Серый ворон. Книга 1. Прорыв в Пангею - Михаил Атаманов

– Нет, я из клана Железный Кулак, – даже немного обиделся мастер. – Младшая дочь Суртака вышла замуж за лучшего мастера из нашего клана. Так что Суртак – мой прадед, а мастер, что сделал твоё оружие, – это мой троюродный дядька. Если бы сразу сказал, что идешь с дварфами из клана Тяжёлых, я бы так не придирался. Да и цену бы, может, чуть побольше назначил, – хитро добавил ювелир.

Попрощавшись с правнуком Суртака, я прошёлся по всей улице ремесленников, не пропустив ни одной лавки. Для начала решил одеться по местной моде. Худой и бледный портной при моём появлении вскочил и выбежал навстречу.

– Что угодно молодому господину? – поинтересовался он, пропуская меня внутрь своего небольшого магазинчика, все стены которого были увешаны кожаными и холщовыми куртками и брюками. – Выбирайте образец на любой вкус, моя помощница быстро подгонит выбранную одежду под ваши размеры, глазом не успеете моргнуть.

Помощница, о которой шла речь, скромно сидела на лавочке. Это была совсем маленькая, не очень красивая девочка лет восьми с огромными, несколько раскосыми глазами. Лишь приглядевшись к ней, я понял, что ошибся – это была вовсе не девчонка, а вполне взрослая женщина, просто маленького роста. Уловив мой внимательный взгляд, служанка смутилась и опустила голову.

– Это Ния, она из племени кобольдов, только не такая дикая, как её сородичи. Очень работящая и аккуратная.

Я отвернулся от впервые увиденного мной кобольда и стал осматривать костюмы. Выбирал только хорошие вещи, не считаясь с деньгами. Во-первых, купил крепкую кожаную куртку тёмно-серого цвета с металлическими чернёными бляшками на локтях, груди и плечах – это какая-никакая защита, да ещё и несколько скрытых внутренних карманов. Карманов на одежде в Пангее обычно не делали – жители предпочитали носить мелкие вещи в поясе или в большом кошеле вместе с деньгами, но мне с карманами было привычней. Во-вторых, я приобрёл свободные брюки и несколько тёплых и тонких рубашек, высокие мягкие сапоги до колен из змеиной кожи, которые не скрипели при ходьбе и не промокали.

Удивительно расторопная Ния успевала подшивать выбранную мной одежду ещё до того, как я заканчивал примерять следующую вещь. Причём делала она всё исключительно на глаз, без каких-либо замеров. Я был восхищён её мастерством и, едва портной отлучился в соседнюю лавку разменять золотую монету, положил на стойку перед девушкой несколько серебряных и медных монеток. Деньги исчезли настолько быстро, как будто их и не существовало, я едва уловил глазом движение ее рук.

– Ловко, – восхитился я. – Хотел бы и я так научиться!

– Недостаточно ловко, – разочарованно покачала головой Ния, её голос оказался тоненьким и звонким, как у маленькой девочки. – Ты успел заметить мои пальцы. Никогда ещё людям не удавалось заметить движение моих рук, ты первый.

Я положил перед девушкой золотую монету и попросил научить меня так же мгновенно схватывать и прятать вещи. Но Ния с видимым сожалением отказалась:

– Господин, этому искусству нельзя научиться за один раз. Но мне, признаться, польстила похвала, поэтому я дам один совет. Сегодня моему хозяину один из покупателей подсунул несколько фальшивых цехинов. Обман открылся уже после того, как мошенник ушёл с покупками. Сейчас хозяин отошёл якобы разменять золотую монету, но на самом деле он попытается сбагрить фальшивые деньги.

Я поблагодарил девушку и положил на прилавок серебряную монетку. Цехин исчез ещё быстрее, чем раньше, лишь смазанная тень промелькнула над столом. В этот момент вошёл хозяин лавки и высыпал передо мной на прилавок горсть серебряных и медных монет.

– Вот ваша сдача, господин! – Елейный голос продавца лился словно мёд.

Я взял наугад один из потемневших от времени серебряных цехинов и повертел в пальцах. Протёр монету рукавом, и под тёмным слоем почерневшего серебра заблестела красная медь. Я посмотрел на хозяина лавки, с откровенным испугом наблюдавшего за моими манипуляциями:

– Мне вызвать охрану? Или подобных фокусов больше не повторится?

Портной, вздохнув, выбрал несколько монет из кучки и взамен них положил настоящие деньги.

– Прошу меня извинить, господин. Белл попутал.

Я молча ссыпал монеты в кошелёк и, забрав покупки, вышел на улицу. На этой же улице ремесленников я приобрёл набор из шести метательных ножей и ножны для их скрытого ношения на запястьях и под курткой, крепкие ножны для двух своих длинных мечей, широкий кожаный ремень и удобные поясные сумки для мелких вещей. А также длинный тёмный плащ с капюшоном и завязками на груди.

На подходе к гостинице Пузырь меня в новой одежде даже не узнал. Да и я, честно говоря, тоже не сразу опознал своего одноклассника в высоком парне, облаченном в ярко-красный плащ, с треугольным щитом на спине. Его голову венчала барница – лёгкий шлем с открытым лицом и кольчужной сеткой вокруг горла. На поясе у моего друга появился чехол для ношения топора. Но не успели мы восхититься друг другом и нашим новым обликом, как появилась Фея в прекрасном длинном платье синего цвета с глубоким декольте, поверх которого была накинута легкая светлая курточка. В руке она несла большую берестяную коробку. Что и говорить, в этом наряде Ленка полностью оправдывала своё школьное прозвище.

– В коробке мой новый охотничий костюм с меховыми вставками. Не могу же я по пыльной дороге в Холфорд в нарядном платье шагать! Но сейчас решила похвастаться своим костюмом перед вами, мальчики.

Мы все втроём отправились в гостиницу, где сняли две комнаты – одну для подруги, одну для нас с Пузырём. После чего мы очень вкусно и сытно поужинали. Рядом веселились наши знакомые дварфы – обильно запивали жареное мясо пивом и пенистым яблочным сидром, пели песни на своем языке, обнимали появившихся откуда-то хихикающих красоток. Пару раз девицы пытались присесть и к нам за столик, но Фея их сразу отшивала.

Народу кроме нас собралось довольно много, в основном это были местные ремесленники. Моё внимание привлекла небольшая компания из шести человек, занявшая столик в самом дальнем углу, в полутьме под лестницей. В отличие от остальных, они почти не прикасались к выпивке и старались вести себя как можно тише. Лицо одного из них показалось мне смутно знакомым, хотя никого в Пангее я, конечно, знать не мог.

Поздно вечером мы с Пузырём проводили Фею до её комнаты на втором этаже и проследили, чтобы подруга надёжно заперлась изнутри. Мы с другом занимали комнату на первом этаже: две табуретки и две кровати с толстыми, набитыми сухой травой матрацами, худенькие подушки и колючие шерстяные одеяла. Минимум удобств, но после ночевок в лесу эта комната показалась мне очень уютной.

Пузырь подошёл к окну, чтобы проверить надежность запоров, и вдруг издал удивленный возглас, глядя куда-то вверх. Через секунду я уже стоял рядом с ним с арбалетом в руках. Проследил за взглядом друга и тоже замер.

Над горами в ночном небе плыли две луны – одна почти привычная, а вторая чуть поменьше и зеленоватого цвета. Мы с Пузырём переглянулись.

– Как много нам ещё предстоит узнать об этом мире! – прошептал задумчиво Петька.