Безымянный раб - Виталий Зыков

— Дурак! — запрыгала на одной ноге одевающаяся подруга. — Я же сейчас упаду!

— Ну и падай! В кровать, — многозначительно заметил Олег и подвигал бровями. — Зачем встала?

— А затем! Капитан нас приглашает к себе пораньше.

— Да ты что? Он же запретил нам выходить из кают после нападения пиратов! И вообще, когда он мог сообщить тебе об этом, мы же всё время вместе были?

Настя лукаво засмеялась:

— А когда вы изволили почивать! Какой-то матрос постучал в дверь, я открыла, получила приглашение и снова легла, а вы, сэр лежебока, даже не проснулись.

— М-да! Ты что же, хочешь сказать, что мне надо вставать и одеваться?

— Угу. Минут через десять пробьёт этот ужасный корабельный колокол, и мы должны быть на месте. — И тут же непоследовательно заметила, почти нараспев: — Как же замечательно, когда не укачивает. Ты просто не представляешь.

— Тут ты права. Меня не укачивало ни разу в жизни. — Последние слова прозвучали несколько глуховато. Олег нагнулся, зашнуровывая кроссовки.

Наконец они собрались и направились в кают-компанию. В проходе встретили Олеську и Наташу, которых сопровождал неизменный Бернар. Судя по всему, он не на шутку увлёкся этими девушками. Только было непонятно, какой именно.

«А может, обеими сразу?! — проскочила удивлённая мысль. — Чёрт их знает, какие здесь порядки. Может, многожёнство в ходу». Олег посмотрел на свою подругу, по её озадаченному взгляду понял: думала она о том же самом.

В кают-компании их уже ожидал капитан Айрунг. Он стоял в своей любимой позе у открытого иллюминатора. Вошедшие расселись за столом. Помощник Бернар остался снаружи. Повисла настороженная тишина. Льер Айрунг словно забыл о присутствующих, думая о каких-то своих проблемах. Наконец он повернулся и бодро прошествовал во главу стола. В это время в каюту вошли два стюарда, которые начали споро накрывать на стол. Судя по богатству сервировки, сегодня праздновалось какое-то значительное событие. Выводы Олега подтвердил заговоривший капитан:

— Сегодня у нас замечательный день. Через шесть часов плавание завершится, мы прибудем в порт Семи Башен и все вместе предстанем перед Магистром Наказующих, льером Бримсом.

По голосу капитана можно было догадаться: этот Бримс очень влиятельная фигура. Но сейчас Олега волновали более важные вещи. Легко, словно заправский житель этой планеты, он заговорил с капитаном на торне:

— Капитан, я конечно же понимаю, что нам необходимо встретиться с вашими правителями, но что с нами будет после? Как мне представляется, по вашим меркам мы никто: не дворяне, не имеем денег, связей и влияния. Мы совершенно бесправные существа. С нами можно делать всё, что заблагорассудится. Хоть в рабство продавать!

При последних словах льера Айрунга аж передёрнуло.

— На Нолде нет рабства! Даже крестьяне у нас являются арендаторами! А насчёт вас запомните: Нолд никогда не предаёт и не бросает преданных ему людей! Никогда!

Но Олег, которого насторожило, что Айрунг сказал об отсутствии рабства на Нолде, но ничего не сказал про Торн, продолжал гнуть свою линию:

— Я вам, безусловно, доверяю, льер Айрунг. — Олег был уже знаком с некоторыми правилами здешнего этикета и старался по возможности не забывать про уважительное обращение к Истинному магу. Что это такое, он, правда, пока ещё не выяснил. Все опрашиваемые им матросы в ответ только закатывали глаза и восхищённо цокали языком. — Но мы не можем быть вам полезны. У нас ничего нет, и в вашем мире мы чужие.

Губы мага тронула тонкая улыбка. Для его сдержанного и скрытного характера это было необычно. Судя по всему, слова Олега его немало позабавили.

— Говоря о своей бесполезности, вы сильно лукавите. Вы люди из другого мира, и этим всё сказано. Вы сами и ваши знания представляют гигантский научный интерес, и сотрудничество с нашими исследователями подарит вам возможность обосноваться в этом мире.

— Мы не позволим ставить над собой никаких опытов! — Слова об исследованиях не понравились Олегу ещё больше, чем слова о рабстве. — Мы люди, а не подопытные животные!

Капитан раздражённо нахмурился:

— Я, кажется, не говорил об опытах! Нам нет нужды проводить над вами эксперименты. Вы просто пройдёте довольно долгое обследование, оно касается состава крови, качества волос, вашей ауры. Вот и всё. Мы же не какие-то там варвары. Республика Нолд цивилизованное государство и ценит человеческую жизнь. Кроме того, вам предложат поделиться знаниями о вашем мире. На какое-то время это станет вашей работой. Замечу, неплохо оплачиваемой работой.

Всё ещё не удовлетворённый Олег продолжил наседать:

— Я вам верю, льер Айрунг, но при всём моём уважении к вам вы не правитель и не можете гарантировать нашу безопасность. А правитель может и изменить описанное вами наше будущее в худшую сторону.

Айрунг зло блеснул глазами и открыл рот для ответа, но тут заговорила Олеся:

— Олежек, ну чего ты пристал. Прямо как Ярик. Тот тоже ныл и ныл. То плохо, это плохо. Льер Айрунг тебе всё замечательно объяснил, а ты недоволен.

Сидящая рядом с Олегом Настя аж задрожала вся от обиды за Олега. Тот даже был вынужден под столом накрыть рукой её коленку и успокаивающе сжать. Та дёрнулась было, но подчинилась. Нападки Олеси остались без ответа. Снова заговорил Айрунг:

— Вы конечно же правы, беспокоясь о своей безопасности, но поверьте мне, вы зря волнуетесь. Всё будет именно так, как я сказал. — Его голос звучал спокойно и так снисходительно, что Олег даже покраснел. — А теперь предлагаю вам насладиться прекрасным обедом. В следующий раз это произойдёт на суше.

Вот так, пребывая в сомнениях, гости, а фактически — пленники провели этот праздничный обед. Невесёлые думы омрачали лица всех, даже не особо задумывающихся Олеси и Наташи. Видимо, Олегу удалось зародить сомнения и у них. Но, что самое странное, мрачен был и Айрунг.

«Ой, не ладится что-то у тебя, дорогой ты наш капитан. Проблемы у тебя, и очень большие проблемы. Почти как у нас». — Необъяснимое злорадство наполнило Олега. Его аж затрясло всего. Теперь уже Настя обеспокоенно накрыла его руку своей и легонько сжала. Как ни странно, это помогло. Словно пелена с глаз спала, и Олег уже спокойно закончил обед. Будь что будет. Изменить они не могут ничего, а нотка здорового фатализма всегда помогает сберечь силы. Через какие-то считанные часы всё решится, и ломать голову незачем.

Корабль подходил к входу в гавань. Взметнулись сигнальные флажки, капитан Айрунг послал короткий опознавательный импульс на сторожевые башни на берегах залива. В качестве ответа зашуршала, опускаясь, перегораживающая вход в гавань толстая, скреплённая сложнейшими заклятиями цепь. Вот вход свободен, и корабль величаво вплывает в гавань. Вечерело. Именно этим и объяснялась поднятая цепь. К шести вечера вход в гавань был запрещён любым кораблям, исключая, конечно, корабли Нолда. Порт Семи Башен никогда не был взят врагом, и его жители желали сохранять подобное положение и впредь.