Судьба Тирлинга - Эрика Йохансен

– А что с Пэном?

Элстон опустил голову, пытаясь подобрать слова, и вступил Арлисс.

– Парень слишком много пьет…

– Я знаю.

– Я не закончил. Прошлой ночью он ввязался в драку. Драку в кабаке.

Айса вытаращила глаза, но не сказала ни слова, чтобы никто не вспомнил о ее присутствии и не прогнал ее, как это сделал Корин.

«Ох, Пэн», – мелькнула мысль, и она грустно качнула головой.

– К счастью, он был в одном из моих игорных кабаков, а то бы его просто прирезали. Он полез на пятерых без меча. Но все равно, избили его знатно. Я пытался замять слухи, но они, наверняка, пойдут. Как всегда.

– Где он?

– В казарме, отсыпается.

Мрачный, как туча, Булава поднялся.

– Простите, сэр, – вставил Элстон несчастным голосом. – Я пытался его отговорить, но…

– Не бери в голову, Эл. Эту кашу я сам заварил.

Булава вышел в коридор и широким, целеустремленным шагом двинулся в сторону казармы стражи. Спустя секунду за ним поспешил Элстон, а следом и Корин с Киббом, и даже Айса с опаской пристроилась в конец процессии. Они добрались до конца коридора и застыли, остановленные резким шлеп! похожим на грубую оплеуху.

– Поднимай свой зад!

В ответ Пэн что-то пробубнил.

– Довольно мы с тобой нянчились, чертов втрескавшийся сопляк. Вылезай из кровати, или я вышибу тебя оттуда пинками, и, уж поверь, осторожничать не стану. Ты позоришь себя и всю Стражу. Позоришь меня.

– Почему?

– Я выбрал тебя, чертов кусок дерьма! – взревел Булава. – Думаешь, кроме тебя на улицах не было ни одного пацана, способного неплохо махать мечом? Я выбрал тебя! А ты сдулся, как раз тогда, когда был нужен мне больше всего!

Пэн пробормотал что-то еще. Он все еще пьян, поняла Айса, или мучается ужасным похмельем. Такое бормотание ей частенько доводилось слышать от Па. Затем он добавил чуть громче:

– Я – личный страж, а тебе не нужен личный страж. – Пэн повысил голос. – Она там, а мы сидим здесь и ничего не делаем! Мне некого охранять!

Раздался треск дерева, глухой удар и Пэн взвыл от боли.

– Может, нам войти? – шепнула Айса, но Элстон покачал головой и поднес палец к кривоватым зубам. В комнате что-то зашелестело и заскреблось; Булава волоком тащил Пэна по полу, тяжело дыша от напряжения.

– Ты был неглуп, парень. Ты должен был возглавить Стражу, когда остальные состарятся и станут слишком неповоротливыми. И вот он ты, барахтаешься в жалости к себе, как свинья в помоях.

Айса почувствовала, как ее потянули за рубашку, обернулась и увидела, что ее младшая сестра, Гли, смотрит на нее снизу вверх.

– Гли! – шепнула она. – Ты же знаешь, что тебе нельзя здесь быть.

Гли продолжала смотреть на нее невидящим взглядом, и Айса поняла, что у сестры очередной транс.

– Гли? Ты меня слышишь?

– Твой шанс, – прошептала Гли. Ее глаза были пусты, словно две сквозные дыры. – Ты ясно его увидишь. Они завернут за угол, а ты лови свой шанс.

Айса приоткрыла рот. Она не могла сейчас отвлекаться на Гли, потому что Булава, похоже, взялся за Пэна всерьез; она слышала, как в комнате ломается мебель и раздаются звуки ударов.

– Иди найди Маман, Гли.

Она развернула сестру и легонько подтолкнула ее в коридор. Пару секунд Айса с беспокойством смотрела ей вслед, а затем снова повернулась к казармам. Элстон и Кибб замерли по обе стороны от двери, и Айса, плюнув на свою гордость, шлепнулась на колени и высунула голову из-за ног Элстона, чтобы посмотреть, что там творится.

Пен согнулся, окунаясь с головой в один из тазов, стоящих у дальней стены. Булава замер над ним, держа его за шею, и у Айсы сложилось впечатление, что, если Пэн попробует вынырнуть слишком рано, Булава с готовностью макнет его обратно. Элстон знаками спросил, следует ли им уйти, но Булава лишь пожал плечами.

Пэн поднял голову и судорожно вдохнул. Его вымокшие каштановые кудри жалко облепили голову. Айса поморщилась, разглядев его лицо: яркая россыпь кровоподтеков, чернота под обоими глазами, и широкий мазок подсохшей крови на щеке. Булава посмотрел на него с сомнением.

– Протрезвел, парень?

– Почему мы ничего не делаем? – простонал Пэн. – Мы сидим здесь, и ждем, ждем, пока ее там…

Булава отвесил ему очередную оплеуху.

– Ну ты и наглец, Пэн. Если бы ты хоть изредка переставал себя жалеть, то кое-что бы заметил. У нас целый город людей, которым нужен дом. Церковь, которая спит и видит, как бы разрушить этот трон. Гнойный нарыв под Кишкой. Ты же знаешь Королеву, Пэн. Если мы оставим весь этот бардак как есть, а сами ринемся спасать ее, она убьет нас обоих.

– Когда ее здесь нет, все становится только хуже – Церковь наглеет…

Взгляд Булавы дрогнул.

– Это так. А ты мог бы здорово помочь, но вместо этого топишь свою печаль в драках и выпивке. Думаешь, Королеве понравится твой нынешний вид? И она будет гордиться тобой?

Пэн угрюмо пялился в землю.

– Она решит, что ты жалок, Пэн, прямо как я сейчас. – Булава глубоко вздохнул, складывая руки на груди. – Вымойся и переоденься. А затем выметайся отсюда. Переделай свои дела, подумай, хочешь ли ты остаться в Страже или нет. У тебя есть два дня. Приходи в себя, или не приходи совсем. Понял?

Пэн судорожно втянул воздух, в его покрасневших глазах вспыхнула боль. Айса надеялась, что Булава выдаст ему очередную оплеуху, но тот просто направился к двери, шикнув на них всех.

– Простите, сэр, – повторил Элстон.

– Не твоя вина, Эл, – ответил Булава, захлопнув дверь казармы за собой. – Я нарушил старое правило, хоть и знал, что нельзя.

– Думаете, он вернется?

– Да, – отрезал Булава.

Арлисс все так же ждал их у своего кабинета, с привычной уже стопкой документов, но теперь к нему присоединился Ивен, выглядывающий из-за плеча казначея как непослушный ребенок.

– У нас есть примерная оценка урожая… – начал Арлисс, но Булава его перебил.

– Ивен, что тебя гложет?

Ивен, с полыхающими красным щеками, выдвинулся из-за спины Арлисса.

– Я бы хотел поговорить с вами, сэр.

– Давай.

Ивен сделал глубокий вдох, словно готовясь толкнуть речь.

– Я не Королевский Страж. Вы были очень добры ко мне, вы и Королева, когда позволили надеть этот плащ и сыграть свою роль. Но я не настоящий Страж Королевы и никогда им не стану.

Булава многозначительно посмотрел на Элстона.

– Кто-то сказал тебе об этом, Ивен?

– Нет, сэр. Все добры ко мне, так же, как и вы, – отвечая, Ивен покраснел еще сильнее. – Мне потребовалось время, чтобы самому понять это, но вот я понял. Я не настоящий Страж Королевы, и я бы хотел снова приносить пользу.