Мастер ветров и вод - Надежда Первухина

Кошмар мой становится все изобретательнее, все веселее, все пестрее. Лестницы текут, как разогретый на солнце пластилин, стены становятся прозрачными, и сквозь них в дом заглядывают такие чудовища, каких никогда не могла бы породить даже самая богатая фантазия. Крыша превратилась в гигантский дуршлаг, и сквозь ее дыры в дом сыплются звезды, на деле превращаясь в раскаленные уголья и горящую серу. Просто библейская кара какая-то!

Проснуться, проснуться бы!!!

Кто-нибудь, ущипните меня, я же не могу самостоятельно выбраться из этого кошмара!!!

Что-то холодное касается моей руки, и я истошно взвизгиваю. Дергаюсь в кресле, открываю глаза и тут же вскрикиваю от боли — толстенный том медицинского справочника упал мне на ногу, а это не самые лучшие ощущения в жизни.

За окном — серенький зимний рассвет, а передо мной собственной персоной стоит Марк Косарецкий и держит меня за руку.

— Как вы здесь оказались? — Я выдергиваю руку. — Что вам нужно?

В ответ Марк Косарецкий таинственно улыбается и растворяется в воздухе, как сливки в чашке кофе.

— Замечательно, — шепчу я. — Только этого мне и не хватало — обширных галлюцинаций.

Пошатываясь, я отправилась в ванную, так как понимала, что лишь хороший душ сможет взбодрить меня.

Но в ванной меня ждал сюрприз. Нет, ничего особенного, просто на полу душевой кабины лежал пышный букет бело-розовых пионов. Едва я пристальнее присмотрелась к ним, как они превратились в обыкновенное махровое полотенце в белую и розовую полоску.

Вернув полотенце на место, я пустила душ, опасаясь, что вместо воды шибанет или шампанское, или серная кислота. Но ничего подобного. Вода лилась обычная, и это сильно меня порадовало. Когда в мире есть вещи и явления, не подверженные странным переменам, это всегда радует и вселяет надежду.

Освеженная и взбодрившаяся, я закуталась в банный халат и решила, что пора отправиться на кухню — приготовить себе стакан апельсинового сока и творожную запеканку. По кухне, громадной как картинная галерея, я двигалась с опаской, памятуя свой полночно-утренний кошмар. Но все было спокойно и привычно. Сковороды не срывались с полок, тарелки не пускались в полет, а микроволновка послушно выполняла заданную ей программу. К творожной запеканке я сделала салат из фруктов, и это практически примирило меня с действительностью. Хотя, как ни крути, действительность эта была ужасна. Соня попала в больницу, болезнь ее серьезна и опасна, я осталась в полном одиночестве в чужом доме, в чужом городе и жутко боюсь выбираться хоть куда-нибудь, хоть и супермаркет за новой порцией творога. Нет, страх свой я переборю, и денег мне хватит — и для оплаты Сониной операции, и для собственной жизни (много ли мне одной надо?), но на кого, если что, и ставить дом? Тут ведь не Пекин, тут стоит только бдительность приутратить, как от роскошного особняка один малопривлекательный скелет останется. Ключи от дома у меня есть — те самые, что Соня забрала у мсье Косарецкого; помнится, Соня положила их в ту же шкатулку, где лежали и ее документы...

— Нила, не паникуй, — приказала я сама себе. — Или, коль на то пошло, паникуй, имея на то все основания. Проверь этот дом — все ли с ним благополучно. Сонина внезапная болезнь не могла возникнуть ниоткуда, все взаимосвязано...

Поставив перед собой задачу исследовать опустевший дом с позиций фэн-шуй школы мастера Ван То, я не стала медлить. В спальне переоделась, по не в привычные джинсы и водолазку, а в китайскую кофту и шаровары из натурального шелка. На груди кофты были вышиты зеленый дракон и белый феникс, на спине — белый тигр и черная черепаха. Мой наряд дополняли мягкие матерчатые туфли из нитяного шелка (для людей несведущих они могли бы показаться обычными тапочками, по реально эти туфельки стоили как хороший мотоцикл). Волосы я подобрала и закрутила в узел на макушке, закрепив его четырьмя костяными шпильками. Это были очень, очень старые костяные шпильки. Их вручил мне мастер Ван То, когда я покидала его обитель. «Береги их, — сказал мастер. — Скажу тебе лишь одно: они сделаны из костей тех животных, которые на них вырезаны». А вырезаны на шпильках были все те же дракон, тигр, феникс и черепаха. Если еще можно понять, откуда взялась кость тигра и панцирь черепахи, то с фениксом и драконом ничего не было ясно. Но я хранила шпильки, почитала как святыню и ждала того момента, когда их можно будет надеть. Теперь мне казалось, что такой момент настал.

Когда последняя шпилька была воткнута в волосы, с моим зрением произошла знакомая мне перемена. Я сосредоточилась и увидела вокруг не стены, предметы и мебель, а потоки разнонаправленной энергии. Она текла ко мне и прочь от меня, здесь были медленные, практически стабильные потоки энергии стен, потолка и пола, чуть ускоренные потоки энергии мебели — в них и цвета радужно менялись. Разноцветными сполохами вспыхивали мелкие предметы вроде вазочек или статуэток; искрились, будто бенгальские огни, светильники, люстры и торшеры. Энергия их крутилась вокруг, создавая причудливые спирали и воронки. Но в этой хаотичности не было ничего неправильного или угрожающего. Вытянув вперед ладони и закрыв глаза, я шаг за шагом обследовала каждую комнату (и зря вы думаете, будто я могла споткнуться на лестнице или запнуться о порог).

Когда я закрываю глаза, я вижу гораздо лучше, уж поверьте!

Энергия Сониного дома текла сквозь меня, и каждый поток я словно экзаменовала — хорош он или плох? На самом деле до смешного легко определить, какая энергия негативна, а какая благоприятна. Позитивная энергия, как правило, всегда движется по часовой стрелке и приносит с собой ощущение силы, тогда как негативная энергия движется против часовой стрелки и ощутимо стремится выкачать из тебя собственные, личные энергетические ресурсы.

Я ощущала общий настрой дома — он был позитивен, чувствовалось, что и строили и отделывали его с любовью, удовольствием, вкусом, отчего сам дом как будто превратился в большую добродушную игрушку. Здесь все излучало добро, ци носилась но дому легко и свободно, как птица в весеннем саду. Правда, в углу одной из кладовых я обнаружила небольшое скопление темной ша, но быстро устранила его. Дом был светел, дом ждал свою хозяйку, и я надеялась на то, что Сонина операция пройдет успеш...

Святые сады острова Пэнлай, а это что такое?!

Я стояла как раз в Сонином кабинете, куда доселе как-то не удосуживалась заглянуть. Я стояла... — да, минуты полторы я стояла, а потом упала на колени, словно из меня вынули все кости.

Это было не просто скопление ша. Негативная, мертвящая энергия с ликованием жадно впивалась здесь в каждый квадратный сантиметр пола или потолка, расползалась по стенам, впитывалась в мебель и предметы... Это был какой-то ад! Но это еще не самое страшное. Теперь вся эта энергия готовилась устремиться в меня — растерзать, раскрошить на атомы, превратить в ходячий труп!

Я одной рукой начертила в пространстве магический квадрат лошу, а другую вытянула вверх, посылая к кончикам ее пальцев всю добрую шэн ци, какую только имела в своей душе и своем теле.