Пепел умерших звёзд - Михаил Дребезгов

Нифонт не отказался и от этого эксперимента – взял безвольного пленника за руку и надавил чужой ладонью на шип. Раб снова вскрикнул, но быстро начал успокаиваться и перестал трясти обожженной рукой. Чародей пристально уставился в глаза подопытного. Радужки стремительно наливались оранжевым мерцанием, а зрачки начали судорожно сокращаться и расширяться, причем независимо друг от друга. Один мог сузиться и замереть на несколько мгновений, а второй – в рваном ритме менять диаметр. Через полминуты зрачки прекратили бешеную пляску, а на лице замерло выражение отстраненного блаженства.

Все классические признаки были налицо.

– Что ж, в этот раз, похоже, все верно, – констатировал Нифонт, вновь разглядывая кустарник. – Как за ним ухаживать? Разводить?

– Тебе проведут инструктаж, – отозвался император. Его взгляд не отрывался от двух разновеликих кубов, паривших посреди зала. – Ну что, смертный, по рукам?

– По рукам, – кивнул Нифонт, как можно незаметнее складывая в уме чары. Если все пройдет удачно, к вечеру раб скончается от сердечного приступа. Высшие когнитивные функции почти угасли в этой карикатуре на человеческое существо, и она была скорее животным, чем разумным созданием – но все же Шриваставу коробило от одного взгляда на подобную участь.

Эвтаназия – единственная помощь, которую он мог предложить на данном этапе.

Звездолет «Танатос»

Пятнадцатое ноября 2278 года по земному летосчислению

Вскоре после того, как за Семеном закрылась дверь, в кают-компании начался мозговой штурм, посвященный стратегии борьбы.

– И как мы будем его искать? – задал вопрос Александр. – Совсем не факт, что Семен сумеет его обнаружить.

– А что такого? – не понял Эльринн. – Пробьем все доступные базы данных по словам «Владыка», «Нифонт», «Почитатели Огня»… Может, чего и найдем…

– Пробовал, – размеренно отозвался Уррглаах. – Ничего представляющего интерес.

Зиктейр хихикнул и выдал замысловатую гоблинскую идиому, описывающую прелести поиска одной конкретной хвоинки в ельнике. Баггейн задумчиво пошевелил ушами, вытащил потрепанный блокнот и начал делать в нем какие-то пометки шариковой ручкой. Никто не знал толком, где консервативный перевертыш добывал свой антиквариат, но стоило закончиться месту в блокноте или чернилам в ручке, он немедля обзаводился новыми.

– Прочесывать городские клубы долго, – прокомментировал Эльринн вслух, не переставая что-то чиркать на листке, – но, видимо, придется. В Сети оседает не все, а вот если осторожненько порасспросить местных… На что-нибудь можем и наткнуться – если не на место сбора, то на какие-нибудь интересные сведения.

– Примем в качестве рабочей версии, – отозвался дракон. По его лицу сложно было что-либо прочитать, но, кажется, его такой подход категорически не устраивал.

– Другой вопрос, – снова подал голос Синохари. – Когда мы этого Нифонта отыщем – что мы с ним будем делать?

– Поговорим, – ответил Уррглаах. Макс сморгнул и удивленно посмотрел на него:

– Просто поговорим?

– Не «просто», а по делу, – хладнокровно отозвался ящер. – Судя по тому что он выбирает предельно малонаселенные звездные системы, наш фигурант определенно не ставит целью терроризм или нечто подобное. Вместе с тем – почему тогда он не выбирает звезды с необитаемыми планетами, ведь таких гораздо больше? Тут очень много неясностей, которые было бы неплохо прояснить в беседе с самим Нифонтом – возможно, с ним удастся даже договориться как с разумным человеком.

– Ты в этом уверен? – поинтересовался баггейн.

– Нет, – прямо ответил Уррглаах. – Недостаточно данных, чтобы судить о психологии фигуранта. Тем более что он явно не разменивается на простые планы, предпочитая сложные комбинации. Человек, который прикидывается мертвым, гасит звезды и одновременно возглавляет секту, успешно выдавая себя за бога… Пока не берусь утверждать, чего от него можно ожидать. Впрочем, эпизод со взрывом тюрьмы указывает, что велика вероятность… агрессивного отпора. К этому стоит подготовиться заранее.

– А что тут готовиться? – не понял Аневич-Эндриксон. – Нифонт – маг…

– Чародей, – поморщился Александр. – В крайнем случае – теург. Маги – это зороастрийские жрецы, к нам отношения не имеют.

– Хорошо, чародей, – принял поправку Макс. – И, стало быть, чувствует магию. В качестве переговорщика выступает кто-нибудь из наших ма… теургов, отвлекая на себя внимание, а в это время кто-нибудь другой занимает позицию сзади, чтобы в случае чего оглушить и скрутить Нифонта!

Синохари хохотнул.

– Смешно, – без тени улыбки на лице согласился дракон. – Безусловно, Нифонт во время опасных переговоров полностью пренебрежет защитой и не задействует даже простое защитное поле. А рядом не будет ни одного Почитателя Огня, а если и будут – то, безусловно, проявят полное бездействие. Никаких огненных птиц, с легкостью разрушающих каменные храмы, и других вещей, о которых мы не имеем представления.

– Резонно, – со вздохом признал ученый, размышляя, с чего бы ящера пробрало на столь откровенный сарказм. – Хм, кстати, если у них все завязано на огонь… как насчет воды?

Александр задумчиво почесал нос, потом отверг эту версию:

– Скорее всего, вода просто испарится – а это нам только помешает. Не обваримся, конечно, благодаря вашим разработкам, зато видимость нам это знатно попортит…

– Да я не в том смысле… – поморщился Макс. – Не знаю, как это будет в ваших теургических терминах, поэтому приведу простую аналогию. Знаете, как волны в противофазе взаимно гасят друг друга? Что, если поступить так же – столкнуть разные… значения? Смыслы? Как это правильно называется? Никогда не мог понять вашу запутанную терминологию.

– А, понял, – кивнул чародей, – конфликт идей. Как раз ваши, республиканские спецы, исследовали этот вопрос. Как бишь оно называется?..

– Эффект Рамбла-Лоуренса, – отозвался Уррглаах. – Интересные были люди, Лоуренса я лично знал. Мысль богатая, но она излишне чревата.

– Ага, – согласился Александр. – Побочные эффекты, резонанс вторичных гармоник, риск коллапса… Слишком ненадежно. Лучше поискать другие методы. Возможно, «Черное Безмолвие», но у нас нет нужного оборудования.

– Мысль неплохая, – согласился дракон. – Хотя тут тоже есть нюансы. Считается, что эти культисты не используют магию – вполне возможно, блокирующие чары их просто не возьмут.

– Что еще за «Черное Безмолвие»? – не понял Аневич-Эндриксон.

– Чары, которые не дают воспринимать магическую составляющую мира, а значит, и колдовать, – пояснил Синохари. – Но для них нужны очень специфические талисманы, частным лицам их не продают – разве только на черном рынке.

Последнее обстоятельство явно вызвало у Макса недовольство, но какую-то пометку в коммуникаторе он все же сделал.