Ведьма по распределению - Елена Малиновская

После чего внимательно посмотрел на меня, словно желая проверить, все ли я усвоила.

Я сосредоточенно хмурила лоб, обдумывая слова дракона. Если честно, я не верила Эвотту. Слишком все это неправдоподобно. И это еще мягко сказано.

— Если этот орден тайный, зачем его члены делают себе татуировку? — наконец, задала я резонный вопрос. — Тебе не кажется, что это как-то глупо? Ведь любой, кто ее увидит, сразу же поймет, что к чему. А кто-нибудь обязательно увидит! У того же Дэниеля любовниц, насколько я понимаю, было с избытком. Право слово, не спал ведь он с ними в одежде!

— Милая моя Оливия, — покровительственным тоном начал Эвотт, — ты забываешь, что в орден принимали лишь магов, обладающих великой властью над действительностью. И для таких людей проще простого сделать так, чтобы никто не замечал татуировку, даже глядя на нее в упор. Это же элементарные чары иллюзий! Замкни их на энергетический контур — и дело с концом. Даже возобновлять заклятие не потребуется.

— Но я ведь увидела татуировку, — возразила я. — Нестыковка получается.

— Увидела тогда, когда Дэниель был без сознания, — снисходительно пояснил Эвотт. — Он действительно вчера сильно выложился. Мне даже страшно представить, сколько сил он потратил на путь из Рочера сюда! Двести миль для обычного человека в обличье дракона! Оливия, это… это нечто, выходящее за грань человеческих возможностей. И лишь подтверждает мою теорию. У него не осталось ни крупицы энергии, и маскирующие чары исчезли.

Я открыла было рот, но так и замерла, ошарашенная неожиданной мыслью.

Демоны, а ведь Эвотт, скорее всего, прав! Я ведь видела Дэниеля обнаженным и вчера, когда разбудила его своим амулетом связи. У меня была прекрасная возможность в мельчайших деталях рассмотреть его тело. И никакой татуировки я тогда не заметила.

— Другими словами, ты хочешь сказать, что Дэниель — не просто куратор факультета иллюзий, — медленно протянула я. — А один из самых могущественных магов в мире. Тогда почему он такой… — запнулась, пытаясь подобрать подходящее слово. Затем осторожно сказала: — Ну, обычный, что ли.

— Можешь спросить у него, — вкрадчиво предложил Эвотт. — Что-то мне подсказывает, что его визит не заставит себя долго ждать.

— А все-таки почему ты назвал его не совсем человеком? — не унималась я. — Ты так и не сказал, демон ли он.

— Справедливости ради, демонами последователей Тиарга назвать тяжело. — Эвотт вздохнул. — Как я уже сказал, никто из них не заключал сделку с двурогим богом. Но Тиарг каждому из них дал частичку тьмы. Той стихии, которая как раз и изменяет наш мир. Свет незыблем и постоянен. А мрак — на редкость текучая субстанция. Именно под покровом темноты размываются границы привычного бытия.

— Одно понятно, что ничего не понятно, — пробурчала я, не удовлетворенная столь туманным объяснением.

— Извини. — Эвотт кашлянул дымом. — Я говорю тебе только то, что сам знаю. Но я никогда особенно не интересовался делами людей и уж тем более не вмешивался в них. До меня долетали слухи, не более. Просто у меня очень хорошая память.

— И что теперь делать? — тоскливо спросила я. — Как заставить Дэниеля отстать от меня?

Воцарилось молчание, как будто Эвотт счел мой вопрос риторическим. Оно длилось так долго, что я совсем было решила, что дракон задремал. К тому же его глаза опять потускнели. Однако внезапно он пошевелился и задумчиво подпер длинным хвостом свою огромную голову.

— Слушай, никогда бы не подумал, что предложу это тебе, но почему бы тебе не уступить ему? — проговорил дракон с немалой долей смущения.

— Что?! — От возмущения я чуть не сорвалась на крик. — Да ты с ума сошел!

— Понимаешь, чем больше ты упорствуешь — тем сильнее распаляешь охотничий азарт Дэниеля, — попытался объяснить свои слова Эвотт. — Он привык побеждать, о чем говорит его татуировка. Для него твое сопротивление — это своего рода вызов. И он не успокоится, пока не получит того, чего хочет.

— Значит, ему придется познать горечь поражения, — холодно сказала я. — Потому что я ни за что не соглашусь на его условия. И вообще, у него теперь Бретани есть. Зачем ему я?

— Потому что Бретани — не ты, — внезапно ответил мне сам Дэниель, неслышно выступив из тьмы в круг света, отбрасываемый магическим шаром.

Я чуть не взвизгнула от неожиданности. Как, ну как у него получилось так незаметно подкрасться? Я не слышала ни одного подозрительного звука! Да что там, у меня вообще создалось впечатление, будто фигура мужчины вдруг соткалась из тьмы.

На Дэниеле были та же рубашка и штаны, что он создал при помощи иллюзий в доме Верины. Любопытно, а что под этими маскировочными чарами? Неужели то разноцветное тряпье, которое притащила ему Верина?

Эвотт внезапно зафырчал, давясь от смеха и глядя на мага в упор. Забил хвостом, ненароком снеся парочку деревьев.

Что это с ним? Я удивленно захлопала ресницами, в упор рассматривая Дэниеля и не понимая, почему Эвотт вдруг так развеселился.

— Прости, — простонал дракон, с трудом успокаиваясь. — Но когда еще увидишь самого могущественного мага в мире в таком облике! Одна майка чего стоит!

— И ничего смешного, — пробурчал Дэниель. Страдальчески скривился. — Моя одежда в стирке. Я бы мог, конечно, высушить ее в один миг. Но предпочитаю сейчас экономить силы. Хочу побыстрее восстановиться. Иллюзии не так утомительны, как стихийная магия или тем более изменение реальности.

Ага, вон оно что… Видать, в действительности Дэниель и впрямь обрядился в барахло Верины. И я во сто крат внимательнее уставилась на мага, силясь проникнуть за грань обманного заклятия Дэниеля. Но все зря.

Дэниель тем временем с нехорошим интересом уставился на надпись, прочерченную чуть ранее на земле когтем Эвотта. Ох, надо было ее стереть! Но кто же знал, что этот гад припрется сюда и застанет меня врасплох!

— Так, — медленно обронил Дэниель. Поднял голову и одарил Эвотта укоризненным взглядом. Поинтересовался с плохо скрытым раздражением: — Ну и кто тебя за язык тянул, крылатая ты ящерица? Промолчать не мог, что ли?

Я думала, что Эвотт гневно рявкнет на него. Поставит зарвавшегося мага на место, напомнив, что он не кто-нибудь, а самый настоящий дракон. Но вышло все иначе. Под пристальным немигающим взором Дэниеля Эвотт как-то весь съежился, как будто испугался.

— Представь себе, не мог, — как-то виновато залепетал он, оправдываясь. — Я же дракон. Мы издревле считались хранителями знаний. И спешим поделиться своей мудростью со всеми.

— Вот именно, что ты дракон, — непрошенно влезла я. — А ну — обдай его пламенем! Почему он позволяет себе тебя оскорблять?

Дэниель моргнул и перевел взгляд на меня. И я как-то мигом поняла чувства Эвотта.

Было сейчас в глазах Дэниеля что-то такое… не совсем человеческое. Точнее сказать, совсем не человеческое. Только сейчас я заметила, что его зрачки пульсируют, то сжимаясь до размеров игольного ушка, то занимая все пространство радужки. Этот рваный ритм завораживал, и я торопливо отвела глаза, ощутив нахлынувшую слабость и головокружение.