А что вы хотели от Бабы-яги - Елена Никитина

Александр, значит. Ну что ж, у моего противника появилось вполне человеческое имя, а то уж я действительно подумала, что у них сбрендившая на народных преданиях семейка. Назвать ребенка Кащеем – это так символично, хотя и глупо. Черные маги всегда стараются быть оригиналами почти во всем.

И тут я поймала себя на мысли, что не почувствовала в молодом князе чернокнижника. Во время лечения сложно заниматься анализом посторонних ощущений, но сейчас, припомнив состояние его энергетики, я засомневалась в обоснованности приписываемых ему качеств. Еще в Петравии я знала одного некроманта и любителя поработать с низшими энергиями (тайно, естественно), так от него за версту разило гнилью и падалью. Не в прямом смысле, конечно. А тут… При том виде лечения, какое я применила сегодня к Кащею, идет обязательный обмен энергией, и уже скрыть истинную магическую природу невозможно. И я не обнаружила никаких черных субстанций или темных пятен. Словно он был обычным рядовым магом, какие раскиданы по всей Расстании. Хотя кто его знает?

С моего насиженного места открывался прекрасный вид на главный вход. Центральные ворота тщательно охранялись бдительными стражниками. Из замка вышел местный лекарь. Постояв немного в нерешительности, он направился по дорожке в сторону леса, как раз к моим дубам. Молодая листва была уже достаточно крупной и густой, чтобы скрыть меня от посторонних глаз, и я искренне надеялась, что эскулап меня не заметит. Но он заметил. Мою сумку, валяющуюся на земле.

Лекарь поднял ее и растерянно огляделся по сторонам. Я на всякий случай замерла – вдруг уйдет. Но он уходить не собирался, а, напротив, походил вокруг деревьев, заглянул под торчащие из земли корни, будто я могла заползти в норку и там схорониться, а потом все-таки поднял глаза. Наши взгляды встретились.

– Ты в курсе, что тебя ищут по всему замку? – спросил он, переходя на «ты».

– Нет. А зачем? – Меня это насторожило.

– Откуда мне знать?

– Пришла пора расплаты? – вслух высказала я предположение. – Или вам не терпится получить несколько особо действенных рецептов от самой Бабы-яги?

– Ты заносчивая глупая девчонка! – отчитал меня лекарь. – Не на своем болоте лягушек пасешь, чтобы так непочтительно отзываться о тех, кто старше и мудрее тебя!

Я ущемила его профессиональное достоинство. Вот в чем дело. Ну кто же виноват, если он мало разбирается в медицине? А тут не вскочивший прыщик был, который может и сам пройти, если не расковыривать.

– Если я могу сделать гораздо больше, чем тот, кто старше и мудрее меня, я буду это делать, – отозвалась я с дерева.

– Тебя князь ищет, – поменял тему, но не тон, лекарь. – Советую не рассиживаться, а немедленно явиться к его сиятельству.

Вот прям сейчас все брошу и предстану пред ясны очи Кащея. У меня поважнее дела есть, я еще не до конца оправилась.

– Передайте вашему сиятельству, – официально заявила я, – что через час я буду в полном его распоряжении. До свидания!

– Нахалка! – почти выкрикнул седобородый эскулап. – Это был приказ!

Я посмотрела на него с удивлением и пожалела, что на дубе не растут шишки – руки зачесались запустить чем-нибудь. И тут я узрела направляющегося в нашу сторону самого Кащея. Выглядел он вполне здоровым, и я поздравила себя с успешно проведенной операцией. Естественно, в мгновение ока такая рана зажить не могла, но неприятных ощущений доставляла гораздо меньше, это было заметно невооруженным глазом.

– Что здесь происходит? – подошел Кащей и грозно навис над горе-лекарем.

Наверное, разговаривающий с деревом человек заставил его усомниться в нормальности штатных сотрудников, и теперь кандидатура медика срочно пересматривалась.

«Может быть, даже в мою пользу», – польстила я сама себе.

– А вон. – Лекаришка ткнул пальцем вверх, и Кащей поднял глаза.

Да, это всего лишь я. А кого он хотел тут увидеть? Гнездящуюся жар-птицу с целым выводком?

– Что ты там делаешь? – спросил Кащей таким тоном, что я сразу поняла – вакансия местного лекаря мне не светит.

– Отдыхаю от трудов праведных, – ответила я и сильнее прижалась к толстому стволу.

Ну никакого покоя нет!

– Слезай давай.

– И не подумаю. Мне и здесь хорошо.

– Слезай.

– А если не слезу, то что? Дуб срубишь? – ехидно поинтересовалась я.

Эскулап благоразумно в нашу «милую» беседу не вмешивался.

– Нет, я сам к тебе влезу, – заявил Кащей.

– Не смей, – угрожающе зашипела я.

Для чего я столько времени и сил потратила на его лечение? И все насмарку?

– Ну почему же?

И князь, окинув взглядом дуб, вскарабкался на нижнюю ветку, стараясь опираться только на здоровую левую руку. У меня не осталось сомнений, что он полезет и дальше.

– Ваше сиятельство, с вашей раной… – начал возмущаться лекарь.

– Хорошо, хорошо, – поспешно согласилась я. – Я слезаю.

Интересно, он сам по себе такой упертый или от меня уже успел нахвататься?

Кащей тяжело спрыгнул на землю и задрал голову, наблюдая за моими неуклюжими переползаниями с ветки на ветку. Грациозной белочкой назвать меня можно было только с очень большой натяжкой. Скорее больной. Радикулитом. Силы вернулись ко мне еще не полностью, поэтому руки и ноги немного дрожали, а во всем теле еще ощущалась легкая неприятная слабость.

Стекая с насиженного места, я все-таки задела пустое гнездо, и оно шмякнулось на землю прямо перед носом Кащея. Перья и труха взметнулись волшебным пыльным облаком.

– Извини, я тебя отвлек, – не удержался он от едкого комментария, глядя на неожиданно свалившееся сокровище. – Могла бы и сразу предупредить.

Слезу – побью, честное слово!

Когда я наконец достигла нижней ветки и собралась брякнуться на более твердую и устойчивую поверхность, сильная рука обхватила меня за талию и осторожно спустила на землю. Если бы я не знала, кто это, то подумала бы, что у меня появился ангел-хранитель.

– Что ты делала на дереве? – спросил Кащей, как только я повернулась к нему, отряхиваясь от кусочков коры.

– Восстанавливала силы, – честно призналась я. – Ваше сиятельство потребляет слишком много энергии.

Немного помолчав, Кащей повернулся к своему лекарю и отдал короткое приказание:

– Вы можете идти. – И только убедившись, что тот отошел на достаточное расстояние, чтобы не слышать, обратился ко мне: – Алена, я должен поблагодарить тебя…

– Ничего ты мне не должен, – перебила я, поднимая свою сумку с травы. – Кстати, к тебе идут.

Кащей обернулся. К нам бегом направлялся стражник с каким-то свертком в руках, на поверку оказавшимся письмом. Возле ворот возникла некоторая суета.