Сандэр. Владыка теней - Валерий Теоли

— Простите за вторжение, господин Валирио, — раздалось из темноты.

В метре от меня вспыхнул жёлтый осветительный шарик размером с грецкий орех. Магический светильник разгорелся ярче, уподобившись крошечному солнцу и осветив пещеру.

У стены напросив теребила край охотничьей куртки потупившаяся эльфийка. Под моим вопросительным взглядом она смутилась, на щёчках заиграл румянец.

— Мне стало страшно на Могильной Скале, — объяснила она. — У Вас… безопаснее, господин Валирио.

У меня эльфийке действительно нечего бояться. К Зеране приходят за советом, зельем каким. Застать могут Натиэль одну, и тогда страшно представить последствия встречи девушки с троллем. Соблазн убить извечного врага очень велик, не всякий устоит. Попытайся принцесса оказать сопротивление, и против неё натурально ополчится синекожее население острова. На вилы поднимут, условно говоря. Тут и авторитет Ран-Джакала, противника расовой вражды, вряд ли остановит расправу.

Ко мне в берлогу никто не наведается, кроме сестрёнки и Гварда. Старший ученик верховного шамана, как-никак, побаиваются. Да и огроменный фантом светящегося бобра успешно играет роль пугала.

— Могу я побыть здесь недолго, до Вашего ухода? — подняла на меня жалостливые глазки прорицательница.

— С чего Вы взяли, что я не задержусь в пещере? — Это уже интересно. Врождённый дар подсказывает?

— Зимняя ночь длинна, — замешкавшись, ответила эльфийка, — а Вы совсем не устали за день и не уснёте так рано. У Вас мягкая походка хищного зверя, в ней не слышна усталость. К тому же, не любите добывать огонь для костра с помощью трута, — она бросила мимолётный опасливый взгляд на меня, словно боясь сболтнуть лишнего, — и предпочитаете зажигать дрова факелом. Вы при мне так сделали, покинув Могильную Скалу. Хотели бы спать, принесли бы факел. И Ваши шаги… быстры, в них слышится поспешность торопящегося разумного. Вы не останетесь здесь надолго.

Проанализировала сведения из личных наблюдений. Да принцесса, похоже, не обыкновенная прорицательница, а с навыками аналитика. С её наблюдательностью в разведке работать. Впрочем, она и является главной разведчицей Эладарна.

— Вдруг я не хочу никого видеть и пришёл сюда, чтобы помёрзнуть в одиночестве?

— Простите за причинённое неудобство, господин Валирио… Я, наверное, пойду…

— Можете оставаться. Вы правы, скоро я уйду отсюда.

Довольно странная девушка. Слишком уж скованная и постоянно извиняется, словно не высокомерная эльфийка, а простолюдинка, попавшая в высший свет и чувствующая себя неловко, опасаясь сделать что-то неправильно.

— Почему Вы скрыли своё положение? — Я взял копьё, подаренное Анг-Джином.

Топор и ножи при мне, провизию Лилька догадается собрать. Зелья выгреб в прошлый раз, отправляясь на охоту за ведьмой-оборотнем. Вместо походного спального мешка скатал в свёрток тёплую медвежью шкуру и перевязал ремешком. Чего бы ещё взять? Пожалуй, готов.

— Я не скрывала, — Натиэль стояла у порога, по-прежнему теребя краешек одежды. — Вы не спрашивали о том, кто мой отец, и я решила, так будет лучше. Вам меньше забот. Узнав о моём статусе, тролли бы потребовали убить меня. А так я для них не более, чем необычная эльфийка с телесным недостатком. Они презирают, но не испытывают ненависти к отличающимся от них разумным.

— Вы на диво хорошо знаете синекожих, Ваше Высочество.

— Мы враждуем с ними тысячи лет. Эльфы прекрасно осведомлены о характере и повадках врагов. Простите…

Хм… она говорит верно. Синьки люто ненавидят длинноухих и убивают при удобном случае. Узнав, кто такая спасённая светлоокая девушка, они бы взбунтовались. Тогда людей и морлоков, вставших у них на пути к принцессе, элементарно смели бы. Оно нам надо?

— Прошу, не зовите меня "Ваше Высочество", господин Валирио. В нынешних обстоятельствах это неуместно.

— И как к Вам обращаться? — Умная эльфийка, в конспирации разбирается.

Я направился к выходу, взвалив меховой свёрток на плечо.

— Просто Натиэль, если Вам нетрудно. И, всё же, давайте перейдём на "ты". Мы так обращаемся друг к другу с Вашей сестрой и… госпожой Алисией.

— Согласен. Пойдём, нас ждут на берегу.

Запирать дом вязанкой хвороста и ставить печать-сигналку я не стал. Фантома-бобра и репутации колдуна, победившего знаменитую Валлану Ведьму предостаточно, чтоб отпугнуть детвору и не в меру жаждущих поживы взрослых. Шаман же бесплотного видения не испугается и без проблем взломает сигнальные чары.

Пока шли к берегу морлоков, эльфийка молчала и старалась не отставать. Лазурный лунный свет Целительницы заливал скалы и натянутые между ними подвесные мосты, лишь во впадинах плескалась тьма. Идти легко. Спрашивать о даре Видящей не хотелось, да и общаться тоже. Неизвестно, чем аукнется любопытство. Может, у неё всевидение на вербальность завязано? Впрочем, это не единственная причина моей неразговорчивости.

На берегу к нашему приходу были Гвард, Ран-Джакал и несколько ихтианов, возящихся у продолговатых лодок.

— Моё почтение, — приветствовал зверомастер девушку полупоклоном. — К сожалению, приходится прервать Ваши ежевечерние занятия, благородная эльфа, ради нашей общей безопасности. Мой ученик доставит Вас в Эладарн к Вашему светоносному батюшке. Приношу извинения за спешку.

— Здравствуйте, — тихо произнесла эльфийка. — Я понимаю.

По магу не скажешь, что он выпил в одиночку добрых полбутылки хризалийского. Свеж, словно весенний ветерок, хмель не виден ни в голосе, ни в движениях, ни в поведении. Магия.

Из-за скалы показались Алисия и сестрёнка, несущие по внушительных размеров тюку. Сопровождали их четверо белых волков, бегущие спереди, сзади и по бокам. В лунном свете семейство Акелы казалось привидениями, вышедшими поохотиться на ночующих под открытым небом путников.

— Давай прощаться, Кан-Джай, — протянул руку вождь и обхватил моё предплечье, как и я его. — Ты славно поохотился в последние седмицы. Анг-Джин болтает, будто бы память о тебе среди улиточников будет жить до гибели племени. Жаль, уходишь именно сейчас. Ловец духов нам бы пригодился в войне.

Гвард подозрительно зыркнул на Ран-Джакала, однако, тролль совершенно не смутился.

— Я поскорее доставлю эльфийку в Эладарн и вернусь. Седмицы две — три, не более.

Предводитель приозёрников скорбно покачал головой и отошёл. Складывается впечатление, ему известно нечто, о чём я не в курсе. И взгляд зверомастера наталкивает на размышления. Между нами клятва честности, маг не солжёт. Накручиваю я себя.

— Сложите вещи в долблёнки, — распорядился маг.

Ихтианы чуть ли не вырвали багаж из рук Лильки и Алисии и сноровисто перенесли в каноэ, распределив по всей длине плавсредств для равновесия. Воспользовавшаяся свободой рук и передвижения аэромантка обняла на прощание отца, они пошептались немного. Она просила разрешения остаться. Гвард отстранил её от себя и строго наказал до весны в Пограничье не появляться. Она не соглашалась, он настаивал, аппелируя к данному ею слову. В конце концов, девушка отступила, понуро опустив голову. Морлоки помогли ей устроиться в лодке.