Проклятие Этари - Анастасия Сычёва

— А почему он вообще убивает темных эльфов в Аркадии? — вдруг спросила Бьянка. — Раз за вампирами ему не лень ехать в Вереантер, не проще ли и эльфов убивать где-нибудь в Селендрии?

— Проще, конечно, — согласился Кейн. — Выходит, ему принципиально важно убивать именно темных и именно на территории Аркадии. Вывод, мне кажется, логичный, однако не дающий никакого ответа на наши вопросы.

— Однако кое-что все-таки стало понятно, — вмешалась я.

Кейн и Бьянка одновременно подняли головы.

— И что же?

— Смотрите сами. В прошлом году вампиров убили в начале зимы, а темных эльфов — в начале весны. В этом году эльфов убили в конце осени, а вампиров — в конце зимы.

— Между жертвоприношениями проходит ровно три месяца, — пробормотал Кейн, сразу уловивший мою мысль. — Получается, система все-таки есть…

— Конечно же есть, — уверенно сказала я. — Стало быть, если Раннулф планирует третье жертвоприношение, оно пройдет в конце весны. Нам осталось понять, как он выбирает места для ритуалов.

— А мы не должны пойти к ректору и рассказать ему о том, до чего додумались? — осторожно спросила Бьянка.

Я отрицательно покачала головой.

— Я не сомневаюсь, что наши магистры уже давно пришли к тому же выводу, что и мы. Следовательно, нам остается только одно — думать дальше.

Прекрасно понимая, что всю доступную в библиотеке литературу о темном архимаге мы уже проштудировали, я все же решилась обратиться за помощью к постороннему человеку. Ребята в Госфорде, услышав о моей задумке, спорить не стали, хотя было очевидно, что в успех предприятия они не верят. Но поскольку никаких новых идей никому на ум не приходило, попробовать явно стоило.

Занятия возобновились со следующего дня. Хмурые преподаватели были немного рассеянны и находились в своих мыслях, и студенты этим вовсю пользовались — балбесничали, общались, перебрасывали друг другу записки, читали. На некромантии я дождалась конца занятия и подошла к преподавательскому столу, где Морган собирал свои записи.

— У вас появились вопросы по поводу наведения и снятия порчи третьего уровня, студентка? — вяло спросил некромант, даже не пытаясь изобразить хоть какую-то заинтересованность.

— Нет, магистр, — вежливо ответила я. — Я хотела спросить о запретных ритуалах для увеличения магических сил.

Морган весь подобрался, его лицо заострилось, а взгляд стал холодным.

— Не лезли бы вы в это дело, — сухо сказал он. — Один раз вам уже посчастливилось спастись от архимага, и я на вашем месте не стал бы испытывать судьбу. И вашему светлому другу посоветовал бы то же самое.

— Ну мы же не собираемся сами ловить Раннулфа! — возмутилась я. — Мы же не идиоты! Мы только пытаемся понять схему, по которой он действует!

Морган раздраженно выдохнул, и я собственными глазами увидела, как с него слетает напускное спокойствие. С удивлением я обнаружила, что Морган не просто расстроен или взволнован, нет, он был по-настоящему зол.

— Да нет никакой схемы! — в сердцах рявкнул он. Да так, что я даже подпрыгнула на месте от неожиданности. — Только время! Он совершает ритуалы каждые три месяца, но места выбирает без какого-либо принципа! А из-за того, что обряд относят к некромантским, на весь наш факультет некромантии теперь смотрят волками и требуют ответа, что же Раннулф задумал! А откуда мы знаем, если сам по себе обряд лишь дает запас магических сил, которые можно использовать для чего угодно?!

— Даже так? — выдавила я, не ожидавшая от всегда уравновешенного Моргана такой вспышки.

Тот только рукой махнул.

— Мы даже не можем сказать, будут ли еще эти ритуалы, или Тасселу было достаточно уже проведенных. Но если они будут, то у нас есть еще три месяца, чтобы понять, что происходит. Темный Совет магов пообещал, что в случае нашей неудачи полетят головы.

— И все же принцип есть, — тихо сказала я, когда Морган выдохся и замолчал. — Два города в Аркадии и два города в Вереантере, это не просто так. Вчера мы проверили по карте — между Эшкитоном и Макрумом примерно такое же расстояние, как от Госфорда до Тромры — несколько дней пути. В выборе места есть какой-то смысл.

Морган нахмурился и посмотрел на меня внимательно.

— Вы уверены?

— Абсолютно, — подтвердила я.

Он прошелся взад-вперед по комнате, запустив обе руки себе в волосы.

— Может, вы и правы, — вдруг произнес он. Злость исчезла, и теперь аспирант выглядел задумчивым. — Над этим надо подумать… Вот что, студентка, — обратился он ко мне. — У нас на факультете сегодня назначено заседание, и я расскажу там о вашем наблюдении Танатосу и прочим магистрам. Если они одобрят, то я попрошу Танатоса выписать вам пропуск в нашу факультетскую библиотеку, к которой нет широкого доступа.

— Спасибо, магистр! — довольно улыбнулась я, не веря в такую удачу.

— Только, пожалуйста, без героизма! — крикнул он мне вдогонку, поскольку я уже стояла возле двери. — Не хватало нам еще двух трупов к сорока восьми уже имеющимся!

Я покивала головой и вышла в коридор.

— Значит, пару дней нам придется подождать, — подытожил Кейн, когда вечером я рассказала ему о разговоре с Морганом.

Мы снова собрались втроем в нашей с Бьянкой комнате. Прорицательница, сняв синий балахон, устроилась поудобнее на кровати и читала учебник, я сидела за столом и писала домашнее задание для Виттории, когда к нам пришел Кейн. Слушая меня, он одновременно изучал карту с нашими пометками, которую мы с Бьянкой повесили на стену.

— Хотя не факт, что они пойдут нам навстречу, — добавила я.

— Но и причин отказать у них тоже нет, — возразил Кейн. — Пока мы сидим в академии и ни во что не вмешиваемся, мы никому не мешаем, а лишняя пара мозгов им была бы кстати.

— Возможно.

— А ты что думаешь, Бьянка… э-э-э… Бьянка? — позвал он, когда девушка ничего не сказала.

Я повернулась и увидела, что прорицательница сидит на одном месте, не шевелясь, и неподвижно смотрит в одну точку. Мы, не сговариваясь, бросились к ней, но Бьянка продолжала смотреть вдаль пустыми глазами, даже когда Кейн слегка потряс ее за плечи.

— Может, позвать целителей? — начал было он. — Я не могу определить, что…

Повернув к себе голову девушки, я сразу заметила ее широко распахнутые глаза с крошечными сузившимися зрачками и поняла, в чем дело.

— Нет, ничего не надо, — остановила я Кейна.

— Но с ней что-то…

— У нее видение, — перебила я. — Она же прорицатель! Я видела такое раньше…

В этот момент Бьянка пришла в себя и без сил рухнула на кровать. Очень бледная, она часто и тяжело дышала, на лбу выступили капельки пота.

Несколько минут мы молчали. Бьянка приходила в себя, Кейн корчил мне рожи, но я знаком велела ему ничего не говорить и ждать. Он закатил глаза, но послушался.