить тебя на руках, — полушутя произнес Дариел. Однако в низком голосе прозвучали собственнические нотки, которым не придала с утра значения. Значит, не показалось.

Он спустился по лестнице на первый этаж, прошел через холл и направился в гостиную, в которой уже горел камин, а чайный столик — сервирован на двоих.

Дариел осторожно опустил меня на множество подушек, лежавших на полу, и сел рядом, так близко, что я чувствовала тепло его тела. Это противоречило всяким правилам приличия, но декан, казалось, и вовсе не думал об этом. Он словно воспринимал меня как жену, ведь для мужа вполне естественно заботиться о второй половинке. Но ведь мы еще ничего не решили. К тому же я не совсем понимала, чем были продиктованы его действия. Мне следовало отодвинуться, но я этого не сделала.

— Тебе удобно? — с неподдельной заботой спросил Дариел, накладывая тем временем на мою тарелку кусочек своего любимого запеченного мяса. Его запах разбудил во мне волчий аппетит.

— Да, спасибо, — прошептала и повернула голову вполоборота, завороженно глядя на оранжево-багряную палитру, раскрасившую небо.

Совсем скоро ей на смену придут чернильные краски и окончательно погрузят гостиную во мрак. И тогда только звезды и луна, заглянувшие в окна, станут безмолвными свидетелями нашей беседы и всего остального, что может произойти между мной и Дариелом.

Вечер протекал в теплой дружеской атмосфере. Мы непринужденно беседовали о магии, о книгах, о любимых писателях. За ужином, больше походившим на праздничный, Дариел любезно предложил мне налить бокал вина, от которого я вежливо отказалась. Своим поступком он вновь раззадорил мое неугомонное любопытство. Не удержавшись, в какой-то момент я все-таки в очередной раз поинтересовалась, в чем же заключается его непереносимость алкоголя, на что получила скупой ответ:

— Это скучная и неинтересная тема, — он поморщился и со стуком опустил на чайный столик опустевшую чашку.

— Позвольте мне самой судить об этом, лир Невилл, — в моем голосе прозвучали заигрывающие нотки, чего раньше за собой не замечала.

— Я уже говорил, что поделюсь своим секретом только с супругой. Лилит, только не вздумай меня опоить, — продолжил мужчина после минутного молчания. Неужто прочел мысли?

— Ммм… Хорошая идея, — ответила я с довольной улыбкой, которая передалась и ему.

Декан сократил небольшое расстояние, разделявшее нас, и я снова ощутила его дыхание на своих губах. Оно все еще хранило аромат недавно выпитого горячего шоколада.

— Нравятся риск и опасность? — таинственный шепот пробудил в моем теле запретный трепет. Дариел явно играл со мной. Но зачем? Какая у него была цель?

— Опасность? Не похоже, что алкоголь угрожает вашей жизни, иначе вы бы и вовсе от него отказались, — вспомнилось мне первое утро в его доме.

Брюнет бережно приподнял мой подбородок и заглянул в глаза.

— А если он угрожает тебе?

— Каким образом? — с трудом выдавила из себя, когда губы декана оказались в сантиметре от моих.

— Хочешь узнать? — он резко подался вперед, но я успела увернуться, и поцелуй пришелся на щеку. — Как долго ты еще намерена бороться сама с собой?

— Сколько придется, — прошептала осипшим голосом.

Те чувства, что он будоражил во мне, пугали. Казалось, я ходила по тонкому льду и могла в любой момент провалиться в темные воды страсти.

Дариел тяжело вздохнул, отстранился, а затем и вовсе поднялся. В голову пришла мысль, что он хочет уйти, оставить меня здесь одну, однако события начали разворачиваться иначе.

— Что вы делаете? — изумленно воскликнула и подалась корпусом вперед, едва декан присел на корточки, положил поврежденную ногу себе на колени и приподнял подол платья.

— Собираюсь заняться перевязкой, — как ни в чем не бывало ответил мужчина, словно не видел в этом ничего предосудительного.

— Не надо! Нарина уже обо всем позаботилась, — попыталась остановить брюнета, схватив его за правое запястье. Он недовольно покачал головой, аккуратно разжал мои пальцы, отвел руку в сторону и начал медленно разматывать повязку.

— Оно и видно. У тебя стопа холодная. Перестаралась твоя компаньонка, слишком туго замотала. А это не есть хорошо, нарушится кровоток, что замедлит выздоровление, — поучительно объяснял декан, успокаивая меня мягким голосом.

Дариел избавил лодыжку от длинного хлопкового лоскута и принялся бережно ее поглаживать. От кончиков его длинных пальцев исходило едва заметное мерцание, которое обдавало мою кожу легким холодком. Умелые руки не причиняли боли, наоборот, приносили невероятное удовольствие. Я закрыла глаза и, закусив губу, с трудом подавила рвущийся наружу стон, когда его ладонь устремилась к колену.

— Тебе больно? — взволнованно спросил мужчина, от которого не укрылась моя реакция.

— Нет-нет, что вы, — я почувствовала, как зарделась, однако снова отдалась приятным ощущениям.

Закончив возиться с перевязочным материалом, Дариел вновь сел рядом со мной. Его близость заставляла нервничать. Смотреть декану в глаза не было сил. Внутри уже разгорелся пожар. Казалось, еще немного — и придется меня тушить. Все очарование момента и установившееся между нами притяжение, декан разрушил всего одним вопросом: