Отдел 15-К - Андрей Васильев

– Елки-палки – Герман стряхнул с воротника куртки еловые иголки – Опять ноги промокли.

– Мне бы твои заботы – вздохнула девушка – Страшно очень.

– И мне – поддержал ее Колька – Но что поделаешь, судьба у нас такая.

– Это у вас – уточнила девушка – У меня другая.

– Эх, молодежь – Герман щелкнул зажигалкой, прикуривая сигарету – Чего тут бояться? Будет открытый бой кто кого, бах-трах и все дела. Вот когда не знаешь, с какой стороны прилетит и от кого – вот это страшно. В общем – война херня, главное маневры.

– Не выражайся при девушке – попросил Колька.

Герман закатил глаза под лоб и присел на сухую кочку у кривой березки.

– Ну все, я пошла – сказала девушка – Мы все вместе должны будем сюда прийти, если меня не будет, то Меланья недоброе заподозрит. А вы здесь оставайтесь, на этом самом месте, его с поляны не видно.

– Давай-давай – одобрил Герман – Не будем ее раньше времени настораживать.

– Окурки здесь не бросай – предупредила его девушка – Беда будет, Хозяин рассердиться может. Он табак не любит.

– Не учи ученого – попросил оперативник – Все, чайка моя, попутных воздушных тебе потоков.

Девушка скрылась за деревьями и вскоре напарники услышали треск крыльев.

– Красивая – Колька глянул на почти темное небо – Очень красивая.

– Она ведьма – Герман постучал парня по лбу – Они другими не бывают. Но она – не такая как мы, помни это. И не думай, что если они нам помогают, то это за твои красивые глаза. Скажем так – сейчас у нас с ними симбиоз, как у черепахи со змеей.

– Какой черепахи? – не понял Колька и перевел взгляд на напарника.

– Плывет по морю черепаха – Герман поплевал на сигарету, затушил ее и аккуратно убрал в пачку – На спине везет змею. Плывет и думает «Сброшу – укусит». А змея в это время думает – «Укушу – сбросит». Вот и у нас то же самое. Они – ведьмы. Мы – сотрудники отдела 15-К. И у каждого из нас свои цели во всей этой истории.

Он поднялся на ноги, сделал несколько шагов и остановился у старого раскидистого вяза.

– Да, место удачное, не ошиблась девчонка, все как на ладони и нас не видно. Но мы переберемся вооон туда.

– Зачем? – непонимающе глянул на него Колька.

– Затем – Герман повертел головой – В таких вопросах никогда никому не верь.

– И тебе? – Колька хотел смягчить тон, но получилось это плохо.

– Ох уж мне этот юношеский максимализм – вздохнул оперативник – Все-таки понравилась девочка? Это нормально. Но пойми ты, неистовый гасконец, что она не с нами, она даже не человек в полном смысле слова. Она – нечто другое, другая ветвь эволюции. Физиологически – она человек, а вот душа ее… Это такие потемки. Ладно, пройдет время – сам поймешь. Если успеешь.

Герман облюбовал место под огромных размеров елкой, плюхнулся на сухие иголки и зевнул.

– Ну, вот и все, теперь – ждем. И запомни свою главную задачу – вывести из-под удара парня. Обо мне забудь, не надо меня страховать, не надо смотреть, как там у меня что. Твоя задача – освободить бедолагу. Сторожить его будут, но, крепко подозреваю, что не слишком-то и серьезно, он под чарами, так что основной проблемой у тебя будет не столько его отбить, сколько его увести оттуда сюда. Как бы наш жертвенный барашек еще и сопротивляться не начал.

– А если я его? – Колька изобразил что-то вроде удара.

– Эффективно и рационально – согласился Герман – Что-то такое я и хотел тебе предложить. Стало быть, оглоушь его – и в лес, а там по ситуации. Если наша возьмет – дело в шляпе. Если увидишь, что меня на куски начали рвать – линяй в темноту, авось повезет и сможешь из леса выйти. Еще раз – меня выручать не лезь. И мне не поможешь и сам пропадешь. Но как только утащишь его с поляны – сразу тихарись и все, нет тебя тут. Никак себя не обнаруживаешь, сидишь как мышка.

Лежали на иголках они еще долго, часа полтора. Озябли преизрядно, да еще и голод начал донимать, толком-то поесть не успели.

Впрочем, когда между деревьев мелькнули огни факелов и на поляну шагнули первые простоволосые женщины в белых, длинных аж до пят льняных рубахах, то холод и голод отступили.

Первой шла исключительной красоты женщина, в лице которой, несмотря на всю его прекрасность, было что-то отталкивающее, что-то дикое, жестокое. Это явно и была та самая бесовка.

– А как? – чуть слышно спросил Колька у Германа – Та то, у дома, старая была, а эта…

– Цыц! – зло шепнул тот, пристально глядя на процессию.

Вскоре на поляне уже полыхал костер, два десятка женщин и девушек кружились вокруг него, распевая некую песню без слов.

Появился и Валера – худой, неплохо одетый, с модной щетинкой и совершенно отсутствующим взглядом парень. Его посадили на бревнышко неподалеку от костра, совершенно без охраны, но он и не подумал бежать. Напротив, он знай раскачивался в такт песне и прихлопывал в ладоши.

Ритм нарастал, на небе показалась луна, залив мертвенным светом лес. Фигуры в белом кружились все сильнее, голоса звучали все громче, пламя костра, казалось, танцует вместе с ними.

И когда песня прекратилась, то в ушах у Кольки оглушительно взорвалась тишина, что в принципе противоестественно.

– Началось – послышался шепот Германа и его нож еле слышно скрежетнул о ножны.

Меланья подняла руки к небу, к луне, выкрикнула какую-то тарабарщину, закружилась на месте, все быстрее и быстрее, как юла и когда она остановилась, то в ее руках была какая-то мятая плошка, вроде как медная, и кривой нож с черным коротким лезвием.

– Подведите его ко мне – крикнула она – И помните – каждая из вас должна отведать его крови и плоти. Каждая!

Две женщины подхватили бессмысленно улыбающегося юношу, вертящего головой, под руки и поволокли к Меланье.

– Время – шепнул Герман, рывком выскочил из-под елки и невероятно шустро помчался к бесовке.

Колька же рванул в другую сторону, успев отметить, что одна из тех, кто держал юношу, вроде как подмигнула ему.

– Меланья! – раздался визг за спиной Кольки, но он оглядываться не стал.

Не зря ему женщина подмигнула – когда он подскочил к Валере, та уже отпустила его руку и вцепилась в волосы второй стражницы, которая явно этого не ожидала.

– Тварь! – взвыла та, и ее ногти прошлись по щеке бывшей товарки.

Колька ничью сторону занимать в этой драке не стал – не его это дело. Он, без особых раздумий, зарядил Валере прямиком в челюсть, после взял его руку на болевой прием и попер его в сторону уже родной ему елки. Тот, окончательно сомлев, еле перебирал ногами, но подчинялся своему нежданному спасителю.

Что примечательно – никто ему не мешал. Ведьмы, судя по всему, сцепились в междоусобной драке и на то, что потенциальную жертву коварнейшим образом умыкнули, внимания не обращали.