Семя Ветра - Александр Зорич

– Идущий Путем Ветра должен помнить свое прошлое.

– Идущий Путем Ветра должен бдить, – резко возразил Ганфала. – А ты спишь наяву. Только что я получил плохие вести, Герфегест. Священный Остров Дагаат больше не принадлежит Империи. Священный Остров Дагаат попал в руки Гамелинов.

На лице Герфегеста появилась кривая гримаса усталости. Плохие вести. Очень плохие вести. Что вообще есть в этом проклятом Алустрале, кроме плохих вестей? Он уже успел забыть что.

– Выходит, теперь Стагевд готов приступить к перекройке мироздания по своим собственным чертежам? Ведь Дагаат – это своего рода болевое средостение Мира Воды?

– Выходит, так, – ответил Ганфала. – Однако даже теперь, когда мы потеряли Дагаат, мы не должны сидеть сложа руки, дожидаясь собственной гибели!

– Лучше уж сидеть сложа руки, чем заниматься никому не нужной возней, – вздохнул Герфегест.

– Не всякая возня бессмысленна. – Ганфала извлек из кармашка на рукаве и подал своей птице блестящую трепыхающуюся рыбку величиной с мизинец. Чайка заглотила подачку, бессмысленно покрутила головой и снова обрела неподвижность. Ганфала одобрительно кивнул – чайка была его любимицей.

«Интересно, что этот Птичий Пастырь сделает, если она нагадит ему на спину?» – некстати подумалось Герфегесту.

– Что же ты намерен делать? – спросил он, большей частью из вежливости.

– Я намерен отправиться на юг, в земли Орнумхониоров. Если они еще сохранили верность Империи, мы можем рассчитывать на их флот и войско. Вслед за тем мы, не мешкая, нападем прямо на Дагаат и дадим решающее сражение.

– Император мертв и вместе с ним мертва Империя. Скорее всего молодой наследник престола Торвент мертв тоже. Как могут Орнумхониоры хранить верность мертвецу?

– Над этим вопросом мы задумаемся, когда услышим его из уст Ваарнарка, главы Дома Орнумхониоров. Я чувствую, еще не все потеряно. Орнумхониоры могут сделать очень многое.

– Если только Стагевд не раскроет прежде тайну Дагаата и не поднимет дно морское выше небес, – пессимистично заметил Герфегест.

– Выше небес не поднимет, – успокоил его Ганфала.

Как бы в одобрение остроты Пастыря, чайка издала мерзкий, хрюкающий звук, вибрирующий на низкой басовой ноте.

Герфегеста передернуло. Он был уверен: птицы так не кричат.

3

«Голубой Полумесяц» был отличным кораблем с заговоренной бронзовой обшивкой, которая не обрастала ни мелкими ракушками, ни водорослями.

Гребцы на осиротевшем ныне флагмане императорского флота были вольнонаемными, откормленными мужиками из владений Хевров. И трудились они не за страх и даже не за совесть, а за немалое жалованье императорского гвардейца. После бегства из Рема прошла ровно неделя, когда на юге показались сторожевые башни Наг-Кинниста.

С кем сейчас Орнумхониоры? Знают ли они о том, что произошло в столице? Сколько еще стоять поднебесному миру? Эти вопросы теснились в голове Герфегеста, когда «Голубой Полумесяц», кичась червленым золотом носовой статуи покойного ныне императора Лана Красного Панциря, входил в гавань Наг-Кинниста.

Флот Орнумхониоров пребывал на месте. Несколько десятков файелантов были ошвартованы вдоль длинных деревянных причалов. Это немного успокаивало: по крайней мере корабли Орнумхониоров не рыщут по морям Алустрала в надежде перехватить беглецов и не сражаются впустую с громадным флотом мятежников на траверзе Рема.

На берегу Герфегест заметил с десяток со вкусом одетых людей. За их спинами стояли простые воины. По меньшей мере четыре сотни при полном вооружении. Их явно ожидали.

Оглянувшись назад, Герфегест заметил, как из неприметных бухточек у входа в гавань выскользнули две полуторные галеры. Галеры быстро перекрыли «Голубому Полумесяцу» путь к отступлению.

«Ну, две полуторные галеры мы, положим, уже один раз отогнали… – с тоской подумал Герфегест, вспоминая кровавую баню в Реме, – …но тогда мы сражались против предателей, а сейчас перед нами – последние союзники. Даже победа над ними означает окончательное поражение в войне с Гамелинами!»

4

На берег сошли только Ганфала и Герфегест. Даже неразлучные Двалара, Горхла и Киммерин остались на борту. Так велел Ганфала.

Итак, десять первых лиц Дома Орнумхониоров. На нагрудниках переливается синевой зловещий тунец, рыба мощная и своевольная, на лицах лежит печать хитролисости и привычного самодурства. Они всегда были такими – это Герфегест помнил еще из прошлой жизни. Из жизни Конгетларом.

– Приветствую тебя, благородный Ваарнарк из Орнумхониоров, – невыразительно и, как нашел Герфегест, неподобающе тихо начал Ганфала.

– Привет и тебе, незнакомец, – приосанившись, сказал щуплый мужчина неопределенных лет, в котором Герфегест мог бы заподозрить главу Орнумхониоров в самую последнюю очередь. Относительно «незнакомца» Герфегест в первый миг удивился, но тут же сообразил, что Ганфалу ведь видел в Синем Алустрале, мягко говоря, не каждый.

– Ты сказал «незнакомец»?

Ганфала вкрадчиво улыбнулся и вместе с его улыбкой перед Орнумхониорами сверкнул перевернутый стальной полумесяц на посохе, с неуловимой быстротой извлеченном из складок длинной, в тон белоснежному плащу хламиды. «Жезл Рыбьего Пастыря… Надзирающий… Ганфала… Не может быть…» – прополз шепоток среди рядовых воинов.

Но Ваарнарк, кажется, все еще не сообразил, кто перед ним. А может, посох Ганфалы просто не впечатлил Хозяина Орнумхониоров, который принял его за подделку.

Это сверх вероятия – Ганфала собственной персоной! Еще будучи ребенком Ваарнарк терпеть не мог сказок, что рассказывала ему старая нянька. И теперь, много лет спустя, в лице немолодого главы Орнумхониоров не дрогнул ни один мускул.

– Я сказал «незнакомец», потому что не услышал твоего имени. Кто сказал тебе, что я буду разговаривать с человеком без имени? Ты ведешь себя как важная персона, но почем мне знать, что у тебя на уме?

С точки зрения Герфегеста, назвать мага «человеком без имени» было неслыханной дерзостью по отношению к Рыбьему Пастырю, который отчего-то не торопился отвечать Ваарнарку.

– Ты не слишком почтителен к своим гостям, Ваарнарк из Дома Орнумхониоров. Я – Герфегест из Павшего Дома Конгетларов и мой меч сейчас служит Ганфале Рыбьему Пастырю. Если ты не узнал его, это не дает тебе право вести себя оскорбительно. Извинись перед ним, иначе тебе придется соединить свой меч с моим в поединке чести!

Орнумхониоры схватились за оружие. Все, кроме Ваарнарка. Тот презрительно скривился, будто бы ему в чашу с вином шлепнулась ядовитая сколопендра и, жестом придержав своих вассалов и родичей, сказал:

– Какие времена – такие гости. Герфегест Конгетлар? Проклятый Дом Конгетларов получил по заслугам. Вот уже второй десяток лет мы благодарим сияющий Намарн, избавивший нас от Дома наемных убийц и шпионов. Конгетлары были назначены к истреблению волею императора и Синевы Алустрала. Если ты Конгетлар – ты преступник.