Вечер черных звезд - Екатерина Белецкая

– Спокойно. Это всего лишь визуализация. Именно таким он сам себя видит. На самом деле… – голос ее стал строгим, – на самом деле он себя таким видит потому, что не проводил самодиагностику и восстановление систем… сколько времени?

– Се-се-семь тысяч лет, чуть меньше, – лязгая зубами, сообщил парень.

– Ай-ай-ай, какое безобразие. А почему?

– Барды… бросили… бросали… уходили на новые станции… Потом совсем ушли…

– Когда? – строго спросила женщина.

– Почти тысячу лет назад…

– Почему не самодиагностировался до этого?

– Уходили… не хотел…

– А потом вдруг захотел и, когда бросили, не пошел на демонтаж, как был должен, а остался в пространстве, – закончила за него Самту-ки. – Тосковал?

Парень кивнул. Зубы его продолжали выбивать дробь, он виновато, просяще смотрел на женщину. Та попробовала было нахмуриться, но внезапно улыбнулась и взъерошила ему волосы.

– Старый-старый искин, – почти прошептала она. – Сколько тебе на самом деле?

– Тридцать три тысячи по стандартному летоисчислению, – искин виновато взглянул на Барда. Тот, шокированный и оглушенный, продолжал смотреть ему в глаза, не отрываясь. – Бывают и старше…

– Бывают, – согласилась женщина. – Но редко.

– А де-де-демонтаж… не хочу я человеком доживать! Я вообще никогда им быть не хотел… – искин с вызовом уставился на Самту-ки. – Мне так гораздо больше нравится…

– Ты перестанешь сегодня трястись? – спросила та сердито. – А ну, прекрати.

Ее рука легла на плечо искина, и пальцы двинулись вверх, к шее. Таенн смотрел не отрываясь, как под пальцами женщины уродливый рубец, оставшийся словно бы от давнего ожога, превращается в чистую кожу. Самту-ки что-то тихо прошептала и повела рукой уже от шеи по груди. Искин снова вздрогнул, лицо его исказилось.

– Ему больно? – с тревогой спросил Таенн.

– В нашем понимании – нет, – ответила Самту-ки. – Но он тщательно маскирует другие свои эмоции и ощущения маской боли. Ничего, сейчас мы все сделаем несколько иначе.

Станция содрогнулась, тело на постаменте – тоже.

– А ну не врать мне! – прикрикнула женщина. – Ты хочешь меня разжалобить, чтобы я прекратила диагностику и оставила тебя в покое? И не надейся! Будешь так себя вести, обездвижу!

Парень вытянулся и замер. Таенн поймал его взгляд, подошел и потрепал по волосам. Парень слабо улыбнулся.

– А еще музыку очень люблю, – вдруг сказал он. – Как же я… на демонтаж-то…

– Я понял, почему вы со Скрипачом столь быстро нашли общий язык, – усмехнулся в ответ Таенн. – Два молодых придурка…

Скрипач помахал рукой.

– Да-да-да, – подтвердил он. – Я его очень быстро раскусил.

– Кажется, наши подошли, – вдруг сказал Леон. – Даша, они?

Целительница прислушалась.

– Точно, катер. Скрипач, ну что? Самоубийство откладывается?

– Откладывается, откладывается, – отмахнулся тот.

– Киен-ту, проводи катер на станцию, – не отрывая рук от тела искина и не поднимая головы, приказала Самту-ки. – Так… что у тебя в памяти? Какая десятисекундная готовность? Ты что, не мог ударить по тому крейсеру сразу?! Ах да, конечно же, не мог… как бы мог, если у тебя половина образующих блоков годится только для замены…

Ее руки погрузились в грудь искина и стали что-то там делать, настолько быстро, что Таенн, пытавшийся уследить за процессом и хоть как-то его осмыслить, перестал что-либо понимать. Искин вдруг поднял руку, и Таенн, повинуясь какому-то импульсу, перехватил его, удерживая трясущуюся ладонь в своей.

– Спасибо, – все так же не поднимая головы, поблагодарила Самту-ки. – Вот, другое дело. Так, теперь – как дела с макроконтролем?

Ит и Ри быстрым шагом вошли в зал.

– Что за хрень тут у вас творится?! – с порога начал Ри. – Что это за фокусы? Я завожу катер в ангар, искин не отвечает, а по корпусу станции разгуливают какие-то белые привидения, в открытом космосе и вообще без ничего!

– Что, даже без одежды? – невинно спросил Скрипач. – Ой. Ребята. А что это у вас с рожами лица такое? Даш, ты только посмотри на эту радугу!

Ит, все еще ничего не соображая, переводил растерянный взгляд с постамента на Скрипача, со Скрипача на Дашу, а с Даши – обратно на постамент.

– Так, – медленно произнес Ит. – Минуточку. Если вся наша компания здесь… то это тогда кто? – Он указал пальцем на постамент.

– А это наш искин, – ответил Таенн. – Его тут немножко чинят.

– А-а-а… – глубокомысленно протянул Ит. – Вот оно что…

– Не обращайте на него внимания, у него сотрясение мозга было, – сообщил Ри.

– Скажи спасибо, что обошелся сломанным носом, – едко парировал Ит. – Тебе, между прочим, досталось побольше моего.

– Что случилось? – Даша нахмурилась, подошла к ним.

– Дьявол случился, – ответил Ри уже серьезно. Ит кивнул. – Ты была права. Эта мразь поймала нас наяву и стравила между собой. В общем, мы хорошо подрались и не убили друг друга, видимо, по чистой случайности.

– Это плохо, – закусила губу целительница. – Это очень плохо, Ри. Но поговорить нам придется позже. Сейчас… – она оглянулась. – Сейчас есть важное дело.

– А куда нас вообще занесло? – повел рукой вокруг Ит. – Катер пишет, что вон та махина – кластерная станция в процессе создания. Мира в реестре катера нет. Где мы?

– Молодые люди, помолчите, пожалуйста, или продолжите ваш разговор в другом месте. – Голос Самту-ки стал строгим. – Вы мне мешаете работать.

– Извините, – понизил голос Ит. – Ребят, пошли куда-нибудь, поговорить надо.

– Я останусь, – почти беззвучно сказал Таенн.

– И я тоже, – добавил Скрипач. – Потом поговорим.

– Ой, да уйдите все, ради бога, – простонал искин со своего постамента. – Не позорьте меня… лежу тут голый… без штанов…

– Вы мне дадите нормально работать или нет?!

– Ит, Ит, погоди! – Искин попытался приподняться на своем постаменте, но женщина удержала его. – Помнишь… мы говорили про кубик?

– Да, – кивнул Ит.

– Если меня… если я… ты не забывай, что кубик белый, ладно?

– Он не забудет, – ответила Самту-ки. – В крайнем случае ты сам ему про это напомнишь.

* * *

Часа через три все снова собрались у постамента. Таенн заметил, что выглядит искин значительно лучше – полностью исчезли все шрамы и ожоги, волосы больше не напоминали колтун, а из взгляда исчезла затравленная неуверенность. Самту-ки вместе со своими спутниками расположилась неподалеку. Она сидела на полу и что-то неспешно объясняла своим ученикам, а те, сев полукругом, внимательно слушали и изредка задавали вопросы. Заметив вошедших, Самту-ки поднялась им навстречу, а ученики остались сидеть, но одновременно вывели свои визуалы – воздух вокруг них тут же наполнился теплым золотистым сиянием.