Сумеречный Дозор - Сергей Лукьяненко

— К маме, и ко мне. У нее двое детишек —Ромка, маленький, лет пяти, и Ксюшка — ей десять.

— Хорошо, — одобрил я Анну Викторовну.

— Не ерничай. Два дня назад детишкизаблудились в лесу.

Сонливость с меня сразу сдуло, я сел в гамаке,придержался рукой за дерево. Посмотрел на Светлану:

— Ты что сразу не сказала? Договор —Договором, но…

— Да не волнуйся, как заблудились, так инашлись. К вечеру сами пришли.

— И впрямь редкость, — не удержался я. — Детина пару часов в лесу задержались! Неужели землянику любят?

— Когда им от мамы влетело, они сталирассказывать, что заблудились, — невозмутимо продолжала Светлана. — И встретиливолка. Волк их гнал по лесу — и выгнал аккурат на волчат…

— Так… — пробормотал я. И почувствовал, какчто-то тревожно забилось в груди.

— В общем, дети перепугались. Но тут появиласькакая-то женщина, прочитала волку стишки и тот убежал. А женщина привела детейк себе в домик, напоила чаем и проводила до околицы. Сказала, что она ботаник иу нее есть такие травки, которых волки боятся…

— Детские фантазии, — отрезал я. — С детьмивсе в порядке?

— Совершенно.

— Я уже ожидал какой-нибудь гадости, — сказаля и снова улегся в гамак. — На магию проверяла?

— Абсолютно чисто, — сказала Светлана. — Нималейших следов.

— Фантазии. Или и впрямь кого-то испугались…может и волка. А какая-то женщина их вывела из леса. Детям повезло, но хорошийремень…

— Младший, Ромка, заикался. Довольно сильно.Сейчас — говорит совершенно свободно. Тараторит, стишки какие-то рассказывает…

Я немного подумал. И спросил:

— Заикание лечится? Внушением там, гипнозом…что еще бывает?

— Ничем оно не лечится. Как насморк. И любойврач, что пообещает тебе гипнозом заикание убрать — шарлатан. Нет, если это былкакой-то реактивный невроз…

— Избавь меня от терминов, — попросил я. —Значит, не лечится. А народная медицина?

— Разве что дикие Иные. Ты же можешь заиканиевылечить?

— Даже энурез, — буркнул я. — И энкопрез.Света, но ведь магии ты не почувствовала?

— Но заикание прошло.

— Это может означать только одно… — неохотносказал я. Вздохнул и все-таки встал с гамака: — Света, это уже нехорошовыходит. Ведьма. Причем с Силой, превосходящей твою. А ты ведь — первыйуровень!

Светлана кивнула. Я редко упоминаю, что ееСила превосходит мою. Это ведь то главное, что нас разъединяет… можеткогда-нибудь разъединить.

И ведь Светлана специально ушла из НочногоДозора! Иначе… иначе она сейчас была бы волшебницей вне категорий.

— Но с детьми ничего не случилось, — продолжаля. — Гнусный колдун не лапал маленькую девочку, злая ведьма не сварила измальчика суп… Нет, но если это ведьма — откуда такой добрый поступок?

— Ведьмы вовсе не испытывают потребности влюдоедстве или сексуальной агрессии, — веско, будто лекцию читала, сказалаСветлана. — Все их поступки определяются обычным эгоизмом. Если бы ведьма былаочень голодна — она и впрямь могла бы слопать человека. Просто по той причине,что не причисляет себя к людям. А так… ну почему не помочь детям? Ей это ничегоне стоило. Вывела из леса, еще и заикание малышу убрала. У нее ведь тоже,наверное, дети есть. Ведь ты бы покормил бездомного щеночка?

— Не нравится мне это, — признался я. — Ведьматакой силы? Они ведь редко достигают первого уровня?

— Очень редко, — Светлана пытливо посмотрелана меня. — Антон, ты хорошо представляешь себе разницу между ведьмой иволшебницей?

— Работал, — кратко ответил я. — Знаю.

Но Света не унималась:

— Волшебница работает с Сумраком непосредственнои берет оттуда Силу. Ведьма пользуется вспомогательными материальнымипредметами, заряженными Силой в той или иной мере. Все магические артефакты,существующие в мире, созданы ведьмами или ведьмаками, это, скажем так, их«протезы». Артефактами могут быть вещи или органы тела ороговевшей природы —волосы, длинные ногти… Вот почему ведьма безопасна, если ее раздеть и обрить, аволшебнице надо еще заткнуть рот и связать руки.

— Тебе точно никто рот не заткнет, —усмехнулся я. — Света, ну зачем эти лекции? Я не великий маг, но азбучныеистины знаю, не надо напоминать…

— Извини, я не хотела тебя задеть, — сразу жеизвинилась Светлана.

Я посмотрел на нее — и увидел в ее глазахболь.

Какой же я скот!

Ну сколько можно вымещать свои комплексы налюбимой женщине!

Хуже любого Темного…

— Светка, прости… — прошептал я, коснулся ееруки. — Извини дурака.

— Да и я хороша, — призналась Светлана. — Ивпрямь, зачем я тебе ликбез читаю? Ты в Дозоре каждый день с ведьмами делоимеешь…

Мир был восстановлен и я торопливо сказал:

— С такими сильными? Да брось, на всю Москвуодна ведьма первого уровня, и та давно от дел отошла… Что будем делать, Света?

— Реального повода для вмешательства нет, —озабоченно сказала Света. — Дети в порядке, мальчику так даже лучше стало. Ноостаются два вопроса — что за странный волк гнал детей к волчатам?

— Если волк вообще был, — заметил я.

— Если был, — согласилась Светлана. — Нокак-то уж очень складно дети все рассказывают… Ну а второй вопрос — есть ли уведьмы регистрация в данной местности, что на ней числится…

— Сейчас узнаем, — доставая мобильник, сказаля.

Через пять минут я получил ответ, что по досьеНочного Дозора никаких ведьм в окрестности нет и быть не должно.

А еще через десять я вышел со двора,вооруженный инструкциями и советами своей жены — по совместительствунесбывшейся Великой Волшебницы. Проходя мимо сарая я заглянул в открытые двери— Колян завис над открытым капотом, на разложенной газетке лежали какие-тодетали. Ой-ей, я же просто так про стук в моторе сказал!

И еще дядя Коля пел, мурлыкал себе под нос:

— Не кочегары мы, не плотники,

Но сожалений горьких нет!