Жажда - Олег Бондарев

– Или же Виктор – просто убийца, а мы ищем не там. – Шас бросил взгляд на часы. Стрелка сдвинулась ещё на одно деление и теперь показывала без двух минут полночь. – Есть что-то ещё?

– Я могу просканировать весь Ростов. Определю присутствие магов, проверю, чем они занимаются и нет ли у них проблем или же возможных тёрок с полицией. – Хван дёрнул плечом. – Это единственное, что приходит в голову, помимо слежки за Вебером.

– Сколько же времени у тебя займёт сканирование?

– Один телефонный звонок.

– В «Тиградком»?

– Не важно.

– Ладно, пускай не важно… – Шас посопел. – Но ведь придётся платить.

– Зато мы получим самую точную информацию и не потеряем время. – Хван зевнул, деликатно прикрыв рот левой верхней рукой. А нижние конечности сложил на животе и иногда перебирал пальцами. Здесь, в запертом помещении и в присутствии жителя Тайного Города, Терс мог позволить себе расслабиться и снять морок, наблюдая за тем, как Магар то и дело бросает взгляды на его вторую пару рук.

Быть абсолютно открытым, без маскировки, Терс любил так же, как быть невидимым.

– Хорошо, – вздохнул наконец Томба, завершив внутреннюю войну между жадностью и необходимостью. – Звони, я оплачу расходы.

Хван набрал номер и почти сразу же произнёс:

– Привет, это я.

– Судя по тому, что ты не называешь имени, рядом с тобой сидит жирный и глупый клиент, – проворчал его собеседник.

– А ты догадливый.

– Станешь тут…

Антон – чел, которому звонил Терс, – работал начальником одного из технических отделов «Тиградком», давал Великим Домам клятву блюсти полнейшую конфиденциальность, но не отказывал в сотрудничестве старым друзьям. Не потому, что был жадным и продажным, а потому, что избежать этого было крайне сложно. Сотрудники единственной телекоммуникационной компании Тайного Города, в полном смысле слова, сидели на информации, и к ним постоянно обращались с «интересными» предложениями со стороны. Руководство «Тиградком» и Великих Домов понимало, что уследить за всеми невозможно, и потому смотрело на оказание услуг по «интересным» предложениям сквозь пальцы. Но при этом сотрудникам предельно чётко обрисовывали рамки, выход за которые грозил смертью. Не более и не менее – только смерть. Можно оказывать услуги, но до определённого предела и не продавать те секреты, которые Великие Дома продавать запрещали.

Хван об этом прекрасно знал и никогда не просил у Антона больше, чем тот мог дать.

– Мне нужна поддержка.

– В Ростове?

– Ты всегда шпионишь за друзьями?

– Только когда друзья звонят с незащищённого телефона.

– Мне нужен список зарегистрированных магов в Ростове и области…

– Это почти бесплатно, – усмехнулся чел.

– Понятно… – Терс зажал микрофон пальцем и с горечью прошептал: «Заламывает нереально, гад».

Шас побледнел.

– И нужно, чтобы ты взял на контроль телефон одного молодого чуда.

– Что значит «взял на контроль»?

– Я должен знать о его перемещениях.

– В каком преступлении он подозревается?

– Нарушение режима секретности, – твёрдо ответил хван.

Томба сделал большие глаза, на что четырёхрукий ответил предельно уверенным взглядом.

– Называй номер, – повеселел Антон, получивший формальный повод для небольшого нарушения.

* * *

– Добрый вечер, господин Ребров, – ослепительно улыбнулась администраторша гостиницы «Маринс парк», белокурая девушка лет двадцати пяти.

Вебера здесь любили. Как, впрочем, и прочих клиентов, готовых жить в отеле неделями и вовремя оплачивать номер: такие постояльцы всегда на вес золота, сотрудники с них разве что пылинки не сдувают. Вот и блондинка изо всех сил старалась продемонстрировать, как рада она видеть рыжего богатея.

А ему было плевать. Единственная причина, по которой он терпел эти расшаркивания, – за них не требовалось платить, а вот за их отсутствие хитрющие сотрудники гостиницы вполне могли потребовать денежку.

– За полночь уже, – неприветливо буркнул чуд, – а не «добрый вечер»…

Бугай убит, Чёрный Камень не найден, идея Корнюшина себя не оправдала, зато на его руках появилась кровь. Настоящая, хоть и человская, кровь.

На его руках.

И это обстоятельство приводило Виктора в неистовство.

– Тогда доброй ночи, господин Ребров! – охотно исправилась блондинка.

– Да пошла ты… – едва слышно прошептал чуд.

Девушка продолжала глупо улыбаться, даже не представляя, что Вебер миг назад произнёс. Но если бы услышала, ничего бы не изменилось – продолжила бы улыбаться, потому что клиент всегда прав.

Даже сволочной клиент.

А на этаже чуд столкнулся с коридорным, который при виде Виктора засиял, словно начищенный самовар, и со всех ног бросился навстречу. Зачем? Да чёрт его знает. Багажа у Вебера не имелось, и чем хотел помочь коридорный, осталось для чуда загадкой. Разве что самого Виктора в номер отнести… впрочем, в тот момент он бы, возможно, и не отказался – настолько вымотался за день.

– Доброй ночи, господин Ребров!

Был он, кажется, цыганом – кожа с бронзовым оттенком, чёрные как смоль волосы и вечный хитрый прищур. Складывалось впечатление, что коридорный видит людей насквозь, просто пока не пытается извлечь из этого умения выгоду.

– Доброй, – буркнул чуд.

– Вы грустный, – заметил коридорный. – Что-то случилось?

– Да так, мелочь.

Перед глазами по-прежнему стояло лицо умирающего Бугая.

«Хорошенькая мелочь…»

– Не хотите рассказать Грише? – не унимался парень.

– Не хочу.

Назойливость цыгана раздражала его с первой встречи, но сегодня этот Гриша рисковал побить все рекорды. Это ж надо подойти так не вовремя, а потом ещё очень долго не понимать, что с тобой совершенно не хотят говорить!

– Я просто подумал… – начал было коридорный, но Виктор грубо перебил его:

– Дай пройти. Не до тебя.

Видно было, что слова эти задели цыгана: на лице заходили желваки, во взгляде появилась враждебность. Но лишь на секунду… Вебер был почётным клиентом «Маринс парк», и это обстоятельство заставляло коридорного вести себя не просто вежливо, а предельно вежливо.

– Извините, господин Ребров, я не хотел вам надоедать.

Гриша пропустил чуда и, не оборачиваясь, устремился к лестнице.

«Обиделся… Да и чёрт с тобой!»

Виктор был в считаных шагах от своего номера, даже ключ в кармане нащупал, представляя, как, не раздеваясь, завалится на диван и блаженно закроет глаза, чувствуя усталость каждой клеточкой… А потом достанет из холодильника холодное пиво… А потом…