Верные. Книга 3. Дорога чудес и невзгод - Кристофер Холт

Площадь окружали величественные здания из красного и терракотового кирпича. На одном висела табличка, написанная синими буквами: «ОТДЕЛ ПОЛИЦИИ». Рядом находилась станция службы спасения со сверкающей красной пожарной машиной внутри. На противоположной стороне площади располагалось почтовое отделение, а рядом с ним – небольшое здание суда.

Посреди лужайки на бетонном постаменте стояла бронзовая статуя мужчины в смешном пальто. Неподалёку от неё хрустальными струями чистой воды бил фонтан, окружённый бурно цветущими клумбами, на которых не видно было ни одной сорной травинки.

В дальней части лужайки фасадом на неё выходило самое большое здание из всех. Над его островерхой крышей возвышалась открытая с четырёх сторон башенка, внутри которой висел большой медный колокол. Над дверями было написано: «РАТУША»^[2].

Всё выглядело очень чистым и ухоженным. Хотя люди не ходили по тротуарам, во всём явственно ощущалась забота человеческих рук.

– Хорошо, возвращайтесь к патрулированию! – скомандовал Джулеп. – Все, кроме тебя, Дикси. Иди сюда.

– Есть, сэр! – пролаяла та и подбежала к вожаку, а другие овчарки тем временем разбежались в разные стороны, чтобы вернуться к своей работе по охране города.

Джулеп кивнул Максу.

– Боюсь, я должен наблюдать за своими подчинёнными, – объяснил он, – а вас оставляю в умелых лапах Дикси. Она отведёт вас к нашей леди. Это недалеко.

– Спасибо за всё! – Макс дружелюбно вильнул хвостом. – Мы ценим, что вы пришли за нами.

– Даже при том, что мы в этом не нуждались, – протявкал такс.

– Крепыш! – укоризненно воскликнула Гизмо, а Джулепу сказала: – Вы были великолепны! Надеюсь, мы скоро увидимся.

– Я в этом не сомневаюсь, маленькая леди, – ответил вожак овчарок. – Желаю вам приятно провести время в нашем городе.

С этими словами он понёсся вскачь в сторону почты.

– Пойдёмте со мной, – предложила Дикси. – Скоро время кормёжки!

Она развернулась и побежала по траве, Макс и остальная компания последовали за ней. Лапы Макса ощутили вместо асфальта прикосновение к мягкой влажной траве и земле. Пёс не мог удержаться от искушения – повалился на спину и стал кататься с боку на бок.

– О, как приятно пахнут эти цветы!

Макс огляделся и увидел Крепыша и Гизмо, которые топали по дорожкам между клумбами. Дикси, радостно дыша, наблюдала за играми собак. Даже Джорджи, похоже, был доволен: он забрался в фонтан и пытался лакать воду, пролетавшую мимо его носа.

Макс встряхнулся и трусцой догнал остальных. Когда он к ним приблизился, Дикси напряжённо замерла и посмотрела в сторону ратуши. Гизмо сделала то же самое.

– Белка! – гавкнула овчарка.

– Белка! – эхом отозвалась йорки.

На лужайке рядом с фонтаном неподвижно застыла коричнево-серая длиннохвостая зверюшка, её крошечные чёрные глазки были прикованы к группе собак, пушистый хвост едва заметно дрожал.

А потом белка кинулась наутёк.

Макс знал, что у них есть более серьёзные занятия, чем кататься по свежескошенной траве или гоняться за белками. Упорядоченный, продвинутый «Праксисом» мозг говорил ему, что надо сосредоточиться на поисках старой леди. Но инстинкт оказался сильнее. Собаки, не думая ни секунды, бросились в погоню. Джорджи выскочил из фонтана, обдав всё вокруг брызгами, а Гизмо и Крепыш так резко рванули с места, что из-под их лап полетели комочки земли и лепестки цветов. Задние лапы Макса подняли в воздух облако травяных обрезков: он помчался за Дикси.

Белка выкрикивала оскорбления и опрометью неслась по лужайке, но Макс не мог разобрать ни слова из её сердитого стрекота. Да и какая разница, что она там верещит! Этот маленький пушистый комочек необходимо догнать!

Они зигзагом обогнули цветочные клумбы и снова оказались у фонтана. Поняв, что ей не оторваться от преследователей, белка совершила отчаянный бросок к белому зданию рядом с ратушей. Оно было круглое, с открытыми стенами и крышей, которая сходилась в одной точке.

– Она бежит к беседке! – крикнула Дикси.

– Заходи сбоку, Крепыш! – тявкнула Гизмо. – Она уходит!

Лапки такса так и замелькали: он пытался догнать сердитую белку.

– Я стараюсь! – гавкнул он в ответ. – Она слишком шустрая!

Белка оказалась у лестницы, ведущей в беседку, за несколько мгновений до собак, вскочила на скамью, оттуда – на перила и наконец полезла вверх по одному из столбов, которые поддерживали крышу. Прокричав напоследок ещё несколько невнятных ругательств, она скрылась под свесом крыши.

Пять собак легли на живот, устремив взгляд на дырку, в которой скрылась белка. Все они тяжело дышали, высунув язык.

И тут Джорджи захохотал.

Звук был почти такой же громкий, как его вой; пёс сотрясался всем телом и стучал хвостом по траве; смех вырывался раскатами из его пасти и окутывал всю лужайку весельем.

Невозможно было не поддержать сенбернара, и вскоре все пятеро катались по траве и гоготали.

– Давненько я так не веселился, – задыхаясь от смеха, выдавил из себя Джорджи.

– Ага! – крикнула Гизмо. – Как я рада!

– Видишь? – Макс ткнул сенбернара носом в бок. – Жизнь налаживается. Скоро мы встретимся со старой леди в шляпе, а потом и в Батон-Руж отправимся, к Белл.

Дикси прищурилась:

– Ты сказал – к Белл? В Батон-Руж?

– Именно так, – подтвердил Крепыш. – А что?

Не успела овчарка ответить, как раздался громкий металлический звон: боммм.

Крепыш быстро отполз назад и спросил:

– Что это было?

Дикси указала мордой на башенку над ратушей. Снова послышалось «боммм», и Макс увидел, что блестящий бронзовый колокол завибрировал.

– Днём он отбивает часы, – объяснила овчарка. – Когда прозвонит шесть раз после полудня, значит настало время кормёжки!

Все собаки уставились на сверкающий колокол и молча считали удары. Как только по улице разнеслось шестое «боммм», Дикси побежала к дороге, которая шла мимо почты.

– Сюда, – сказала она.

Макс, Крепыш, Гизмо и Джорджи кинулись за ней.

– Скажи, Дикси, – обратился к овчарке Макс, бежавший рысцой рядом, – почему ты так странно отреагировала, когда мы упомянули Белл и Батон-Руж?

Уши полицейской собаки дёрнулись; наконец она ответила:

– Просто услышала знакомое имя. Должно быть, какие-то собаки в городе упоминали о ней. Можете расспросить их подробнее, если вам любопытно.

– Думаю, мы так и сделаем, – кивнул Макс.

Они оказались на тротуаре перед почтовым отделением. Из кустов, из тёмных дверных проёмов вылезали другие собаки и кошки. Все они тянулись к тротуару. Как и у немецких овчарок, шерсть у них блестела, будто все они недавно побывали в салоне красоты для зверей. На каждом был новенький яркий ошейник с маленькой серебристой биркой.