Я – сталкер. Тропами мутантов - Андрей Левицкий

Где напарник? Не видать. Краем глаза уловил на площадке второго крана блеск. Тело среагировало само – я упал. Выстрела слышно не было, но визг срикошетившей от опоры пули показался громом. А ведь я для засевшего там снайпера как на ладони! Я лихорадочно заозирался, ища, где укрыться. Пространство под обоими кранами было свободно, ветер гонял по бетону сухие листья. Сразу за опорами начиналась грузовая зона – там стояли контейнеры, брошенные фуры, железные бочки… с моей же стороны, то есть со стороны Котла, на узком промежутке между краном и обрывом, была только ржавая ограда да штабель рельсов.

Из-за одного штабеля рельсов высунулась и сразу исчезла голова Озерова. В бетон тут же ударили пули, в разные стороны полетел серый песок. Стреляли с контейнеров. Они были впереди, второй кран – слева, а штабеля и Котел – за спиной. Справа стояли железные бочки. Приподнявшись, я дал очередь по контейнерам. Озеров опять высунулся, махнул мне и тоже открыл по ним огонь. Я развернулся и бросился к нему.

Когда упал за штабелем, майор снова присел. Рукав его был распорот и в крови, но рана казалась поверхностной. Неподалеку, у самого обрыва, лежало тело в камуфляжных штанах и старой энцефалитке, грудь перетянута пулеметной лентой, вокруг на бетоне – россыпь крупных гильз. Смутно знакомый бородач смотрел в небо и не подавал признаков жизни, из живота у него торчала рукоять – я узнал десантный нож Озерова.

– А пулемет? – я глазами указал на мертвеца. Майор показал на обрыв. Жаль, жаль.

– Сколько их?

Озеров поморщился:

– Осталось шестеро. Преимущество в позиции.

– И снайпер, – добавил я.

– Простой стрелок, – возразил майор. – Если бы это был снайпер, ты бы не добежал.

– Где Пригоршня?

– За теми бочками.

– Остальные?.. У телепорта видел два тела.

– Керзон с Бугровым там же. Юла мертв. – Лицо Озерова на миг окаменело. – Второй труп – бандит. Не о том думай. Смотри. Стрелок наверху. Лестницу на кран охраняет еще один. Остальные засели на контейнерах. Значит, они простреливают все пространство. Мы даже высунуться не можем, чтобы прикрыть друг друга. Ты по стрелку – по тебе с контейнеров, и наоборот. Патовая ситуация при таком, как у нас, количестве людей.

В старом порту царила напряженная тишина. Чуть слышно поскрипывала цепь второго крана, дальнего от нас, на котором засел вражеский стрелок. Обе стороны выжидали, что предпримет противник.

– Надо убрать охранника у лестницы, залезть наверх и разобраться со стрелком, – резюмировал я. Чтобы уточнить расстановку сил, подполз к краю рельсового штабеля и осторожно выглянул сбоку. Резко, до одури пахло смазкой. До второго крана метров тридцать открытого пространства… какое там, все пятьдесят. Одной пробежкой не одолеешь. Даже если засевший за бочками Пригоршня (я наконец заметил, как он на миг высунулся и сразу спрятался) ударит по тем, кто засел на контейнерах, а майор возьмет на себя стрелка, меня подстрелит лестничный охранник. Действительно хреново…

Озеров сидел, прислонившись спиной к рельсам. В ответ на мою реплику он поджал губы, задумчиво покачал головой. Затем тоже выглянул из-за штабеля, но с другой стороны, сделал два-три коротких жеста. Сбоку из-за бочек высунулся Керзон. Прозвучало несколько выстрелов от контейнеров: невидимый противник попытался подбить неосторожно высунувшихся. Озеров повернулся ко мне:

– По команде огонь на охранника.

– А как же… – начал я – но заткнулся, когда Майор вытащил из висевшего на поясе футляра подствольник. Прикрутил к автомату.

– Видишь, что на втором кране? – Он снял с разгрузки выстрел к подствольнику, зарядил.

– Вижу, – кивнул я. Кран этот использовали как экскаватор – на повернутой к контейнерам могучей стреле была цепь с многотонными железными «челюстями», способными сжиматься и разжиматься, от них наискось тянулась еще одна цепь.

Я встал на одно колено и приготовился стрелять. Что он задумал? Отсюда не определить, где именно на площадке залег стрелок, к тому же тот может перемещаться, невидимый снизу, граната с большой вероятностью взорвется далеко от него. Неужели бьет на авось? Глупо ведь.

Озеров принял похожую позицию, затем, нагнувшись вбок, дал отмашку.

– Огонь! – скомандовал он.

Справа послышались выстрелы. Я поднялся, вскидывая автомат, надавил спусковой крючок, короткими очередями мешая охраннику, притаившемуся возле лестницы второго крана, высунуться. Краем глаза заметил вставших за бочками Пригоршню, Керзона и Бугра, они лупили по крыше пирамиды из трех контейнеров. Лоб покрыла испарина. Конечно, стрелку понадобится пара секунд, чтобы выбрать цель, и не факт, что это буду я… Но не факт, что это будет кто-то другой. А если и да – терять напарника мне тоже не улыбалось, я успел привязаться к этому увальню-десантнику. В умственном плане увальню, стреляет-то он бодро…

Эти мысли пронеслись в голове за какую-то секунду. А потом рядом выпрямился майор, поднял ствол, целясь во второй кран. Выстрел! Озеров отработанным движением вытащил еще один выстрел, зарядил и послал гранату в том же направлении. Куда он целился?!

Ответ пришел сам собой, когда почти неслышный за перестрелкой взрыв расцвел на подъемном кране, чья гигантская стрела нависала над контейнерами. Казалось, вздрогнула вся металлическая громада. Трос, удерживающий ковш, лопнул, и огромные стальные челюсти обрушились на контейнеры, сминая железо, словно бумагу.

Хруст и лязг заглушили все остальное. Я поморщился. Выстрелы смолкли.

И тут с раздирающим уши скрежетом накренилась стрела крана. Видимо, крепления проржавели, сотрясение от взрыва расшатало их. Плавно, как в замедленной съемке, многотонная металлическая дура заваливалась вперед, выдирая крепления. Верхушка стрелы клюнула в землю за контейнерами, стрела переломилась и завалилась набок. Нижняя, более длинная, ткнулась в бетон за краном и осталась лежать наклоненная, упираясь одним концом в площадку крана, другим – в покореженные челюсти ковша.

Нервы оставшихся бандитов не выдержали – по нам открыли беспорядочный огонь. Мы с Озеровым упали за штабель. Я перезарядился. Мы переглянулись и разом, не сговариваясь, приподнялись, стреляя по охраннику. Я заметил, как плечистая фигура метнулась к смятым контейнерам, и узнал Пригоршню.

Следом бросился Бугор.

Выстрел сверху заставил здоровяка отпрыгнуть за мощную лапу крана. Но высунувшийся сержант дал очередь по площадке, заставляя снайпера убраться, и Бугор, почти не пригибаясь, одним рывком преодолел пространство до следующей опоры.

Охранник не высовывался, и было не понятно, жив ли он вообще. Но рисковать и прекращать огонь по нему было нельзя: надо прикрыть Бугра и Пригоршню. Хотя что Никита забыл там? Ковш раздавил всех, после падения такой массы не выживают…

Бугор уже добрался до второго крана. Теперь он был недоступен для снайпера, но открыт для охранника у лестницы.