Навигаторы Апокалипсиса - Вячеслав Шалыгин

«Хотя почему «как»? – Гуськов остановился и чуть присел. – Землетрясение и есть! Да неслабое. Это в Москве-то!»

Воспользовавшись секундным замешательством в рядах противника, «Лексус» успел вырулить влево, перепрыгнул через два бордюра и ударил по газам. Клименко первым отреагировал на маневр навигаторов. Он, недолго думая, вскинул «Гюрзу» и почти полностью разрядил ее вслед уходящей в точку машине.

«Что за манера опустошать магазин, когда достаточно двух-трех выстрелов? – Гуськов поморщился. – Салаги. Боевиков насмотрятся и палят».

Прицел при этом Клименко взял слишком высокий, наверняка все пули прошли верхом. Чего хотел добиться – непонятно. Ну максимум разбил заднее стекло, «пометил» машину. Возможно, ранил кого-то из навигаторов. Но разве в этом заключалась задача? По колесам надо было стрелять, чтобы задержать клиентов, по колесам. Это же азы. Первый класс, вторая четверть.

«А штабные салаги – это вообще отдельная песня, – Гуськов негромко фыркнул и отмашкой дал ребятам команду грузиться обратно в «Форд». – Таким остолопам вообще нельзя оружие доверять».

В «Ауди» сидели бойцы поопытнее, в ситуации экипаж черного седана разобрался лучше, чем майор Клименко. Как только Клименко прекратил палить в белый свет… отставить, в радужный свет… «Ауди» стартовала с динамикой ракеты и вновь села на хвост юркому «Лексусу». Ну, а микроавтобус, как обычно, замкнул процессию.

– Прижимай его, прижимай! – непонятно, в гарнитуру или просто себе под нос пробормотал Клименко.

– «Стреляй, Глеб Егорыч, стреляй, – негромко процитировал «Место встречи…» Трощинский, – уйдут же».

В салоне послышались приглушенные смешки.

– Цыц, язва, – так же вполголоса приказал Гуськов.

– Да чтоб тебя! – вдруг воскликнул Клименко и снова ударил по торпеде…

…В небе тут же вспыхнуло солнце. С каждым переходом из мира в мир майор Клименко набирался опыта, и теперь ему почти не требовалось время на подготовку к «нырку». Как, впрочем, и навигаторам. Ведь именно они первыми резко перешли, а вернее – перескочили в Новый мир.

«Форду» снова повезло, чего не скажешь об «Ауди». Тот, кто переводил черную машину из мира в мир, явно поспешил. Как раз в тот момент, когда клиенты «нырнули», немецкая «торпеда» нацелилась «Лексусу» в левый борт, то есть ехала по пустой встречке. Прежде чем «нырять», водителю «Ауди» следовало хотя бы перестроиться на свою полосу движения, но он поспешил перейти в Новый мир, за что и поплатился. И не только он, но и весь экипаж.

В Новом мире встречная полоса оказалась прилично загруженной. «Ауди» вынырнула прямо перед носом у старенького «Ниссана-Патруля», который катил себе, ни о чем не подозревая, в сторону выезда на Алтуфьевское шоссе. Водитель «Ниссана» успел лишь вывернуть руль вправо. «Ауди» врезалась ему в район переднего левого колеса и легко подкинула тяжелый внедорожник. «Патруль» завалился на правый борт, затем перевернулся на крышу и замер, а черного «немца» развернуло кормой вперед и протащило по дороге еще с десяток метров.

Геша резко ударил по тормозам.

– Не останавливаться! – крикнул Клименко. – Им помогут!

– Не догоним, – Геша помотал головой. – Лучше пусть другие «Ауди» его ловят.

– Вперед – я сказал!

– Геша, поехали, – спокойно произнес Гуськов.

– Ну, навигаторы, держитесь, боевой «кукурузник» в небе, – пробурчал Геша, разгоняя микроавтобус до «запредельной» скорости… километров до ста… за двадцать секунд.

Две черные «Ауди», дежурившие в Новом мире, не поддержали инициативу команды Гуськова – Клименко. Они остановились рядом с пострадавшими, поэтому погоня сошла на нет уже через минуту. «Лексус» далеко впереди мигнул стоп-сигналами, повернул налево и скрылся из вида.

Гуськов поднял взгляд на Клименко. Майор поиграл желваками, неразборчиво пробормотал что-то насчет «их матери» и достал айфон. Раз не воспользовался гарнитурой, значит, решил доложить прямиком Мазичу. Этот интересный момент Гуськов подметил давно. Почему-то генералу Клименко всегда звонил по обычной линии.

– Ушли, – коротко доложил Клименко, когда установилась связь.

– Вижу. Не проблема. Если им нужно в город, поедут по Осташковскому или через Мытищи, по Ярославке. Оба направления перекрыты. Возьмем их у МКАД.

Клименко не приглушил звук, поэтому слова генерала отлично слышал и Гуськов, сидящий за спиной у штаб-майора.

– Нам выезжать на Кольцевую?

– Нет, следуйте за навигаторами.

– Отстаем сильно.

– Я знаю. Ваша задача – перекрыть пути отхода в сторону области. И больше не церемоньтесь. Огонь на поражение.

– Есть, понял.

– Клименко, как там Гуськов? Как дела у него с «дайвингом»?

– Пока не очень.

– Плохо! Тренируй! И в темпе, время поджимает. У нас слишком мало полноценных ныряльщиков. Кстати, Шадрин выбыл.

– Совсем?!

– Нет, подушки спасли. Все живы, но Шадрину и Чекану дня два-три придется полежать. Остальным дольше.

– Без Шадрина дырка.

– О том и говорю. Теперь Гуськов нужен как никогда. Научи его «нырять», Клименко, срок – до вечера.

– Постараюсь.

– Я не прошу, а приказываю. Со всеми вытекающими… понял меня? Он все еще не верит или не хочет?

– И то, и другое.

– Зайди с другого бока и прокачай еще раз. Этот сукин сын – известный упрямец. Но если он вникнет в тему, все старания окупятся с лихвой. Активируй мне его, Клименко. С этой минуты это твоя первоочередная задача. Понял меня?

– А навигаторы?

– Сам разберусь. До связи.

Гуськов расслабился и хмыкнул. Или этот Мазай действительно играл в демократа, или майор Клименко был не таким простым фруктом, каким казался. Говорили они не то чтобы на равных, но без «сложноподчиненных» условностей. Пожалуй, если так пойдет и дальше, Гуськов мог вскоре слегка поменять свое отношение к отдельным сотрудникам Центрального аппарата. К отдельным и слегка, но все-таки. А еще его заинтриговало, да и польстило, чего уж греха таить, отношение Мазая. Генерал имел на него серьезные виды, и это подтачивало изначальную уверенность майора, что его выбрали, просто чтобы подставить, разменять в нужный момент.

«А оно «видишь, че, Михалыч». Другая перспектива вырисовывается. Ныряльщик им нужен. Ну, то есть контрнавигатор, так лучше звучит. Опять не фонтан работенка, конечно. Мало того, что не в кабинете, так еще из огня да в полымя постоянно. Но хотя бы не на подхвате, при нормальном деле. В общем-то, годится. Надо, конечно, все это еще раз хорошенько обмозговать, но предварительно… годится. Одна беда – ныряние это, как же его освоить-то? Как это делается? Как понять? Из Клименко учитель, как из дятла пулемет, один звук и никакого эффекта. Придется, наверное, самому поднапрячься».