Серебро ночи. Тетриус. Книга 1 - Татьяна Герцик

Он подошел к стене, отсчитал от стены несколько камней и нажал вначале на один неприметный выступ, потом на другой. Часть стены медленно отошла, открыв небольшую темную дыру.

– Пошли! – скомандовал Беллатор и первым нырнул в открывшийся проход.

Согнувшись в три погибели, они пролезли через небольшое отверстие. Очутившись на другой стороне, Беллатор при неверном свете лампы, освещающей камеру, нащупал лежащее на полу кресало. Несколько раз ударил по кремню. В полной темноте вокруг разлетелись ослепительные искры. Беллатор поспешно зажег стоящий у входа фонарь. Потом нажал на торчавший из стены металлический штырь, и стена стала на место.

– Лихо! – восхитился Сильвер. – А что дальше?

– А дальше мы с тобой тихонько пройдем в мои апартаменты. Посмотрим, что там делается.

– Нас могут заметить? – Сильвер восхищенно озирался по сторонам, проводя пальцем по влажной стене.

– Мы будем передвигаться по тайным ходам. Пошли, увидишь!

С фонарем в руке Беллатор двинулся вперед, освещая дорогу. Узкий вначале, проход становился все шире и выше, пока по нему не стало возможным идти в полный рост.

– Думаю, первоначально это были ходы для дымохода, ведь дворец нужно было обогревать. А потом про них просто забыли.

– А как о них узнал ты?

– А вот это польза чтения, которым ты всегда пренебрегал. Я нашел в дворцовой библиотеке старинный план дворца, тогда еще замка, и выяснил, что он буквально пронизан этими потайными ходами. Я прошел почти все из них. Карта только на старую часть, есть ли в новой что-то подобное, не представляю. Но, наверное, есть, дворец строился с многочисленными мерами предосторожности. В них должны входить и тайные ходы. Королям во все времена жилось сложно.

– Но как ты выяснил, что из темницы можно выйти?

– Я узнал, как в нее можно зайти. И зашел. Прошел по ходу, ведущему вниз, открыл лаз и вышел в темницу. Выяснил, в какую камеру выходит потайной ход, приготовил на всякий случай фонарь и огниво. И вот мы с тобой на свободе.

– Здорово! Но я сразу понял, что ты что-то задумал, когда начал подстрекать отца. Как ты думаешь, он тоже что-то понял?

– Думаю, что да. Он мне вчера сказал, что ему не нравится возня, которая идет вокруг нас. И глаза в это время у него были осмысленные.

– И он подозревает, что мы исчезнем?

– Уверен, стража ему об этом докладывать не будет. Но я постараюсь с ним встретиться. Главное, чтоб он не выдал Зинелле свои истинные намерения.

– А какие у него истинные намерения? Мне порой кажется, что Зинелла и ее дети ему гораздо дороже, чем мы. Изменение порядка наследования? Это возможно?

– Нет. Если он вздумает передать власть ублюдку, минуя законных детей, его просто сметут. Зинелла ничего не сможет сделать, пока мы живы. На всякий случай, к отцу пойду я один. Если со мной что-то случится, ты постараешься меня выручить.

– Если будет не слишком поздно.

– Ну, тогда наследником наместника станешь ты. У тебя получится, – Беллатор был странно весел.

Сильверу это не понравилось, и он сердито возразил:

– Я воин. Меня никто дворцовым интригам не учил. Мне на этом месте и месяца не протянуть. Знать во главе с нескио съест меня вместе с башмаками.

– Нескио хочет быть королем. Но выдержит ли он испытание троном?

– Ну он же прямой потомок наших королей. Возможно, и выдержит.

– Что ж, это было бы лучшим исходом. Он стал бы настоящим королем.

– Я тоже так думаю. Он благородный рыцарь. В отличие от графа Контрарио и его компании. Может, нам стоит с ним поговорить?

По боковым переходам они добрались до покоев Беллатора. Неслышно вышли из отодвинувшегося книжного шкафа и снова очутились в той же комнате, откуда ушли.

– Как думаешь, в старой части есть другие тайные ходы, кроме тех, что знаешь ты?

– Возможно, и есть. Дворец перестраивался много раз, уже без королей. Так что никто не знает, что у него за стеной.

– Тогда нам нужно быть осторожнее.

– До определенных пределов. Зинелла, наш главный враг во дворце, уверена, что мы с тобой в темнице. Следить за нами она не станет, ее можно не опасаться.

– Ты думаешь, она следила сама?

– Приспешников у нее много. И главная в этом деле ее камеристка.

– А мы можем дойти до крыла Зинеллы?

– Конечно. Но давай сперва перекусим. Не знаю, как ты, а я голоден.

– Я тоже. Но неужели твой камердинер не убрал со стола?

– Тито не так глуп, чтоб из-за подобных пустяков убирать еду. Он же знает, я не из тех простаков, что позволяют заточить себя в сыром подземелье.

Посмеявшись, они прошли в трапезную. На столе и в самом деле стояло множество накрытых круглыми высокими крышками тарелок.

Они сели на стулья с высокими спинками, и Беллатор на правах хозяина разлил по бокалам красное вино.

– Надеюсь, никто нас отравить не думает? – Сильвер подозрительно осмотрел свой бокал. – Что-то у меня в этом месте уже паранойя начинается.

– Зинелла об этом мечтает, но у нее ничего не выходит. Эти бутылки, как и еда, из нашего поместья. Тито привозит их для меня отдельно. Я никогда из рук мачехи не ем. А сюда ей доступ заказан. Ее служанки, пойманные на подступах к моим покоям, тихо-мирно исчезают.

– Исчезают? И куда же?

– Понятия не имею. Ими занимается Крис. Я у него не спрашиваю.

– Крис? Начальник королевской стражи? Сам?

– Да, собственноручно. Сам знаешь, предателей кругом полно, он тоже доверяет немногим.

Подняв бокалы в приветственном жесте, они выпили вино.

– За наше счастливое освобождение! – весело произнес Сильвер и принялся за еду.

После обильной трапезы оба несколько осоловели и уже не спешили никуда уходить.

В комнату осторожно заглянул Тито. Не выказывая никакого удивления, он спокойно спросил, не прикажет ли чего господин.

– Я хочу, чтоб о нашем здесь пребывании никто не знал, Тито. Я понимаю, ты никому не скажешь, но есть во дворце достаточно умные люди, которые могут что-нибудь заподозрить.

– Я понял. Я буду осторожен.

Сильвер полюбопытствовал:

– Что происходит у Зинеллы?

– Она стенает, ваша честь, – высокопарно выразился камердинер с каменным выражением лица.

Беллатор поморщился.

– Комедиантка! Ей бы с бродячей труппой таких же комедиантов выступать! Она во всем обвиняет нас?

– Да.

– А чем занят наместник?

– Насколько я знаю, он заперся в своем кабинете.