Маркиза де Ляполь - Дора Коуст

Слезы высохли, будто и не было их, а эмоции снова спрятались за каменной стеной. Не до них.

Не успел явиться вовремя, хоть и просил мальчишку в случае чего сразу бежать ко мне. Он честно отработал золотые и направился за доктором. Правда, Доктор Штейр уже ничем не поможет.

Как и любой военный, знал: даже если причина смерти очевидна, проверка обязательна. Потратив минуты на то, чтобы перестраховаться, многие находили скрытые доказательства насильственной смерти. Не верил, что кто-то мог желать отцу зла, однако привык действовать согласно закону.

Тьма вырвалась из кончиков пальцев, обхватывая тело отца плотным коконом. Ощущал каждый миллиметр, проникая под кожу через поры. Сканировал каждый участок…

– Какого черта?! – вырвалось само собой.

По-новому взглянув на тело, прошел магией еще раз, а потом еще раз, пока точно не убедился в том, что моему отцу помогли умереть! Готов был убивать голыми руками, разрывать на куски! И даже знал кого именно… Ту жадную тварь, что пригрелась в этом доме!

– Я бежал так быстро, как мог… – в голосе Доктора Штейр сквозило отчаяние.

Он стоял в дверях, не решаясь пройти дальше, однако должен был стать тем, кто подтвердит состоявшееся убийство. Как раз тот свидетель, которому нет причин не доверять.

– Что вы знаете о «черной смерти», Доктор Штейр? – обратился я к мужчине, разглядывая проступающие на ладонях отца черные пятна.

– Достаточно много. Я писал об этом яде свою последнюю работу и ее даже опубликовали в журнале о медицине. Но почему вас так это интересует? – вопросил он удивленно. – Неужто вы думаете, что…

– Именно это я и думаю. Моего отца отравили, а потому я прошу вас обследовать его тело и выявить видимые признаки, которые появляются при попадании яда в организм. – Кулаки сжимались с такой силой, что слышал хруст собственных костей.

Не прощу… Сгною! Закопаю заживо!

– Но как такое может быть? Кто? – недоумевал мужчина, натягивая перчатки.

– О, поверьте, я знаю кто. И даже знаю зачем.

– Куда вы? – обернувшись, спросил доктор, тогда как я уже почти покинул спальню.

– Я верю вам, Доктор Штейр. Но мне еще нужно вызвать стражу.

– Преступник в доме? – на его лице читался испуг.

Я предпочел промолчать. С трудом сдерживался, чтобы не взлететь вверх по лестнице да не придушить собственными руками. Страстно желал верить в ее вину. Да все доказательства были против нее! В том числе и неподписанное завещание…

Но отчего-то разум не давал окрестить маркизу убийцей. Сам себе сопротивлялся, хотя будь на моем месте кто-то другой, сомнений не возникло бы. Подходила по всем фронтам, имела и мотив, и возможность, но…

Скрипнув зубами, быстро написал записку и вручил ее мальчишке-слуге.

– Беги так быстро, как только сможешь. И скажи, что Герцог де Парион велел поторапливаться…

* * *

Маркиза де Ляполь

Хоть обида до сих пор и жгла сердце, слезы иссякли. В чем-то могла понять поведение герцога – у него только что умер отец, но, с другой стороны… Я ничего не сделала для того, чтобы он вел себя так, будто я дворовая собачонка.

В том, что теперь мне точно нужно валить да побыстрее, нисколько не сомневалась. Сильного покровителя, который мог бы заступиться за меня, больше не было.

Вчера Мариана говорила о том, что этим утром меня призовут ко двору. Без зазрения совести между улицей и поиском жилья и работы и королевским дворцом я выбирала последний. Никто не отменял жажду комфорта – тепло, светло, сытно, но и дурой я не была. Прекрасно понимала, за любую щедрость попросят троекратно. В любом случае даже из дворца всегда можно сбежать.

Присев в кресло, думала о том, что надо бы потихоньку собирать вещи. Светлая не появлялась, но почему-то это не огорчало. Хотела побыть одна, наедине со своим разумом. Должна была многое обдумать. В том числе и то, за что убили герцога. А главное, кто именно это сделал.

Пальцы зудели, а неуемная жажда открытий подталкивала к тому, чтобы выйти из комнаты и обследовать спальню герцога и его кабинет. Сдерживало лишь то, что мое любопытство могли прировнять к соучастию и сокрытию улик. Не хотела оказаться крайней в этой истории.

Дверь отварилась без стука, а через несколько секунд на пороге возник Герцог де Парион. За его спиной маячили четверо мужчин, чья одежда тонко намекала на их прямое отношение к воинам или стражникам. Могла бы предположить, что они явились сопроводить меня во дворец, однако на королевских гвардейцев мужчины не походили даже отдаленно.

– По какому праву вы врываетесь в мою спальню? – вопросила грозно.

– Вы обвиняетесь в преднамеренном убийстве Герцога де Вилан. – дикий холод пронзал его голос.

Этот же холод ледяными иглами проник в мою спину, вынуждая выпрямиться в кресле, подобно бетонному столбу. Плечи расправились, осанка стала идеальной и, несмотря на то, что герцог возвышался надо мной, как нерушимая скала, я умудрялась смотреть на него свысока.

– С чего вы взяли, что его убили?

– Признаки отравления редким ядом налицо, и это сделали вы, – отвечал спокойно, словно вел светскую беседу, но в глазах отражалась чернильная бездна ненависти.

– Ваши доказательства?

– Листок, на котором вы написали завещание за моего отца, но Герцог де Вилан не успел его подписать, – выплюнул он, будто самолично поймал меня на месте преступления.

– Я писала его по его просьбе.

– Только у вас был мотив. После вчерашнего инцидента на балу он вернул бы вас обратно в монастырь. Согласитесь, убить его и единолично завладеть всем имуществом – идея, достойная женщины вашего уровня.

Старался задеть побольнее, но я уже собралась и была готова давать отпор. Он не сможет все так легко провернуть и избавиться от меня. Не сможет…

– Это все ваши выдумки и ваши личные желания. Вы хотите так думать, но можете лишь предполагать. Прямых доказательств моей вины нет. Вашего отца отравили ядом? Так, где же сосуд, в котором этот яд принесли? Обыщите мои вещи, однако моя вина доказана вами ровно настолько, насколько в убийстве можно обвинить каждого живущего в этом доме, – не собиралась устраивать истерику.

Если буду сопротивляться обыску, то вмиг окажусь в тюрьме, а то и на костре. Этот гад найдет, за что поджечь под моими ногами поленья.

– Ваша Светлость, а ведь мадмуазель права, – осторожно обратился один из стражников, выглядывая из-за спины герцога.

Мы же продолжали мерить друг друга тяжелыми взглядами. Никто из нас не готов был отступить. Видела в отражении его глаз пятьдесят два способа моей мучительной гибели, но не тушевалась. Он не сможет сломить меня. Никогда не позволю.

Скрип зубов расслышали абсолютно все участники очередной театральной постановки. Ладислас прекрасно понимал, что этот раунд остался за мной, и ему ничего не оставалось, как удалиться из моих покоев. Естественно, я даже не думала расслабляться. Он уже нашел ту, которую решил обвинить в преступлении, а значит, не остановится, пока не свяжет все улики с моей персоной.