Куратор Истории - Юрий Иванович

И одна – наиболее актуальная. Тем более что мне уже пару раз звонила в течение дня Софийка и просила забрать её из больницы. Ехать домой на такси она не хотела, да и я заранее согласился её сопроводить.

Поэтому, как только в укромном месте принял данный мне от рождения облик, помчался к подруге. Как по мне, то ей стоило ещё день-два полежать в тепличных условиях. Выглядела бледненькой, дышала аккуратно, смеяться громко не могла, как и резко взмахнуть руками не пыталась. Увы, в наших больницах долго не залежишься: можешь ходить? Значит, топай домой! Пусть даже ты на костылях и весь в гипсе.

Зато настроение у подруги оказалось вполне бодрое, под стать привычному для неё фонтанирующему оптимизму. С первого момента нашей встречи её ротик не закрывался, эмоционально исторгая на меня кучу информации и вопросов:

– Нет, ну ты видел мою машину? Она же всмятку! Такая разве подлежит ремонту? Вот и я думаю, что, получив страховку, куплю себе новую. Мне цвет этой уже поднадоел. И отныне у меня есть возможность хвастаться, что я пережила автокатастрофу. И почти не пострадала! Разве трещина ребра – большая проблема? Ведь такой удар был сильный, что мне показалось, я сразу погибла!..

Радовало, что она так простецки отнеслась к аварии и не получила при этом моральную травму. Но в то же время мне следовало уточнить все мелкие детали события, чтобы в дальнейшем было меньше сомнений:

– Софи, очень тебя прошу: вспомни все детали происшествия. Особенно в отношении ударившего тебя джипа. Это очень важно.

– Джип?.. Ну да, там водитель точно был пьяным, – пустилась она в воспоминания. – Жаль, что я не наблюдала за ним специально, не то обязательно успела бы свернуть в сторону, а то и остановиться. Но он вроде подъезжал к перекрёстку на красный свет и как бы собирался остановиться. Потом вильнул разок, прижимаясь к тротуару, и вдруг рванул с невероятной скоростью. Словно прыгнул… Больше ничего не помню… Весь мир перевернулся с ног на голову, и я даже потеряла сознание на короткое время. Дальше осознала себя уже укладываемой на носилки. Ну и тебя увидела…

Конечно, один-два процента ещё оставалось на то, что за рулём таранившей машины находился пьяный или обкуренный наркотой недоносок. Но все остальные данные говорили о том, что Софийку атаковали преднамеренно. Теперь бы мне ещё понять причину такой атаки, и вполне легко будет догадаться о том, кто именно это сделал. Или кто заказал подобный наезд.

Поэтому следующими вопросами я озадачил подругу на иную тему:

– Постарайся припомнить всех, с кем ты поссорилась в последнее время. И хорошенько подумай: есть ли у тебя враги?

– Ну что ты, Валентин! – искренне поразилась она. – Откуда у меня могут враги взяться? Я и ссорилась за последние месяцы всего один раз, в мясной лавке, когда мне попытались подсунуть несвежую вырезку. Но тот продавец, хоть и сволочь позорная, вряд ли осмелится муху прихлопнуть. Куда ему людей давить-то?..

– М-да! Не знаешь ты людей, не знаешь… Особенно мясников! – Это я уже бормотал, паркуясь возле дома Софийки. Но в самом деле я не подозревал продавца подпорченной вырезки, ну разве что на него полпроцента давал, потому что чего только в этой жизни не случается.

Помогая выйти подруге из машины, сразу потребовал:

– Думай, что надо купить тебе на кухню из продуктов. Самой тебе ещё с неделю дома сидеть, а заказывать по телефону – не стоит.

– С какой такой стати? – поразилась она.

– Пока не выяснится, кто тебя ударил и по какой причине, лучше тебе поостеречься. – Мне вспомнились пропавшие девочки-двойняшки, и я добавил в голос строгости: – Пожалуйста, отнесись к этому серьёзно!

– Ладно, раз ты настаиваешь, – согласилась Софи с довольной улыбкой. – Но неужели ты сам собираешься заниматься расследованием? И тебя для этого отпустят с работы?

По рассказам Николя Мэтрюса она знала, где и кем я работаю, потому и относилась к моим заявлениям несколько скептически. И уже в магазине, набирая продукты в тележку, я несколько приоткрыл перед ней свои, якобы немалые, связи:

– В полиции у меня достаточно знакомых, чтобы придать этому расследованию наибольший приоритет. По моей просьбе дело на заметке у самого высокого начальства, а посему виновник твоего несчастья будет найден в ближайшие часы. Если уже не сидит в камере предварительного задержания.

– Хм! И чем ты будешь со своими знакомыми расплачиваться?

– Не беспокойся, взяток они не берут. Разве что придётся мне портрет жены одного капитана нарисовать. Она уже давно просит.

– Ага! – засмеялась Софи. – Теперь мне понятно, на кого, чем и как ты будешь давить. А меня увековечишь для истории? Или хотя бы лёгкую карандашную зарисовку сделаешь?

– Конечно! Для художника просто грех не запечатлеть такую великолепную фигурку, как у тебя! – не пожадничал я на комплимент.

Ну и когда мы уже поднимались по лестнице в квартиру подруги, я услышал от неё предупреждение:

– Ты сейчас за Моникой помчишься… Но будь с ней поосторожнее. Слишком она не искренняя, с двойным дном. Вот просто женской интуицией чувствую, что она готова на любое коварство и обман.

Я вначале лишь пожал плечами, хотя и сам прекрасно засёк вчерашние притворства мадемуазель Чамзини. Но тут же припомнил и её странный интерес к молодым парням девятнадцатилетнего возраста и мысленно принял решение выяснить о Монике всё, что удастся.

Ну а вслух отделался рифмованной строчкой:

– Коварство и обман присущи каждой даме, но что меня дурить, коль нет гроша в кармане?

– Не знаю, не знаю… – Доставая ключи от квартиры, Софийка покосилась на пакеты у меня в руках. – Продукты ты мне купил самые дорогие, машина у тебя неброская, но весьма солидная, одеваешься ты вполне изысканно и со стилем. Да и вообще, мужчина очень видный, импозантный, такого большинство женщин мечтают поймать в сети семейных отношений.

– Ну нет, со мной это бесполезно! – рассмеялся я. – Закоренелые холостяки ни в какие сети не ловятся. В крайнем случае могу созреть для семейной жизни только годам к пятидесяти. Хе-хе!

Мы вошли в небольшую прихожую, из которой виднелась гостиная с открытой кухней. Туда меня и увлекла хозяйка квартиры, указывая на два высоких стула возле узкого стола барного типа:

– Ставь пакеты сюда! – Но пока я это делал, она оглянулась по сторонам и резко воскликнула: – Ой! Кошмар какой!

Даже у меня сердце дрогнуло и заколотилось быстрей, столько эмоций выплеснулось в этих возгласах:

– Что случилось? – При этом я никакой опасности не видел, но вслед бросившейся внутрь комнаты девушке смотрел с напряжением.

– Моя мебель! – причитала она на ходу. – Бабушкин комод!.. Он поцарапан!.. И вздулся от влаги!.. Сволочи!..

Удалось только через минуту вклиниться в её монолог с коротким вопросом:

– Кто сволочи?