Наемник - Андрей Ливадный

Ни создание Конфедерации Солнц, ни последующие усилия Центральных Миров, направленные на поддержку молодых колоний второй волны Экспансии, уже не могли исправить сложившуюся ситуацию. Окраина на века осталась территорией, подчиненной исключительно экономическим интересам; политическая власть Содружества никогда не воспринималась тут всерьез, а колониальная администрация существовала лишь на бумаге.

И лишь события, связанные с позднейшими потрясениями в истории человеческих миров, сумели обуздать корпоративные армии, принести на просторы Окраины понятие законности, преодолеть сложившуюся по окончании Галактической войны «независимость» сектора, опирающуюся на власть денег и мощь частных военных флотов…

Ежемесячное обозрение «Все Миры», июль 3801 года.

Окраина освоенного космоса.

Система звезды Онтарио. Планета Эрлиза.

2647 год галактического календаря…

Юная и дерзкая, она стояла на склоне холма, почти у самой вершины, и смотрела вдаль.

Неведомые ароматы тревожили, манили, в них смешивались запахи юной клейкой листвы, отцветающих бутонов, появившихся на ветках раньше, чем распустилась зелень. Бархатистая, ласкающая взгляд пронзительно-живая листва деревьев густо покрывала холмы, плавными волнами убегала к горизонту, по ней скользили тени от облаков, пятнами лежали поляны солнечного света.

Айла открыла глаза.

Ее лицо побледнело. Глаза за защитной маской сузились, кровь отхлынула от щек, когда мечта, сохраненная в сердце, сменилась реальностью: голые черные ветви деревьев тянулись к свинцовому низкому небу, багряно-серые предзакатные краски тонули в пепельном тумане, поднятом порывами ветра. Унылая, безысходная картина. Там, где разыгравшееся воображение только что терялось среди непроницаемой зелени, сейчас зияли прорехи, – угрюмый мир пустошей просматривался на километры вперед, несмотря на поземку поднятого ветром праха.

Выше погибших деревьев поднимались лишь руины домов да ободранные фермы каких-то ветшающих решетчатых конструкций.

Она вздохнула, повернулась и пошла назад, к развалинам давно заброшенной агротехнической фермы. Близился вечер, пора было возвращаться, тем более что отец просил ее оставаться на связи, а здесь, среди холмов, слабенький сигнал местной сети и вовсе терялся.

После знойного дня вечер не принес долгожданной прохлады. Идти в защитном костюме было неудобно. Айла уже исследовала брошенные постройки и не нашла там ничего, на что надеялась. За день, проведенный в пустошах, она осмотрела несколько подобных ферм и пришла к удручающему выводу. Здесь, на Эрлизе, не осталось ни ресурсов, ни оборудования, способного помочь в деле восстановления погубленной биосферы. В сравнении с Кьюигом и Элио, родная планета выглядела абсолютно мертвой, но, похоже, проблема экологии не волновала никого из местных жителей.

Вот и машина. Мощный внедорожник армейского образца стоял там, где она оставила его пару часов назад, – на обочине старой дороги, у покосившегося отбойника.

Громко хлопнула дверца. Айла проверила герметизацию салона, сняла дыхательную маску, машинально посмотрела за окно, словно все еще надеялась увидеть что-то новое.

Вокруг, до самого горизонта, простирался унылый пейзаж мертвой земли – тысячи гектаров потрескавшейся почвы, разрушенные агротехнические фермы, ржавеющие под открытым небом сельхозмашины, обломки космических кораблей, обгоревшие, покрытые толстым слоем окалины, – все как прежде.

Родная планета… За двое суток пребывания на Эрлизе это словосочетание утратило ореол мечты, потускнело, запылилось, обернулось суровой реальностью глобальной экологической катастрофы, справиться с которой в одиночку – глупая, самонадеянная иллюзия.

Айла некоторое время сидела, глядя, как меркнут краски заката. Нет, сдаваться она не собиралась. Не тот характер.

Нужно как минимум найти единомышленников, – подумала она, запустив двигатель. Развернувшись, девушка вывела машину на старую дорогу. Мысли текли плавно, но как-то тоскливо, безысходно. Ей не верилось, что планета, колонизированная четыре сотни лет назад, больше никому не нужна, но реальность упрямо открывала ей истину – за двенадцать лет, которые она провела в иных мирах, здесь не изменилось ровным счетом ничего. Природа не сумела пережить комбинированный стерилизующий удар, нанесенный машинами, ни одна травинка не проросла вновь, а людям, похоже, не было никакого дела до уничтоженной экологии собственной планеты, они были заняты вопросами сиюминутного выживания и не заглядывали в будущее дальше завтрашнего дня.

В сиреневой дымке подкравшегося вечера у багряной линии горизонта появились очертания уступчатой громады города, и почти сразу кибстек, охватывающий запястье правой руки, издал мелодичную трель.

Обнаружен сигнал местной сети. – Сообщение системы транслировалось через устройства импланта непосредственно в рассудок девушки. – Входящий вызов. Ответить?

– Да, пап, – произнесла Айла, не отвлекаясь от управления.

– Ты где?

– Подъезжаю к городу. Не волнуйся, у меня все в порядке. Правда. Я не обманываю.

– Я тебя целый день вызываю! – В голосе отца слышалось плохо скрытое раздражение. – Просил же не выходить из зоны сигнала!

– Извини. Была в пустошах. Дома поговорим, ладно?

– Хорошо. Жду.

Сумерки быстро сгущались. Очертания полуразрушенного мегаполиса кое-где обозначили сиротливые габаритные огни, в свете фар внедорожника мелькали ухабы дороги.

Эрл – самый крупный город планеты, построенный на месте исторической посадки колониального транспорта «Эрлизаф», сильно пострадал в последние месяцы Галактической войны. Если бы не автоматизированный Цоколь, с его мощными стеклобетонными стенами, перекрытиями многометровой толщины и системами автономного жизнеобеспечения, послуживший убежищем для гражданского населения, то в период орбитальных бомбардировок и последовавшего за ними штурма планеты вряд ли бы кто-нибудь уцелел.

Флот Альянса, не сумевший удержать позиции в системе Онтарио, вынужденно отступил, но гарнизон оккупационных сил, защищавший развернутую на Эрлизе мобильную ремонтную базу и полевой госпиталь, сопротивлялся натиску до последнего серва.

Айла почти не помнила сражения за Эрл. Ей было тогда всего лишь девять лет, и она вместе со всем гражданским населением пряталась от бомбежек и обстрелов на нижних уровнях древнего Цоколя.

Уже позже, повзрослев, изучая новейшую историю в школе и институте, она узнала, что сервомеханизмы Альянса, закрепившись на планете, два месяца успешно отражали атаки штурмовых групп Флота Свободных Колоний, и это привело к непоправимым последствиям для Эрлизы.

Глядя на очертания города, Айла с горечью отметила: и тут никаких перемен. Эрл по-прежнему лежал в руинах, – над Цоколем, на фоне небес, еще хранящих зловещий багрянец заката, контрастно прорисовывались угловатые коробки пустующих многоэтажек, между ними по серым лентам дорог двигались огни фар немногочисленных машин, кое-где, очень редко, удавалось заметить освещенные окна, и лишь над центром города, будто вызов застывшему времени, сияла огромная голографическая реклама недавно открывшегося развлекательного комплекса.