Трельяж с видом на море. Право любви - Вера Чиркова

Просто поднялась с камня и уныло побрела по тропе, мечтая только об одном: побыстрее дойти до крепости, возвышавшейся всего в полукилометре от неё. Почему-то этот путь оказался самым длинным и трудным из всех, какие Ярославе пришлось когда-либо пройти.

Странное животное, несущееся на неё с вершины, женщина заметила не сразу, смотреть куда-то, кроме как под ноги, не получалось. Сначала Слава услышала лёгкие шаги, чуть позже увидела катившиеся по тропе камушки. Потом обнаружила несущиеся навстечу огромные птичьи лапы, а подняв взгляд, замерла, не в силах даже кричать, горло сжало спазмом. Невиданный зверь нависал над ней огромной львиной мордой с внушительными клыками.

Ярослава попыталась отскочить в сторону, споткнулась и покатилась по тропе, но боли не почувствовала, проваливаясь в так старательно догонявший её обморок.

– Зорденс вас убьёт, – мстительно вещал разгневанный голос на незнакомом, смутно напоминающем древнюю латынь языке, но Ярослава почему-то отлично его понимала, – а я и шага не сделаю, чтоб заступиться! Сколько можно вам говорить, что мангуры ничуть не дурнее вас? Могли бы сообразить своими дырявыми котелками, что о контрабандисте или бандите зверь не стал бы так беспокоиться! И почему вы сразу не сообщили мне, я бы встретил гостя вежливо и деликатно!

– Но, Беджет! Мы же спешили! Мангур так и показал, что нужно бежать!

– Прежде чем куда-то бежать, нужно сначала хоть немного подумать! – отрезал сердитый голос и обратился к Славе: – Эй, парень! Пришёл в себя? Ты меня понимаешь? Открывай рот, нужно выпить вот это снадобье.

Женщина к этому моменту успела сообразить, что удобно лежит на постели, под головой высокие мягкие подушки и никакая видимая опасность ей не грозит. Даже снадобье, которое держал возле её губ в маленькой чашечке мужчина в бандане и с приятным, совершенно не соответствующим злому голосу лицом, было безвредным. Однако заученные истины оказались сильнее интуиции.

– Я не пью самопальных снадобий, – резко вывернув голову в сторону, категорично отказалась Ярослава.

Мужчина охнул совершенно по-женски и выронил свою чашечку. Зелье разлилось по футболке, потекло на грудь.

– Извини, – расстроился абориген, выхватил откуда-то кусок полотна, и не успела Слава сказать даже слово, как рука незнакомца уже старательно терла её футболку.

А в следующий миг он отскочил в сторону, как укушенный, и сначала побледнел, потом заалел ушами и скулами.

– Простите… но мы не предполагали… ваша одежда…

– Интересно, а что мне было надеть, отправляясь в неизвестность, – проворчала Ярослава. – Юбку, что ли? Вот в ней я из того болота точно не выбралась бы.

– Вы… попали в болото? – почему-то снова расстроился мужчина. – Но там недавно подсыпали холм… и мангуры всё время дежурят.

– Неужели так много народу приходит? – живо заинтересовалась женщина, ни на секунду не забывавшая, для чего она предприняла этот рискованный и авантюрный шаг.

– Они своих ждут… а из других миров за последнее время пришёл только один, – стараясь не смотреть на промокшую ткань, облепившую совершенно не мужские округлости, уклончиво сообщил лекарь. – Но всё это лучше меня объяснит наш наместник. А сейчас вам готовят купальню… и одежду… я пойду, распоряжусь.

– Сидеть, – строго отрубила Ярослава, очень быстро осознавшая, что представляет для аборигенов какую-то ценность, и собиравшаяся выжать из этого факта всё, чтобы найти Костика, – купальня немного подождёт. Сначала дайте мне поесть, просто желудок ссохся, хотя этот… мангур, принёс мне груш. А потом вы мне всё подробно расскажете про того, кто пришёл.

– Сейчас, – засуетился мужчина и резко дёрнул шнур.

А приказав появившимся низкорослым слугам принести побольше еды, как-то засомневался, заелозил на стуле.

– Беджет, в чем дело? – Ярослава с каждой минутой говорила на незнакомом языке всё увереннее. – Начинайте рассказывать. И не тряситесь так, я не агент иностранной разведки и ничего вашим врагам доносить не побегу! Ну? Я жду.

– Он меня убьёт, – уныло сообщил лекарь и даже плечами передёрнул, припомнив, видимо, того, кто мог его укокошить, потом вздохнул ещё более тяжко и упавшим голосом сообщил: – Всего один и был за последние годы, полторы луны назад… и сказал точно так же, как вы… что ему мама не разрешает пить самопальные снадобья…

Он ещё что-то бормотал, но Слава уже не слышала, истерзанная событиями последнего месяца психика, не выдержав шока от внезапного сообщения, снова уносила свою хозяйку в милосердную мглу.

Но на этот раз Слава очнулась почти сразу, лекарь, побледневший от растерянности, ещё не успел вылить ей на лицо всю воду, которую собирался.

– Перестаньте меня мочить, – возмутилась женщина и решительно села. – У вас что, нет даже обыкновенного нашатыря? Или нюхательных солей? – Это ей припомнилась медицина начала прошлого века. – Вы, вообще-то, лекарь или кто?

– Лекарь, – как-то вяло обиделся он, – и немного травник.

– Ну и чего тогда так нервничаете при виде простого обморока? – Ярослава строго посмотрела на местного эскулапа, собираясь прочесть ему лекцию по обращению с пациентами, но тут принесли еду.

Однако, даже стараясь как можно медленнее поглощать невыразимо вкусный суп, Ярослава не могла забыть о главном. И лекарь сдался под напором этой странной женщины. Но не её уверенность в правоте и не категоричный приказ рассказывать всё подробно послужил толчком к такому решению. Только теперь, разглядев поразительно знакомый серебристый блеск насмешливых глаз, Беджет сообразил наконец, на кого так похожа эта женщина. На того удивительного парня, который больше луны назад привёл в их крепость матерых контрабандистов с маленькими мангурами в мешке.

– А куда он потом делся? – забыв про недоеденный суп, Ярослава жадно всматривалась в рассказчика.

– Господин комендант послал его на Хамшир, продать мангуров… – Лекарь замялся, не зная, можно ли рассказывать иномирянке про перемены, произошедшие в их жизни после того случая.

Комендантом у них теперь Гервальд, господина Зорденса король назначил наместником, а вот юный Хо погиб от руки наёмников. И мангуры больше не считаются кровожадными убийцами, теперь они помощники и разведчики.

Правда, не все сразу привыкли к последней новости, большинство слуг и некоторые воины до сих пор опасаются подходить к страшным зверям близко, но есть и такие, кто научился их понимать, и сам он среди них. До сих пор стыдно вспомнить, как трусил, сидя в комнате Стана, когда тот купал котят. И как цепко держал в кармане единственное, как считал тогда, спасение, пузырёк с настойкой кирьян-травы.

– Ну?

– Я точно не знаю, поэтому не стану вводить в заблуждение, – решил не слишком своевольничать Беджет. – Но я уже сообщил о вашем приходе господину Зорденсу, думаю, он или сам прибудет, или пришлёт за вами своих людей, а вы пока отдыхайте и набирайтесь сил.