Ты в гадалки не ходи - Надежда Первухина

Я осторожно коснулась Князева носком тапочки Мне подумалось, а вдруг он не мертв, а просто без со знания. Но нет, господин Князев был мертв безвозвратно.

Я подумала, может, стоит вытащить его из спальни в гостиную? Но от одной мысли о том, что мне придется прикасаться к трупу, у меня свело челюсти. Нет, пусть лежит там, где его настигла кара в виде моей Книги.

В дверь осторожно позвонили. Это и понятно, час был довольно поздний. Я проскочила мимо трупа и побежала открывать.

На пороге стояли вполне трезвые Юля и Ромул.

— Еще раз привет, — сказала Юля. Они прошли и коридор, и я заперла за ними дверь. — Что у тебя стряслось?

— Идемте, я покажу.

Юля и Ромул сняли куртки и проследовали за мной в спальню, где я предоставила их вниманию труп господина Князева. Вкратце я пересказала им всю историю. История выглядела очень пессимистично.

— Так, — сказала Юля. — Хорошо, что сегодня машина у нас на ходу. Запихиваем труп в багажник, едем па берег Выпи и там выгружаем его в ближайших кустиках. Как вам мой план?

— Такой план не пойдет, — твердо сказал Ромул. — Это просто несерьезно. Как мы его до машины потащим, ты об этом подумала? И потом, багажник не резиновый. Там и так уже стоят два мешка с твоими травами. И ведро с песком наговорным.

— Да, это минус, — потерла подбородок Юля. — Тогда остается одно.

— Что? — с надеждой спросила я.

— Оживить его, потому что уничтожить его мы не сможем. Нас такому не учили.

— А если превратить его во что-нибудь? — спросила я. — Например, в вазу. Это не я, это Книга предложила.

— Сразу чувствуется, что совет книжный, а значит, далекий от жизни. Даже если его заколдовать, все равно со временем природа возьмет свое. Как тебе гниющая, в личинках вазочка?

— Ой, только не это! Давайте его оживим.

— Логично. Все "за". Только есть небольшое "но". Для ритуала оживления, которым пользовалась еще великая Виктория Белинская, нужно немало.

— А именно? — спросил Ромул.

— Серебряная шпага и обсидиановый нож. Это первое. Белладонна и белые лилии. Это второе. И наконец, черный петух и белый голубь. На третье. Жертвенное оружие у меня имеется, шпагу можно вполне заменить па серебряный кинжал. Насчет лилий и белладонны тоже можно не беспокоиться. А вот черный петух и белый голубь… Да еще живые. Впрочем, погодите, меня осенила идея! Едем к Бабе Зине Мирный Атом! У нее и курятник есть, и даже, кажется, голубятня!

— Можно мне поехать с вами? — проныла я. — Мне страшно оставаться один на один с этим покойником!

— Конечно, поедем, — кивнула Юля. — Я бы тебя и не оставила. Но поторопимся, у нас мало времени. С каждой минутой этот кадавр становится все дальше от жизни. И возвратить его труднее и труднее.

Я тщательно заперла дверь, и мы спустились к машине.

— Эх, попили текилы, — вздохнул Ромул, садясь за руль.

— Не ной, дорогой, не кручинься, — хмыкнула Юля. — Ты же знал, на что шел. Ты знал, что я ведьма. А у ведьм практически не бывает свободного времени.

Улицы нашего городка уже были темными и сонными. Редко какая машина мелькала вдали. У нас с заходом солнца город погружался в сон. Правда, оживали вампиры и оборотни, но не про них сейчас речь.

Ромул лихо вел машину, и буквально за четверть часа мы одолели приличное расстояние и оказались у калитки Бабы Зины Мирный Атом.

Забрехала собака:

— Хозяйка, р-ряф, хозяйка! Гости, вау-ваф, к тебе пожаловали!

На этот специфический лай вышла баба Зина, кутаясь в узорчатую шаль.

— Кто там? — холодно поинтересовалась она.

— Баба Зина, это Юля Ветрова с мужем и подругой. Ты уж прости за неурочный визит.

— Ладно, чего там. Я все равно за телевизором скучала. "Последнего героя" смотрела. Проходите.

Мы поднялись в просторную горенку бабы Зины. Действительно, работал телевизор, вот только я не за метила никаких шнуров и проводов, подключенных к одинокой, запыленной розетке.

Баба Зина взмахнула рукой. Телевизор погас, зато зажегся верхний свет — три лампочки в трех рожковой люстре.

— Присаживайтесь, — пригласила баба Зина. — Чай, кофе? Или, может, травяную настоечку?

— Ох, баба Зина, нам сейчас не до того, — сказала Юля. — И без подарка мы сегодня, но за подарком дело не станет. Очень уж большая проблема привела нас к тебе.

— А именно?

— Баба Зина, ты вот эту девушку помнишь?

— Веронику-то? Помню, как же не помнить. Вероника, как тебе гадается по Книге Тысячи Птиц?

— Хорошо гадается, — произнесла я. — Только сегодня эта Книга человека убила.

— Вот с этого места, пожалуйста, поподробнее, — сказала баба Зина.

— Господин Князев, личный астролог бандита Сметанина, почему-то решил присвоить Книгу Тысячи Птиц, хотя вряд ли он сумел бы по ней гадать. Он пробрался в мою квартиру и потребовал Книгу. Угрожая пистолетом, кстати.

— И что ты? — полюбопытствовала баба Зина.

— Книга вышла на телепатическую связь со мной и потребовала, чтобы я передала ее господину Князеву. Как только Князев взял Книгу в руки, получилось… Получилось так, что она убила его. И сейчас у меня в квартире лежит труп.

— И что вы решили всей честной компанией? — спросила баба Зина.

— Оживлять, — твердо ответила Юля. — Уничтожить его бесследно мы не можем, остается одно — вернуть его в положение жизнеспособного субъекта. Хотя он подлец, конечно.

— Так-так, — протянула баба Зина. — И что же вам от меня потребовалось? Я ведь ритуалы оживления ни когда не практиковала.

— Баба Зина, я решила, что оптимальным будет вариант оживления, который однажды провела легендарная Виктория Белинская для своей подруги. Только для этого нам нужны черный петух и белый голубь.

— А лилию с белладонной где возьмете? — прищурилась баба Зина.

— У меня есть, — торопливо ответила Юля, — Сушеные.

— Свежие-то лучше. Я, уж так и быть, нарву вам. И петуха с голубем предоставлю.

— Баба Зина, наша благодарность не будет иметь границ!

— Да ладно, — зарделась баба Зина. — Я это не из корысти, а из чисто спортивного интереса: оживет — не оживет? Вы уж возьмите меня с собой на ритуал. Заодно и я поучусь, как такие ритуалы проводить.

— Баба Зина, мы почтем за честь!

— Ну ладно, пойдем птицу ловить. Ромул, ты мне поможешь.

Ромул кивнул и встал. Пошел за бабой Зиной. Мы с Юлей остались сидеть.

— Вот видишь, — шепнула мне Юля, — все налаживается! Так что держи хвост пистолетом!