Поющие камни - Андрей Посняков

Часть викингов продолжала грести, а часть, по команде хевдинга, вооружилась луками и дротиками, собираясь встретить врагов тучей стрел и копий. Преследующий «Конь волны» драккар шел весьма ходко, и столкновение казалось неизбежным.

Гендальф прищурил глаза: да, так и есть, человек пятьдесят… даже и больше. Тускло блестели кольчуги, враги – бывшие сотоварищи – уже обнажили мечи, приготовили секиры и луки. На самом форштевне, обняв позолоченную голову дракона, маячила обезьянья фигура огненно-рыжего здоровяка с несуразно длинными руками. Свейн Кровохлеб. Любимый берсерк Торкеля. Злобное, тупое и чрезвычайно опасное существо, сильно желающее отомстить конкретному человеку – Страннику.

Ага! Кровохлеб тоже заметил Гендальфа и, узнав, завыл, колотя себя кулаками в грудь! Иванов лишь цинично усмехнулся: этого рыжего полудурка вполне можно снять стрелой, вранье, что берсерка нельзя убить – тупые, ничем не подтвержденные предрассудки.

Вражеский драккар нагонял, вот уже полетели с него первые нетерпеливые стрелы. Пока стреляли в белый свет как в копеечку. Однако же пора было выбирать место для боя. Может быть, лучше пристать к берегу? Нет, нельзя, тогда люди Торкеля захватят «Коня пучины», а потерять драккар – позор. Корабль нельзя бросать ни при каких обстоятельствах.

Ветер гнал по широкой реке волны, пусть и не такие огромные, как на море, но все же весьма чувствительные. Можно ли будет сражаться на такой волне? Придется, что уж тут говорить.

– Где лучше дать бой, парни?

– Лучше вон там, на излучине, – махнул рукой Рольф. – Там рядом лес, если что – укроемся.

– А драккар?

– Это – бой, мой хевдинг. Если враг окажется сильнее – что ж. Никто не избегнет норн приговора. Викингу вовсе не зазорно отступить, чтобы потом вернуться и взять свое.

Разумные слова. Кривая Секира вообще был человеком весьма практичным и очень умным, опровергая все дурацкие домыслы насчет тупых здоровяков.

– Хорошо, – оглянувшись на вражеский драккар, Гендальф коротко кивнул и наклонился к кормчему. – Слышал, Горм?

– Излучину вижу, – Синий Плащ, как всегда, был немногословен. – Причалим и дадим бой.

На вражеском судне завыли, загоготали, выкрикивая разные гадости. Кто-то даже показал с борта голый зад. Херульф тотчас же пустил стрелу, однако промазал – далековато еще было, да и качало.

Азарт близкой битвы охватил всех, и нельзя сказать, чтоб это сладостно-щемящее чувство миновало Гендальфа. О, нет! Ничуть. В душе молодого вождя возникло вдруг некое нарастающее томление, желание поскорей ринуться в схватку и победить. Сей настрой был знаком Гене и раньше, как и любому спортсмену, когда все тело напряженно застыло, а в голове осталась только одна мысль – скорей бы, скорей!

Откуда-то со стороны моря вдруг послышался звук рога. Протрубили два раза подряд. Потом, немного погодя – еще. Наверное, давали сигнал с севшего на мель драккара. Не выбраться было.

Так и есть! Вражеский корабль резко замедлил ход, вспенив веслами воду. Гребцы быстро пересели спиной к корме, и драккар, не разворачиваясь, поплыл назад под разочарованный вой рыжего берсерка Свейна.

– Похоже, не будет битвы, – ухмыльнулся Странник.

– Сейчас – да, – Рольф хмуро кивнул. – Ты просто не знаешь Торкеля, вождь. Змеиный ярл очень мстителен, злопамятен и подл. Рано или поздно он нас найдет, я даже не сомневаюсь. Англия – не такой уж и большой островок.

«Конь пучины» повернул к берегу, едва только острый на глаза Херульф заметил на правом берегу реки небольшой городок или деревню. Привлекать внимание местных жителей викинги Гендальфа вовсе не собирались, по крайней мере – пока. Затащив драккар в густые кусты, узкую полоску песчаного пляжа тщательно подмели ветками, одновременно выставив посты в соседней липовой рощице, примыкавшей к большому лесу, казавшемуся непроходимым и глухим.

Костров не разводили, справедливо опасаясь преследования. Перекусили оставшимися запасами вяленой рыбы да легли спать в наскоро устроенных шалашах. Вообще-то норманны обычно ночью не нападали, но Торкель Кю мог запросто нарушить все обычаи, тем более он ведь был не скандинав, а кюльфинг, или, вернее – из древнего народа колбегов, изгнавших черного ярла за какую-то гнусность.

Быстро темнело. Дождь кончился, но ветер еще не успокоился, все дул, раскачивая ветви деревьев и гоня по реке волну. Проверив часовых, хевдинг улегся в своем шалаше, накрылся плащом и задумался, мысленно подводя итоги. Смерть Регина неожиданно поставила Гендальфа в такое положение, когда он должен был отвечать не только за себя, но и за всех своих людей, за драккар. На данный момент поредевший экипаж «Коня пучины» составлял всего восемнадцать человек. Немного, но все это были викинги – закаленные в схватках и морской пучине бойцы, каждый из которых – даже юный Херульф – стоил трех местных воинов. Имея такую силу и драккар, вполне можно было наняться на службу к какому-нибудь местному владетелю. Главное, чтоб у него нашлось, чем заплатить. Собственно, это все задумал еще Регин, и со смертью прежнего вождя планы не поменялись.

Утром погода наладилась. Сквозь разрывы дымчато-серых облаков уже проглянуло солнышко, а ветер не то что совсем утих, но потерял всю свою прежнюю силу. На ветках высоких лип весело щебетали птицы, слышно было, как где-то совсем рядом гулко долбил липу дятел, а недалеко, в зарослях, глуховато урчали рябчики.

– Дичь! – выбравшись из шалаша, потянулся Рольф. – Ты разрешишь охоту, хевдинг?

Гендальф задумчиво кивнул:

– Да. Заодно разведайте – что тут да как.

– А вот это дело, вождь! Возьму с собой Фридлейва и Херульфа.

– Кого хочешь бери, только возвращайтесь к полудню.

Отправив разведчиков, молодой вождь внимательно выслушал доклад часовых. Гена уже неплохо понимал речь скандинавов, так что в переводчике никакой надобности не имелось.

Судя по всему, драккары Торкеля так и не поднялись вверх по реке. То ли не рисковали идти ночью, то ли вообще ушли в море, пользуясь установившейся погодой. Подумав, хевдинг послал двоих викингов к морю – глянуть, там ли корабли? Прежде чем что-то делать, нужно было узнать обстановку, потому до возвращения разведки Странник никаких активных действий не предпринимал, и ни о чем таком не думал. Просто ждал… и дождался.

Мягкое осеннее солнце еще не успело выпутаться из золотистых ветвей лип, как кто-то из часовых, ринувшись через кусты к хевдингу, торопливо зашептал:

– Дракары! Два корабля Торкеля-ярла поднимаются вверх по реке, мой хевдинг.

Кивнув, Гендальф бросился к реке, осторожно выглядывая из камышей…

Вражеские суда плыли не торопясь, словно на параде. Первым – малый драккар, следом – большой, флагманский. Черная фигура змеиного ярла важно маячила на корме, украшенной разноцветными стягами. Стоявшие рядом викинги были без шлемов, видать, воевать с ходу не собирались… и от местных жителей не пряталась.