Болтливый мертвец - Макс Фрай

— Я уже все знаю, — невозмутимо сообщил Джуффин. — Я все время был рядом с тобой — в каком-то смысле. Разве ты не заметил? Ну да, конечно, ты не заметил… Все-таки у тебя пока нет опыта в делах такого рода! — Он посмотрел на мое вытянувшееся лицо и сочувственно сказал: — Макс, если хочешь, я могу принести тебе страшную клятву, что подсматриваю далеко не за всеми эпизодами твоей занимательной жизни. Только за теми, которые мне действительно интересны, а их не так уж много. Так что и говорить не о чем. Хорош бы я был, если бы ограничился твоим устным изложением вашей занимательной беседы! В конце концов, ты не обладаешь талантами нашего Куруша, который может слово в слово отбарабанить всякий диалог, при котором ему довелось присутствовать… Ты же знаешь, какой я любопытный!

— Знаю, — проворчал я. — Да нет, все в порядке. Просто сколько я с вами знаком, а все не могу привыкнуть к тому, что вы знаете обо мне абсолютно все!

— Да уж, к такому, пожалуй, привыкнуть непросто, — согласился шеф. — Но все не так уж страшно, мальчик. Я ведь не собираюсь ставить тебе оценки. Я не составляю мнение: «В этой ситуации сэр Макс повел себя хорошо, а в этой — плохо». У меня вообще нет коллекции мнений: ни на твой счет, ни на чей-либо еще… Мне по фигу, если честно!

— Верю, — улыбнулся я. — Мне и самому уже по фигу… Ну, скажем так: почти.

— До настоящего «почти» тебе еще далеко, герой! — рассмеялся он. — Ладно, лучше скажи мне, ты твердо намерен предоставить этим ребятам выбор: Холоми или изгнание?

— Да, — кивнул я. — А у вас есть возражения?

— Вот увидишь: наши новые Великие Магистры предпочтут отсидеться в Холоми. По крайней мере, шестеро из них. Особенно после того, как узнают, что больше пяти лет им никак не светит: все-таки они несовершеннолетние. К тому же леди Шимора Тек сама призналась тебе, что своей ворожбой повлияла на их решение… На твоем месте я бы просто отправил всех в изгнание лет на десять и посмотрел: выплывут или нет. Если хоть кому-то удастся не утонуть в океане свободы и одиночества… Знаешь, сэр Макс, это будет здорово!

— Право купаться в этом самом «океане» еще надо заслужить, — твердо сказал я. — Еще неизвестно, что труднее: выплыть или решиться нырнуть. Вы говорите, будет здорово, если кому-то удастся не «утонуть»? Полностью с вами согласен. Но для меня гораздо важнее знать, что хоть кто-то из них действительно хочет «плавать». Остальные меня не интересуют: сажайте их в Холоми, или отпускайте домой, или ешьте живьем — мне нет до них никакого дела.

— Экий ты, оказывается, суровый и непримиримый! — расхохотался Джуффин. — К тому же молодой и глупый. Можешь мне поверить: тот, кто хочет «плавать», далеко не всегда обладает необходимыми способностями. И наоборот… Впрочем, делай как знаешь! Между прочим, наш с тобой спор стар, как этот Мир, сэр Макс…

— Ну вот, хоть каким-то боком прислонился к вечности! — улыбнулся я. — Так вы действительно не против?

— Разумеется, нет, — шеф пожал плечами. — Сходи к своим приятелям, узнай, что они решили.

— Только откройте мне дверь, — проворчал я. — Меч короля Мёнина — отличная штука, но я сегодня уже наслаждался…

— Да, пожалуй, с тебя действительно хватит, — неожиданно согласился Джуффин.

Он немного поколдовал над своей зачарованной дверью и гостеприимно распахнул ее предо мной.

Юные чародеи дремали, кое-как устроившись на полу. Бодрствовала только Айса. Сидела, подтянув колени к подбородку, и внимательно смотрела на меня. Она показалась мне мрачной, но полной решимости.

— Ну что? — спросил я. — До чего вы договорились?

— Мы не договорились, — хмуро сказала она. — Мнения разделились. Менке, Карвен и Танита всю ночь кричали «да здравствует свобода» — и уже приготовились паковать дорожные сумки… Но Аватта сказал, что несколько лет в Холоми — его единственный шанс получить приличное образование: хорошая библиотека и куча свободного времени. Ясное дело, Тилла тут же начала ему подпевать. Жаль: она настоящая ведьма, веселая и бесстрашная. Если бы она не вбила себе в голову, что самое важное в жизни — любовь… Хисса, ясное дело, просто боится куда-то уезжать. Говорит, дело кончится тем, что всех нас продадут в рабство на окраине Куманского Халифата. И Тиба, по-моему, тоже боится, что бы он там ни придумывал о своих стариках, которые якобы не переживут, если их сын станет бродягой… В общем, развалилась наша веселая компания. Вы этого и хотели, да?

— Не выдумывай, — строго сказал я. — Единственное, чего я действительно хотел, — это чтобы каждый из вас сам решил, как ему жить дальше. Нет ничего хуже, чем тащиться в собственное будущее просто за компанию с приятелями… А ты-то сама что решила?

— Не знаю, — угрюмо буркнула Айса. — Вы, наверное, думаете, что я очень храбрая, да? На самом деле я просто умею притворяться храброй. Если бы не это, я бы вообще всю жизнь сидела в своей комнате и даже на улицу нос не высовывала! Я — жуткая трусиха, сэр Макс. Я даже сама не знаю, чего именно боюсь. Кажется, вообще всего! Например, когда мы с Карвеном лазали в вашу спальню и нам встретилась ваша большая собака… Знаете, еще немного, и я бы все испортила. Больше всего на свете мне хотелось завопить и убежать: я очень боюсь собак!

— Но ты стиснула зубы, небрежно потрепала эту громадину по загривку и пошла дальше, — кивнул я. — Мы с тобой действительно очень похожи! Я — такой же трусишка. До сих пор.

— Вы? — Она явно не могла мне поверить.

— Я даже высоты боюсь, — доверительно сообщил я. — Но когда залезаю в летающий пузырь Буурахри, он у меня взмывает в небо с такой скоростью, что со стороны кажется, будто я — самый геройский парень в этом Мире!

— И вы тоже боитесь высоты? — слабо улыбнулась она. — А ведь это я придумала фокус с летающим домом! Сначала мы несколько раз заставляли его летать, а сами оставались в безопасном месте — ну, вы знаете, эта наша общая квартира на улице Толстяков… А потом я сама предложила прокатиться.

— Назло собственному страху, да?

— Ага… — Она немного помолчала и призналась: — А сейчас мне почему-то страшно как никогда. Знаете, сэр Макс, я ведь вообще ни разу в жизни не уезжала из Ехо, даже в пригород. Вышло так, что у моих родителей нет ни загородного дома, ни страсти к путешествиям, ни даже привычки куда-то переезжать ради отдыха… И теперь, когда я думаю, что надо уехать куда-то на много-много лет, камера в Холоми начинает казаться мне очень привлекательной. Глупо, да?

— Это нормально, — улыбнулся я. — Так всегда бывает.

— Правда? — удивилась она. — Но Карвен, Менке и Танита совершенно не боятся. Они говорят о предстоящем изгнании как о большой веселой прогулке…

— Но у них наверняка есть какие-нибудь другие страхи, — объяснил я. — Если разобраться, нам с тобой повезло: у таких трусишек, как мы, просто нет иного выхода, кроме как притворяться героями. И знаешь, что самое замечательное? Иногда мы так заигрываемся, что начинаем сами себе верить! Ты же не будешь бросать игру на самом интересном месте, леди Айса? В противном случае к чему было затевать всю эту эпопею с изучением древней магии?..