Танкист - Алексей Евтушенко

Раз и еще раз.

Лысый Череп дернулся, захрипел, засучил по броне ногами и затих.

– Вот теперь готов, – произнес вслух танкист Шалый и отер нож о скаф-костюм врага.

– Ну, выкладывай, – сказал Дабл.

Лукас Левицкий, Феликс Говоров и Валерия Стинг сидели в роскошных шезлонгах в роскошной же тени виноградных лоз, вьющихся над ними по деревянной решетке-перголе. Они находились на одной из трех тайных вилл Лукаса в Крыму. За перилами террасы искрилось под солнцем море. Рядом с шезлонгами на расстоянии вытянутой руки располагался столик с напитками на любой вкус. Слуга-андроид Стафф застыл в сторонке, готовый исполнить любое пожелание гостей и хозяина.

Валерия проскользнула рукой за низкий вырез блузки, не без удовольствия отметив, как блеснули глаза Лукаса и Феликса Говорова. Словно у двух живых болванчиков, одинаково реагирующих на внешние раздражители.

«Да они есть, по сути, болванчики, – подумала она. – Мужчины. Голова в процессе думания занимает у большинства из них в лучшем случае второе место. А первое за совсем другим органом. Покажи им голую сиську – и бери их потом руками. Тоже голыми. Главное знать, когда и как показывать. И за что брать». Она знала.

Двумя пальцами Валерия вытащила из бюстгальтера плоскую, почти невесомую флешку, положила на столик.

– Все здесь, – сказала. – Доказательств хватит, чтобы лишить гада лицензии танкиста до конца жизни.

– Так Дан-Бог, значит, гад? – усмехнулся Лукас.

– Ну тебя к черту, Дабл, – сказала Виктория. – Чего ты от меня хочешь? Чтобы я признала, что в постели ты лучше? Лучше, признаю, успокойся.

На губах Феликса мелькнула и тут же пропала едва заметная улыбка. Начальник отдела внутренней и внешней безопасности компании «Левицкий. «ВТО» был осведомлен о прошлых отношениях своего патрона и Валерии Великолепной.

– Даже смотреть не хочу, – проворчал Лукас, глядя на флешку с нескрываемым отвращением. – Противно.

– Ой, – сказала Валерия. – Не заставляй меня в тебе разочаровываться, дорогой. Надеюсь, ты не забыл, что я добыла эти сведения по твоей настоятельной просьбе?

– Я тебе очень благодарен.

– Ну да, ну да. Размер твоей благодарности легко отследить по моему банковскому счету. Я довольна. Но не все измеряется в деньгах.

– Можно мне? – тихо осведомился Феликс.

Лукас кивнул. Феликс взял со столика флешку, вставил ее в личный комм и уткнулся в файлы.

– Стафф! – позвала Валерия, не позволяя вязкому молчанию заполнить возникшую паузу.

– Слушаю, госпожа.

– Смешай мне дайкири, пожалуйста.

– Классический или легкий?

– Легкий. Для классического, пожалуй, рановато.

Андроид бесшумно возник возле столика, в мгновение ока смешал коктейль, состоящий из белого рома, охлажденного сока лайма и сахарного лимона, ловко украсил край бокала ломтиком лимона, подал Валерии.

– Спасибо. Ты настоящий друг.

– Андроид – друг человека, – проворчал Лукас. – Смешай-ка, пожалуй, и мне дайкири, Стафф. Классический.

Ему уже стало неловко перед Валерией за свои слова, хотя в них вроде бы и не было ничего обидного.

«Старею, что ли? – подумал он. – Опять же, женщина. Никогда мне их не понять. Она же сама согласилась, разве нет?»

Мысль о том, что Валерия Великолепная побывала в постели одного из лучших танкистов «ВТО» Богдана Антонюка по кличке Дан-Бог, была неприятна, и ему очень не хотелось это осознавать. Ибо отсюда следовало, что Валерия до сих пор ему не безразлична. В большей или меньшей степени, но не безразлична.

Лукас принял из манипулятора Стаффа запотевший бокал, сделал глоток. Вкусно, как и всегда. Все-таки умеет Стафф коктейли смешивать, этого у него не отнять. И не только это. Ох не только! Но об этом известно лишь ему, Лукасу Левицкому, и, дай бог, таковым положение дел останется навсегда.

«Не останется, – сказал он себе. – Не тешься иллюзиями. Положение в мире уже изменилось, и, судя по всему, точка равновесия пройдена. Обыватель, особенно более менее обеспеченный и сытый обыватель, как всегда, не хочет ничего замечать, но ты же не обыватель, Дабл. Ты видишь. Транснациональные энергокорпорации начали тихую войну не только против тебя – все относительно свободные и богатые предприниматели этого мира с возрастающим недоумением замечают, как уменьшаются их доходы, как постепенно, шаг за шагом сокращается бизнес, теснимый со всех сторон новыми правилами игры, которые вырабатывают и контролируют все те же ТНЭК и Совет Директоров. Пока еще дышать можно, и многие утешают себя тем, что все это временные явления, вызванные очередной нестабильностью рынка. Что ж, пусть утешают. Тем хуже для них. Я утешать себя не стану». И если власть имущие господа из Совета Директоров ТНЭК хотят войны с его компанией, они ее получат. Вероятно, они просто забыли, с кем имеют дело. Бывший командир отдельной усиленной танковой роты бывшей Армии обороны Израиля Лукас Левицкий еще не забыл, с какой стороны заряжается танковое орудие, и хорошо знает, какую цену он готов заплатить за победу. Ту самую, которой его лишили двадцать три года назад.

«Но для начала попробуем обойтись войной без крови или, другими словами, игрой. Пусть и жестокой. Интриговать я тоже умею и люблю, иначе никогда бы не сумел создать «Левицкий. «ВТО». Так что поиграем, господа, поиграем. Ну а последний аргумент, он же козырь, прибережем на крайний случай. Как и положено в любой крупной игре, когда ставки поднимаются до самых небес».

– Выпьем. – Лукас улыбнулся и протянул руку с бокалом к Валерии. – Извини, если я что не так сказал. Я правда очень тебе благодарен и ценю то, что ты сделала.

– Умница, – улыбнулась она. – Быстро соображаешь. За это и люблю.

Они чокнулись, выпили.

– Все ясно, – сказал Феликс, поднимая глаза от комма. – Дан-Бог продался энергетикам с потрохами. Восемь значимых боев слил, и это только за последние полгода. Неудивительно, что популярность «ВТО» начала падать. Люди всегда интуитивно чуют, когда им начинают впаривать туфту.

– Ибо народ сер, но мудр, – высказала древнюю сентенцию Валерия.

– Аминь, – сказал Лукас. – Ошибки быть не может?

– Нет, – покачал головой Феликс. – Увы. Что будем делать, патрон?

– Наливать и пить, – ответил Дабл. – Для начала. Есть у меня мыслишка, но нужно дать ей как следует созреть. И лучшее условие для этого – хороший загул. К тому же сегодня в некотором роде праздник.

– Какой? – удивился Феликс.

– Ты не знаешь, – сказал Лукас. – А вот почему наша Лера не помнит… С другой стороны, достаточно того, что помню я.

– Да чего помнить-то? – Лучшая ведущая «ВТО» была явно задета за живое. – Вот за что я тебя ненавижу, Дабл, так это за то, что вечно ты кота за яйца тянешь.