Истинная для Дикого - Ясмина Сапфир

– Дядя? А вы к нам зайдете в гости?

Дикий посмотрел на меня в зеркало.

– Да. Дядя зайдет. Кстати, его зовут Давид. Нам надо с тобой поговорить.

Вербер кажется понял – о чем я, и твердо кивнул.

– Я помогу маме в этом разговоре.

Матвей посмотрел на меня, на Дикого и внезапно огорошил:

– Мама уходит от папы к вам, дядя Давид?

Вербер аж воздухом поперхнулся. Хорошо, что реакция оборотня безотказно сработала – не то врезались бы в большегруз, что вырулил из-за поворота. Дикий резко притормозил, пропустил грузовик и, когда мы двинулись дальше, ответил:

– Думаю, у мамы другая тема запланирована.

И тут Матвей снова нас обоих удивил.

– Ну как скажете. Я же вижу мама, что у вас с папой не лады. А дядя Давид так на тебя смотрит…

– Как? – уточнила я и услышала глубокий вздох вербера.

– Ну как принцы на принцесс в сказках. Как будто вот-вот поцелует и замуж возьмет.

Дикий кивнул мне в зеркало: мол, правда, все так и есть. Но я предпочла сделать вид, что ничего не поняла и не заметила. Слишком уж все происходило быстро и внезапно. Я об этом уже говорила Дикому и повторяться не собиралась. Хотя реакция сына порадовала. Я очень боялась, что он станет переживать. Ужасно расстроится из-за разлада в семье. А Матвей совсем по-взрослому оценил ситуацию и сделал очень правильные выводы. Я бы сказала – взрослые выводы.

Лучше уж порознь родителям жить, чем постоянно крыситься друг на друга. Я об этом сама не раз задумывалась.

* * *

Дикий

Дикий изо всех сил старался не ликовать. Вернее, не подавать виду, насколько ему приятно, что сын истинной мысленно сделал их парой и совсем не расстроился, не закатил скандал из-за того, что мама может разойтись с папой. Одной проблемой, одной стенкой между вербером и Ахсаной меньше. А мальчишка так понравился Дикому! Он сам от себя подобного не ожидал.

Чужой ведь ребенок! От другого мужика, который… дотрагивался до пары Дикого и больше того… Такое делал, что вербер жаждал прямо сейчас размазать Сергея по стенке как масло по бутерброду, а потом еще раскатать как блинчик. Но… Матвей сразу вызвал в вербере отцовские чувства. Ему вдруг захотелось баловать паренька. Посадить себе на плечи и катать, а потом еще и на спину медведя – как маленького, но гордого всадника. А потом угощать малиной, как маму…

Дикий вдруг размечтался о том, как они втроем… Что именно? Да все! Просто втроем и вместе. Сейчас перекусят, попьют чаю, погуляют, займутся делами дома…

И в эту минуту ему словно напомнили, что мечты мечтами, а жизнь всегда сложнее и уверенно вносит свои коррективы. Как говорится – человек предполагает, а бог располагает… Пусть даже это не человек – оборотень…

Едва Дикий притормозил возле забора Ахсаны, как тот с легким скрипом уехал в сторону. Вербер быстро сообразил в чем дело – спутница не успела даже вытащить нужный ключ.

Навстречу машине оборотня выскочил разъяренный Сергей. Глаза навыкате, изо рта разве что пена не идет. Дернул дверцу внедорожника, где сидела Ахсана, и, игнорируя присутствие сына, рявкнул:

– Выходи!

Дикий вылетел из машины первым, но Ахсана сделала ему знак рукой: мол, держись пока в стороне. Вербер поглядывал на Матвея, а тот затих на заднем сиденье, как мертвый. Даже моргать и дышать перестал. Испугался, похоже.

Вот же скотина, этот Сергей! Ну ладно жену не уважает и не хочет понять, но сына-то зачем так запугивать?

Впрочем, отчасти Дикий понимал реакцию Сергее. А когда тот заговорил – понял еще лучше. Вот только мужик сам довел ситуацию до подобного. Чего на зеркало пенять, если рожа кривая?

– Вчера тебя подвозил другой бугай, а сегодня опять этот? И все они просто знакомые? Так, что ли? Ты меня за идиота держишь? – Сергей орал почти на весь поселок и Ахсана поморщилась. Однако вышла навстречу мужу и резко, совсем как оборотница, втолкнула его на участок. Сергей не ожидал, Дикий не ожидал. Матвей разинул рот и сморгнул. Дикий высадил мальчика из машины и вместе с ним вошел за забор. Закрыл внедорожник с ключа.

Сергей собирался еще что-то сказать, даже рот приоткрыл, но Ахсана сделала резкий жест, и вытащила из рюкзака ключ. Закрыла забор и направилась к дому. Решительно, широким уверенным шагом. Спина выпрямлена, плечи расправлены, походка спокойная и горделивая. Дикий прямо залюбовался. Все-таки было в женщинах-нэнги нечто величественное, королевское. Им хотелось преклоняться, словно богиням…

Сергей побежал вслед за женой, как беспородный дворовый пес за роскошной борзой. Дикий двинулся тоже, прикрывая собой парнишку.

Ахсана успела открыть входную дверь дома, собиралась зайти, когда Сергей буквально сдернул ее с порога и крутанул на себя.

Дикий сам не понял, как очутился на крыльце – перемахнул через высокую входную группу одним прыжком и не заметил.

Встал рядом с Ахсаной.

– А ты пошел вон! – завопил на него Сергей.

– Я останусь пока Ахсана меня не прогонит! – рыкнул Дикий. И, видимо, лицо его выражало такие эмоции, что Сергей аж попятился. Спустился на одну ступеньку и выпалил:

– Мне плевать как ты все это объясняешь! Но если ты немедленно его не прогонишь между нами все кончено!

Дикий даже чуть не упал на железные перила, что обрамляли лестницу входной группы. Гум-м-м… Ударился о них локтем и скривился. А вдруг Ахсана сейчас скажет, чтобы он уходил? У вербера в груди защемило и захотелось броситься куда-то, метаться, драть когтями хоть что-то. Опять! В который уже раз… Внутри разливалось это до боли, до зубовного скрипа знакомое ощущение…

Бессилие… Вот что это было такое. Впервые за многие годы Дикого вновь почти не покидало это чувство. То самое, что посетило вербера, когда в больницу, где он работал, привезли безнадежного нэнги…

Бессилие… Пустота впереди, внутри, всюду… И неважно, что ты сделаешь. Исход один, он предрешен. Он известен заранее, хоть из шкуры вон вылези.

Сердце больно стукнулось о грудную клетку и кажется потяжелело килограмм на сто.

Ахсана подалась вперед, к мужу и процедила сквозь зубы:

– Вот и уходи! Я не буду с тобой разговаривать, пока не наберешься уважения и не захочешь вести себя, как нормальный мужчина, а не Отелло. Я не обязана перед тобой отчитываться за каждого мужчину, который меня подвез. Ты не застукал меня целующейся в закоулке поселка и не нашел любовника в моей постели. Ты не пришел в номер отеля, где я предаюсь страсти с другим. И не имеешь права так со мной разговаривать! Хочешь орать и требовать что-то – это ничего не даст. А пока уходи. Вернешься, когда сможешь нормально со мной разговаривать.

– Да ты! Ты… шлюха! Проститутка! Шалава! – завопил на весь поселок Сергей. Его хрипловатый неприятный слуху Дикого голос взвился в воздух, зазвенел…