Часограмма - Наталья Щерба

Василисе на миг почудилось, что она попала в далекое прошлое, составленное из чужих снов, постепенно разрушаемых неумолимым временем: картины полузабытых воспоминаний, осколки старых видений, осыпающиеся мозаики давно угасших жизней.

Над первой ступенькой лестницы, ведущей наверх, парила в воздухе очень худая, костлявая женщина с растрепанным пучком волос и строгим, нахмуренным лицом. На ней была черно-белая блузка и мешковатая юбка, затянутая поясом — ни дать ни взять учительница старинной гимназии. С некоторым удивлением Василиса заметила на запястьях женщины кандалы — два широких железных кольца, скрепленных толстой длинной цепью. Неужели это призрак узницы? Выходит, в этой часовой башне раньше была тюрьма, раз по ней до сих пор ходят узники…

В левом глазу женщины блеснуло стеклышко монокля — слегка повернув голову, она посмотрела через него прямо на Василису.

— Money, — вдруг прошептала женщина и, прозвенев цепью, протянула руки в кандалах к девочке. Не ожидавшая этого Василиса даже немного отшатнулась — ранее никто из теней-призраков не выказывал к ней внимания.

— Вы хотите денег? — ошарашенно переспросила девочка.

— Money, — подтвердила женщина.

«Может, это дух башни? — вдруг подумалось Василисе. — И он, вернее, она, требует денег за проход?»

Тем временем женщина посмотрела прямо в глаза Василисе, сердито поджала губы и демонстративно уселась на ступеньку, полностью загораживая проход.

— No money — no honey! — вновь прошелестел ее голос. — No passage!

Василиса раскрыла медальон — кажется, у нее была некоторая сумма. После случая с Бернской башней она всегда носила с собой несколько монет на всякий случай — ведь порою неизвестно, где ты можешь оказаться уже в следующую минуту. К счастью, она быстро нашла один эфлар — новенький, ярко блестевший.

Женщина протянула руку, приняла монетку и тут же попробовала ее на зуб. Недовольно скривилась, надменно взглянула на Василису и — растаяла в воздухе, а на пол упала, задребезжав, монетка в один эфлар. Девочка в недоумении подняла ее и положила в карман плаща.

Какой все-таки странный призрак — то требует деньги, то отдает.

Василиса быстро взбежала по ступенькам, на одном дыхании преодолев один лестничный марш, как вдруг за поворотом перил мелькнуло что-то белое. Василиса готова была поклясться, что там кто-то пробежал! Мало того, силуэт показался ей смутно знакомым.

Она пошла дальше, высоко задирая голову, и чуть не упала от неожиданности: из темноты вынырнула девочка с большими внимательными глазами и русыми косичками. На ней было все то же простое белое платье.

— Николь?! — выдохнула Василиса.

Та кивнула, кротко улыбнувшись, и поманила к себе пальчиком.

Лестница наверх оказалась неимоверно долгой. Василиса бежала по ней, перепрыгивая через несколько ступенек, даже не стремясь правильно дышать, как при долгом беге.

«Да когда же эти ступеньки закончатся!» — с невольной злостью подумала девочка, еле поспевая за Николь. Но лестница все неслась и неслась вверх, и темно-бордовая кайма внизу стены вилась рядом, наравне с Василисой преодолевая очередной лестничный марш. Оставалось меньше десяти минут, а она даже к часовому механизму не приблизилась. Неужели зря Василиса рисковала, зря прадед отправил ее в Лондон, к башне Елизаветы…

Но вот белое платье Николь исчезло за дверью, из-за которого раздавалось громкое, равномерное тиканье. Василиса незамедлительно последовала за своей странной проводницей — уж в закрытом пространстве комнаты они точно поговорят!

В центре помещения стоял огромный часовой механизм — где-то внутри раздавалось четкое, равномерное цоканье.

К удивлению Василисы, Николь вдруг пропала из виду. Оказалось, что девочка спустилась по узкой, неприметной лесенке к самому маятнику часов.

— Как ты попала сюда? — не выдержала Василиса. — Ты что, следишь за мной?

Но Николь приложила палец к губам, хмуро покачала головой, а затем указала на длинный черный стержень маятника. После чего виновато улыбнулась и — просто испарилась, ничего не объясняя.

Какое-то время Василиса прислушивалась к равнодушному перестуку работающего часового механизма. Появление Николь серьезно озадачило ее и даже немного рассердило. Выходит, подопечная Данилы не так проста, раз может ходить, где ей вздумается. И почему это она постоянно встречается Василисе?

Впрочем, время неумолимо истекало.

Василиса скользнула внимательным взглядом по зубчатым колесам, циферблатам и осям механизма, выискивая какую-нибудь недостающую деталь, и лишь затем приступила к осмотру маятника.

Его стержень уходил куда-то далеко вниз, очевидно завершаясь немаленьким подвесом. Вместе с маятником качалась туда-сюда небольшая платформа — на ней лежало несколько старинных монеток, сразу привлекавших внимание.

— Интересно, зачем они тут? — пробормотала Василиса под нос. — Может, это призрак узницы подкладывает сюда монетки, изъятые у непрошеных гостей?

Неожиданно ее взгляд уловил нечто знакомое. Она с интересом выхватила одну монетку из кучи и не сдержала удивленного возгласа — это была монета номиналом в один эфлар, только очень старая, искореженная, вся в царапинах и зазубринах.

Решение пришло интуитивно: Василиса вытащила свой эфлар, отвергнутый призраком, и быстро поменяла монеты местами. А вдруг эти монеты как-то влияют на маятник, замедляя или ускоряя его движение? Наверняка их не просто так поставили на платформу.

Довольная «сувениром», Василиса бережно спрятала монетку в медальон, туда же сложила и маску.

Если прадед не наврал, то до перемещения в Чернолют ей оставалось меньше минуты. Василиса не нашла ничего похожего на недостающий обломок, зато будет что рассказать друзьям. А над монеткой она обязательно заведет тиккер…

— Маленькая мерзавка!

Высокий купол потолка Звездной башни вдруг навис над Василисой. Ей даже пришлось несколько раз моргнуть, чтобы поверить в реальность происходящего.

Перед ней грозно возвышалась сама повелительница лютов, позади нее стояли все путешественники — Фэш, Маар, Марк и, конечно, сам Астариус. Последний выглядел довольно безмятежным, и с большим интересом поглядывал на Василису.

Черная Королева рассерженно приподняла вуаль. Ее глаза сверкали от гнева, а лицо со шрамом перекосилось от ярости.

Она вдруг размахнулась и со всей силы хлопнула Василису пониже спины — девочка только пискнула — не столько от боли, сколько от неожиданности.

— В то время когда все с ног сбились, разыскивая ее во всех временах, она решила устроить себе экскурсию по часовой башне! Да еще вступила в сговор с этим дряхлым интриганом, Хардиусом! Тебе повезло, что у тебя скоро день рождения, иначе я бы заперла тебя в подземелье без воды и хлеба. Или отдала бы на воспитание русалкам, великие часы, уберегите меня от гнева!