Ведьма в шоколаде - Ольга Пашнина

— Не успела. Торт был сложный, пришлось выкручиваться. Ведьма в шоколаде из торта выпрыгнула! Задание исполнено.

У него чуть крышечка не уехала, так чайник кипел. Только при друзьях сдерживался.

— Ладно. Ладно, ведьма. Раздевайся!

У меня аж шляпа вздрогнула, хотя сказали это явно не ей.

— С чего это?!

— С того, что я заказывал танцовщицу. Вот раздевайся и танцуй!

— А я танцевать не умею.

— Тогда просто раздевайся. Мы хотели голую танцовщицу. Сама виновата.

Я снова одарила всех очаровательной улыбкой.

— А вот это я предусмотрела!

На миг скрылась в котелке, подхватив заранее приготовленный сверток. Потом вылезла из торта, подошла к каждому гостю и вручила по небольшому плакату.

— Урвала в книжном. Одинаковых не нашла, так что посмотрите — и меняйтесь. Видите? Вместо одной голой бабы я вам показала десять. Все по заданию.

Остановилась перед Фолкритом, заботливо положила плакат с нарисованной фривольной девицей и ему. А потом выставила вперед руку, ладошкой кверху.

— Чего? — не понял мужчина.

— Оплату по договору, пожалуйста.

— Ведьма!

— Что? Все по списку. Торт? Есть. Выпрыгивающая девушка? Есть. Голая девушка? Целых десять! С танцем, правда, не сложилось — можете за него не платить.

А вот теперь — бежим!

Енот с ней, с оплатой, надо делать ноги, пока торт из шоколадного и впрямь не превратился в шоколадно-мясной. Но я и это предусмотрела: никаких каблуков, только удобные лодочки. Бежим-бежим-бежим! Прочь из зала, вниз по лестнице, мимо обалдевших подавальщиков в белоснежных рубашках.

На улицу, на свежий ночной воздух — и домой! Вряд ли Фолкрит решит прерывать свой мальчишник, так что отсижусь. А наутро убивать меня уже не получится, меня защитят покупатели.

— Кексик, стой! — донеслось сзади.

Упс…

Кто-то наплевал на мальчишник и решил брать добычу, пока она еще рядом. Пришлось ускориться. Тут-то я всерьез и перепугалась. Если Фолкрит оставил вечеринку, чтобы меня догнать, на этой вечеринке я буду вторым горячим. Еще сверху помидорок накидают и с вином подадут.

Надо было во что бы то ни стало сбежать! Поэтому я решила отклониться от маршрута и свернула в какой-то переулок между двумя огромными несуразными домами.

Свернула и тут же пожалела. Буквально в нескольких метрах, там, где свет уличного фонаря уже не касался брусчатки, стояла компания из неопрятного вида парней. Я не успела развернуться и вообще сообразить, что происходит, как уже была окружена.

— Так-так-так, — протянул один из них, отбрасывая в сторону сигарету. — Какая очаровательная ведьмочка нам попалась.

Очаровательная ведьмочка лишилась дара речи и беспомощно оглянулась. Но все пути к отступлению были отрезаны. Шляпа тихонько зарычала.

— Ну пойдем, познакомимся.

Чья-то рука потянулась к моему плечу, но коснуться не успела. Ближайшего парня отбросило яркой вспышкой. Остальные быстро встали в боевые позиции.

— Кексик, — сквозь зубы процедил злющий как тысячи демонов Фолкрит.

Без лишних слов я юркнула к нему за спину, а уже оттуда осторожно выглянула.

— Пятеро на одного, — усмехнулся тот, что пытался меня полапать.

— На двоих, — тихонько пробурчала я.

Лихорадочно вспоминала, что я умею. Получалось, что ничего. Надо было заколдовать торт-котелок и убегать прямо в нем. Вот бы народ повеселился: бежит по улице шоколадный котел, а в нем сидит девица в ведьминской шляпе и понукает. Зато точно никто бы не пристал.

— Ребята, я таких, как вы, десятками даже в студенчестве укладывал. Не искушайте судьбу.

И почему-то поверила — уложит. Никогда не видела Дрэвиса таким серьезным, но сейчас была жуть как благодарна.

Лучше пусть он меня убивает, чем они. Кстати, наверняка же Фолкрит должен сдать меня после отработки в целости и сохранности. Но мне жуть как не хотелось смотреть на эту драку. Поэтому вредная ведьма во мне вдруг громко произнесла (и сама, надо сказать, удивилась):

— Пойду позову стражу!

Парней как ветром сдуло, я не успела и нескольких шагов сделать. Стража периодически патрулировала улицы, найти ее представителя не составило бы труда. И одно дело вляпаться в драку в темном переулке, а другое — заиметь обвинения не пойми в чем.

— Кексик, вот зачем ты лезешь?

— В смысле? Я нас спасала!

— Ты меня опозорила. Мужчины не жалуются страже.

— Ну так вы и не жаловались. Жаловалась я.

Дрэвис закатил глаза. Он вцепился в мое запястье и буквально силой потащил обратно на освещенную улицу. И по ней зашагал к «Ведьме в шоколаде».

— Знаешь, вот есть домашние хозяйки — девушки, которые ведут быт и следят за детьми. А ты дикая хозяйка! Не только быт не ведешь, но и все вокруг разрушаешь!

— Я ничего не разрушала. Я вам торт сделала!

— И не удержалась от гадости, да? Полегчало?

— Нет! Еще бы с удовольствием напакостила, да идеи кончились!

— Так, а зачем стражу звала? Надо было отправиться развлекаться в той чудной компании. Ты же этого добивалась, приехав в торте полуголой.

— Что-о-о?! — это слово именно в такой интонации, похоже, становилось моим самым употребляемым.

— А что? — притворно удивился Фолкрит. — Я думал, ты благовоспитанная ведьма. А благовоспитанные ведьмы в откровенных платьях в тортах не разъезжают.

— А это был благовоспитанный торт!

— Я заметил.

Некоторое время мы шли молча. Вернее, шел Фолкрит, а я за ним практически неслась. Разъяренный мужчина совершенно не сопоставлял скорости. Вот все же прав был Крин — о моем возвращении он узнает по воплям хозяина.

В платье ночью было прохладно. Лето, хоть и вступило в законные права, не торопилось становиться жарким. С утра и ночами стояла такая погода, что хоть в шубу кутайся, а плащ, как назло, остался в ресторане.

— Да пустите вы меня! — с трудом вырвала конечность из захвата Фолкрита. — Никуда я не сбегу!

— Один раз попыталась, на второй веры нет.

И снова в меня вцепился.

— Да я живу у вас в лавке, куда мне деваться-то, на улице, что ли, спать?

— Для человека, который живет в моей лавке, ты слишком распоясалась. Надо было взяться за твое воспитание раньше.

Очень захотелось его стукнуть. Вот прямо взять и чем-нибудь тяжелым по белобрысой головушке дать. А потом жалеть, супчиками отпаивать и заодно вбивать прописную истину: не надо воспитывать ведьм, они и так слишком воспитанные — законодательство все ж обязывает.