Восход Черной звезды - Елена Звездная

Ощутила на себе внимательный взгляд, чуть повернула голову – кесарь с улыбкой смотрел на меня. Я едва заметно улыбнулась в ответ. Он протянул руку, коснулся моей ладони и, сжав пальчики, повернулся к нашим врагам.

Игра началась.

– Тьмы вам, Арахандар Властитель Ночи из рода Архаэров, Поглощающих силу, – с высочайшей любезностью, подчеркнутой надменностью и оттенком легкой насмешки произнес император.

А я улыбнулась чуть шире, старательно сдерживая эмоции, нахлынувшие от двух потрясших меня моментов – наш противник именовался на «А», это являлось прямым свидетельством того, что по силе он равен кесарю. И второе – «Архаэров, Поглощающих силу»? Серьезно? Они с кесарем родственники?! Если так, то, вероятно, о-о-очень дальние.

– Это мой отец, – негромко и на оитлонском произнес император Араэден.

«Подумаю об этом позже!» – однозначно решила я, глядя на Арахандара Властителя Ночи с гораздо большим вниманием, чем мгновение назад. И словно в ответ на мой взгляд, мужчина слегка склонил голову, приветствуя, и произнес:

– Света тебе, Великий Араэден Элларас Ашеро из Радужного рода и рода Архаэров, Поглощающих силу.

«Вам», «тебе» – неплохо так расставил по позициям.

Интересно, кесарь стерпит?

Мои пальцы слегка сжали, и властитель Эрадараса издевательски поправил собеседника:

– «Сияния вам».

Не знаю, показалось мне или нет, но глаза темного полыхнули алым, словно на тлеющие угольки подул ветер. И Арахандар холодно выговорил:

– Сияния вам, Великий Араэден Элларас Ашеро из Радужного рода и рода Архаэров, Поглощающих силу, и вашей пресветлой Черной звезде.

И, собственно, этим все было сказано – нас оценили, сочли достойными внимания противниками и единой командой. Да, мужик с ходу понял, что иметь дело придется теперь с двумя, а не одним очередным «сыном». Темный умен. Это радует – люблю побеждать умных противников.

И в этот момент произошло явное нарушение протокола встречи – там, у темных, со скрипом открылась дверь, и раздался нежный женский голос:

– Араэн?

Свет от открытой двери высветил мгновенно скривившихся молодых темных, в то время как реакция всепапаши удивила – он пристально уставился на кесаря. Не знаю, чего конкретно ожидая, но явно рассчитывая хоть на какую-то реакцию. Реакции не было – это же кесарь. Я не знаю, каким кесарь был ранее, но теперь, закаленный тремя сотнями лет в Рассветном мире, он был непоколебим фактически ничем, и в глазах Арахандара промелькнуло разочарование. Любопытно. Но об этом я тоже, несомненно, подумаю позже.

Между тем тот самый Араэн поднялся неимоверно быстро, его сильное гибкое тело метнулось за пределы нашей видимости, и дверь была закрыта, а диалог остался неизвестен. Вернулся «сынок» довольно быстро, сел на свое место и на насмешливые взгляды братьев ответил злым:

– Ни звука.

И я могла бы промолчать в данной ситуации, да с точки зрения морали, этики и в принципе воспитания мне следовало промолчать, но… Как умный и дальновидный политик я была просто обязана использовать ситуацию.

Вопросительный взгляд на кесаря, его едва заметная усмешка, и я произношу, обращаясь к тому самому Араэну:

– И часто вы приказываете братьям?

Темные застыли.

А я продолжила:

– Не целесообразнее ли в этом случае назначить встречу, в которой с темной стороны присутствовали бы лишь вы и всецело уважаемый Арахандар? – Вопрос был задан самым невинным из тонов.

Кесарь незаметно вновь погладил мои пальцы, выразив полную и абсолютную поддержку, а вслух с легким оттенком укоризны сказал:

– Нежная моя.

– Прошу прощения, мой император, – медовым тоном извинилась я. И продолжила все с той же невинно-удивленной интонацией: – Возможно, у меня сложилось несколько ошибочное впечатление, но с первой секунды данной встречи я определила в уважаемом Арахандаре Властителе Ночи единственного полномочного и непререкаемого правителя и искренне удивилась присутствию тех, кто, насколько я поняла, не обладает ни правом голоса, ни собственным мнением, ни разрешением на какие-либо действия без высочайшего дозволения Властителя Ночи, который является их отцом. Я права?

И выступление кесаря:

– Да, нежная моя, ты совершенно права. Властитель Ночи является отцом присутствующих.

Кесарь великолепен! Он начал с того, что я «совершенно права» – продолжение фразы уже просто не имеет значения, и фактически дело сделано, как бы ни попытался извернуться Арахандар. Он и не пытался – темный действительно был умен и сейчас с откровенной яростью, но молча взирал на меня. А вот его сыновья оказались не столь опытны, и крайний справа в бешенстве воскликнул:

– Это ложь! Мы – соправители и…

Договорить ему я не позволила, недоуменно переспросив:

– Ложь? Разве можно назвать предположение ложью? Утверждение, догму и даже факты – да, но предположение?!

В следующее мгновение связь прервалась и мы остались с кесарем вдвоем, во все том же наполненном светом пространстве. Араэден с нескрываемым восхищением посмотрел на меня, чуть склонил голову, признавая мою победу, и с нежностью произнес:

– Великолепно. Но твою охрану я увеличу.

Решение имело смысл – это не Прайда, здесь никто трепета и ужаса перед кесарем не испытывает… пока не испытывает. Впрочем, меня достали и там – я с содроганием вспомнила о попытке отравления и резко поднялась.

Предстояло много, очень много работы.

– Мне требуется свобода передвижений, – сказала я, освобождая ладонь из руки кесаря и направившись к стене – было безумно интересно, какие конкретно за ней облака, настоящие или иллюзия. – И защита меня и моих людей… хм… моих элларов на территории Великих дворцов…

Вновь раздался звон. Настойчивый, нервный, злой.

Так и не дойдя до стены, я обернулась и посмотрела на кесаря. Император Араэден молча взирал на меня.

– Сомневаюсь, что мы можем услышать что-то новое, – высказала я свое мнение.

Кесарь величественно кивнул, выражая полное согласие.

– Возможно, позже. – Я развернулась и продолжила идти к стене. – Раздражает то, что их территория полностью скрыта от нас. Сегодня к ночи я постараюсь решить данный вопрос, для чего мне потребуется доступ к финансам и несколько крепких парней… хм… элларов, чтобы безопасно передвигаться по преступным кварталам.

– Не уверен, что в Эрадарасе существует преступность, – задумчиво отозвался император.

Я могла понять отсутствие у него подобной уверенности – достаточно вспомнить Прайду: такой испуганной, забитой и не высовывающей нос преступности я не встречала более нигде, но… даже в Прайде преступность имела место быть. А там, где существуют люди без чести, совести и трепетного отношения к законам, всегда можно нанять парочку ловких шпионов… И тут я вспомнила, что здесь нет законов. Здесь даже законов нет!