Мне нужно твое «да» - Ольга Романовская

– Что вы обо всем этом думаете, граф?

Ленар с трудом сфокусировался на императрице-матери. Она задала вопрос? Так, нужно сосредоточиться и вспомнить. Наверняка речь об отравлении герцогини.

Скрыв раздражение в уголках губ, граф размешал сахар. Демоны преисподней, зачем было приглашать его на этот дурацкий кофе, усаживать за столик для двоих? Определенно, Алисия получала извращенное удовольствие от происходящего.

– Ничего нового, ваше величество, – учтиво ответил он и сделал небольшой глоток из белоснежной чашки с императорским вензелем.

Хотя бы кофе хорош! Хм, Алисия хотела подлизаться, велела добавить туда пару капель ликера. Его любимого ликера. Странно, очень странно! Нужно держать ухо востро. Или в чашке цианид? Миндальный привкус мгновенно перестал казаться притягательным.

Вздор, Алисия не стала бы! Она старомодна, действует напрямую.

– Сын подозревает заговор, но я склонна полагать, все гораздо проще, – продолжала императрица. – Успех иногда кружит голову, верно, граф?

А вот и укол. Ленар сделал вид, будто не заметил его.

– Пока ничего достоверно не известно, ведется расследование.

Алисия кивнула и, перехватив в зеркале взгляд дежурной фрейлины, качнула головой. Граф успел заметить в руках придворной дамы конверт. Все интереснее и интереснее!

– Так вы на стороне сына? – напрямик спросила императрица. – Против отбора?

– Я против скоропалительных решений. Кто бы ни покушался на жизнь герцогини Ласси, он намеревался посеять панику.

По лицу Алисии скользнула тень облегчения. Первый министр поддержал ее. Неожиданно! Сам того не желая, Ленар Горзен вознесся в глазах императрицы. Пододвинув кресло чуть ближе к гостю, Алисия покосилась на дверь камерной гостиной, не подслушивает ли кто, и шепнула:

– Можете быть со мной откровенным, я не трепетная девица. Опять абигонцы?

– Вряд ли, – пожевав губы, качнул головой Ленар. – Их нельзя сбрасывать со счетов, однако вот уже много лет все тихо.

– Но ведь покушались на моего сына, – не унималась императрица. – Яд был в бокале Вардена. Лишь по счастливой случайности его выпила герцогиня.

Граф мысленно усмехнулся. Счастливой случайности! Бедняжка чудом не умерла, неизвестно, когда встанет, а императрица радуется. Однако он оставил свои мысли при себе и, повинуясь чутью, отодвинул чашку с кофе. Алисия явно собиралась о чем-то попросить. Ленар не ошибся.

– Я уже говорила с Эммануэлем, теперь хочу с вами.

Что: усилить охрану, не отходить от Вардена, лично возглавить следствие?

– Присмотритесь к претенденткам. Возможно, кто-то из них замешан в преступлении. Отбор продолжится, – выпрямившись, в полный голос, твердо добавила императрица. – Даже если мой сын против. Я рассчитываю на вас.

Ленар кивнул и покосился на чашку кофе. Похоже, аудиенция закончена.

– Ну что вы, – Алисия перехватила его взгляд и улыбнулась, – я не настолько жестока! Никто вас не гонит.

Граф бы поспорил. Он знал императрицу достаточно долго, чтобы помнить ее неблаговидные поступки. По сравнению с ними недопитая чашка кофе – пустяк.

– Я предпочитаю вишневый. – Алисия сменила тему, беззаботно заговорила о ликерах. – А у вас необычный для мужчины вкус. Обычно сладость для дам. Вам не хватает нежности и заботы.

Ленар напрягся. Императрица-мать начала издалека, но стремительно двигалась к цели: она задумала его женить.

– Я решила, что справедливо, после того как сын сделает выбор, показать остальных девушек вам.

– Показать? – коротко усмехнулся граф. – Они не товары на ярмарке, ваше величество, а живые люди.

– Ах, не придирайтесь к словам! – отмахнулась Алисия. – Вы прекрасно поняли. Тут собраны лучшие девушки империи. Или вы считаете, будто никто из них не достоин фамилии Горзен?

Вопрос опасный, крайне опасный, с двойным дном. Ленар ответил максимально осторожно:

– Безусловно, каждая бы осчастливила меня, ведь они отобраны для самого императора, но, к сожалению, я еще не созрел для брака.

– Напрасно! Вы ровесник Вардена, пора. Наличие жены не мешает заводить любовниц. Это гораздо лучше, чем заводить любовниц, но не иметь жены.

– Боюсь, в данном вопросе я не солидарен с вашим величеством. Супружество предполагает верность.

Последний глоток сделан, можно закончить неприятный разговор.

Граф внимательно прислушивался к своим ощу-щениям. Вроде ничего необычного, яд, подсыпь его слуги по приказу Алисии в чашку, давно бы начал действовать.

Однако не стоило говорить о верности. Судя по набежавшей на лицо императрицы тени, она вспомнила о похождениях супруга. За свое пятнадцатилетнее правление Деймон Первый умудрился завести около сотни романов и мелких интрижек. В результате по просторам империи бегали десятки монарших отпрысков. Ни одного покойный император не признал, поэтому сосчитать их не представлялось возможным. И кто-то в свое время мог примкнуть к абигонцам.

Ленар тряхнул головой, отгоняя призраки прошлого, и снова бессознательно прижал пальцы к вискам. Сквозь отделанные в мармеладных, бледно-розовых и бледно-зеленых тонах стены проступили картины сожженных деревень и виселицы, много виселиц. Граф ехал мимо них, всматриваясь в лица, а за ним следили. Он кожей ощущал неприязненные, настороженные взгляды, но знал, стоит обернуться, невидимые наблюдатели исчезнут. Столько лет прошло, а Ленар помнил запах гари, ржавые подтеки крови, искаженные мукой лица.

– Вам нехорошо?

Встревоженная Алисия потянулась к колокольчику для вызова слуг.

– Простите, ваше величество.

Граф не желал ничего объяснять. Он мог бы сослаться на бессонную ночь, но предпочел сдержанно попрощаться и покинуть пропахшие нафталином комнаты. Ему требовалось встряхнуться и наконец заняться делами.

Итак, где сейчас может быть Катарина? Женские ласки действеннее любых настоев.

«Она пыталась меня убить».

Ленар остановился, будто споткнулся о внезапно всплывшую в мозгу мысль.

– Почему ты пожалел ее? – Граф не заметил, как спросил это вслух. – Хотя она так и так попадется, Эммануэль докопается.

– До чего? И кто эта таинственная «она»? – послышался рядом звонкий голосок.

Ленар улыбнулся. Создатель о нем позаботился, послал навстречу Катарину. Маркиза держала одну из левреток императрицы. На редкость глупые и визгливые создания!

– Боюсь, я не смогу удовлетворить ваше любопытство. – Поравнявшись с Катариной, граф ухитрился поцеловать ей руку. Это оказалось нелегко: противная собака норовила его укусить. – Дела государственной важности.

И без экивоков, понизив голос, предложил:

– Прогуляемся? Я соскучился.