Эргай. Новая эра Земли - Татьяна Зинина

— Вы что, собрались напасть на изолятор, где держат Лёшку? — спросила, стараясь разгадать ответ по взгляду Дариса.

— С местом ты угадала. Но на самом деле у нас немного другие планы, — уклончиво ответил он, снова потянув меня дальше по коридору. — Но и твоего брата мы можем освободить. Ты ведь хочешь этого?

— Конечно! — воскликнула, готовая хоть сейчас отправиться вызволять братишку.

— Не торопись. Нужно всё подготовить, просчитать, проанализировать. Осечек быть не должно, потому, Саш, у каждого в этой операции будет своя роль. И никакой самодеятельности. Именно от слаженной работы всей команды зависит успех всего дела. Ты ведь это понимаешь?

— Конечно, — отозвалась, соглашаясь с каждым его утверждением. — И что именно потребуется от меня?

Но к моему удивлению, Дарис не ответил. Вместо этого обнял меня чуть крепче и, поймав мой вопросительный взгляд, отрицательно мотнул головой.

— Всё потом, Саш, — сказал, подарив мне улыбку. — Сегодня мы не будем говорить о делах. У нас с тобой есть, что отпраздновать. Твой успех — это и для меня победа. Потому сейчас мы с тобой забудем обо всех посторонних темах, и будем просто наслаждаться этим вечером. Или мы этого не заслужили?

— Заслужили, — согласилась я с ним. — Так и о каком сюрпризе ты говорил? — спросила, когда мы уже дошли до жилого уровня, на котором располагались личные комнаты руководства.

— Сейчас всё сама увидишь. — ответил он и. подойдя к своей двери, распахнул её передо мной и галантным жестом предложил пройти внутрь.

Ну и конечно я вошла — ведь уже давно стала здесь частым гостем. Да только едва переступила порог, удивлённо остановилась.

Посреди комнаты стоял небольшой круглый столик, застеленный белоснежной скатертью и сервированный по высшему разряду на две персоны.

— Что это такое? — поинтересовалась, не особенно понимая причин подобного жеста.

— У нас праздничный ужин, — пожал плечами Рис. — Я достал бутылку Ситрелли — а это лучшая марка вина во всём Союзе! Ты такого точно никогда не пробовала.

— Небось, стоит столько, что мне и не снилось, — хмыкнула, присев на один из стульев.

— Цена в данном случае значения не имеет, — отмахнулся парень. — Я давно хотел тебя им угостить, да всё повода подходящего не было. А на ужин у нас сегодня гуэрская синяя рыба.

— Синяя? Что, прямо вот… синяя? — рассмеялась я, представив себе такой вот чудный деликатес.

— Ты, кстати, зря смеёшься, — изобразил обиду мой друг. И, усевшись на второй стул, поднял крышку с главного блюда.

Ну да, рыба на самом деле оказалась синей, потому пробовать её было немного страшно. Но откусив кусочек, я едва не растаяла от удовольствия. Вот честно, никогда не ела ничего более вкусного! Да что говорить, я даже не представляла, что подобные блюда существуют.

Вино мне тоже понравилось, хотя ничего особенного в нём я для себя не обнаружила. Разве что… после первого бокала стало так легко и хорошо, что и не передать. Рису тоже было весело. Он шутил, смеялся, заставил меня попробовать странный чёрный соус, с которым рыба стала казаться настоящим чудом.

— Ну, как тебе наш напиток? — с галантным видом уточнил Дарис, прокручивая в пальцах свой бокал. Правда, смотрел он при этом только на меня, и сейчас в его глазах я видела настоящий интерес… чисто мужской.

Да, случалось, что Рис и раньше так на меня смотрел, но я старалась не придавать этому значения. Мы дружили, у нас были близкие дружеские отношения, и нас обоих при этом всё устраивало. По большей части я просто привыкла игнорировать подобные проявления его эмоций, да и он никаких поползновений в мою сторону не делал. Но вот сейчас, в этот весёлый прекрасный вечер, я вдруг поняла, что мне нравится то, с каким интересом он на меня смотрит.

— Вино вкусное, но я пробовала и вкуснее, — сказала, отвечая на его вопрос. — Вот рыба — это да. Супер. Никогда не ела ничего подобного.

— Ты недооцениваешь Ситрелли, — довольно ухмыльнулся сидящий напротив блондин. — В природе не существует более расслабляющего напитка. А нам с тобой точно не помешает расслабиться.

— Так это что-то вроде наркотика? — уточнила, с невозмутимым видом делая глоток из своего бокала.

— Нет, — проговорил Дарис. — Просто вино, которое… очищает разум от лишнего хлама. Оно не опасно, даже наоборот. К тому же, если его часто пить, то эффект пропадает. Кстати, — он подался чуть вперёд, подлил и мне, и себе вина и, подняв бокал, добавил: — Его можно пить только с тем, комудоверяешь. Потому что в расслабленном состоянии можно выболтать всё что угодно. Ну и сделать что- то такое, о чём потом будешь жалеть.

— Опасный напиток, — сказала со смешком. — Но ведь у нас правильная компания? Я вот тебе доверяю. И честно и искренне могу назвать другом.

А он на моё заявление ответил только странной, чуть грустной улыбкой, которая почему-то показалась мне горькой. И в этот момент на душе стало так тоскливо, так печально, что я не смогла сдержать внезапный порыв. Поднявшись, схватила свой стул и перетащила его вплотную к стулу Дариса.

— Ну и чего ты скис? — спросила, усевшись рядом и уложив голову на его плечо. — Ты, кстати, сейчас не контролируешь свой дар. Я слишком хорошо чувствую все твои эмоции, хотя я ни разу не эмпат.

— Не хочу контролировать, — проговорил он, отведя взгляд в сторону. — Мы же расслабляемся. Как понимаешь, мне это вино тоже можно пить только с теми, с кем я могу раскрыться. Не держать себя в рамках. Быть искренним.

— Вот и наслаждайся, — улыбнулась я и даже за руку его взяла. — Улыбайся. У нас же праздник? И вообще… Ты говорил, это вино заставляет выбросить из головы всё лишнее.

Но вместо ответа Дарис вдруг повернулся ко мне всем корпусом, обнял за талию и притянул ближе к себе.

— Слушай, Саш… а скажи-ка… я совсем тебе не нравлюсь, как мужчина?

Сейчас его светлые, как ясное небо, голубые глаза смотрели на меня со странным непривычным волнением и даже надеждой. И мне совсем не хотелось ни отстраняться, ни отворачиваться. Да, Рис был красивым парнем, и он просто не мог не нравиться. Я же, наверное, слишком долгое время заставляла себя видеть в нём просто учителя, наставника, приятеля, а потом — друга. На него ведь многие девушки засматривались, но он никому не отвечал взаимностью. Был таким же одиночкой, как и я. Наверное, потому мы с ним друг к другу и тянулись.

Сейчас Дарис смотрел на меня точно не как на подругу или одну из учениц. И это оказалось неожиданно приятно и странно горячо.

— Нравлюсь, — сам ответил на свой вопрос мой друг, точнее, уловил ответ по изменившемуся градусу моих эмоций.

Рис вообще прекрасно чувствовал других людей, да и умел влиять на их эмоциональное состояние. У меня же на такое воздействие был совершенно непонятный иммунитет, но… увы, даже это не давало полной защиты от его влияния.