Факультет уникальной магии - Екатерина Флат

— Надолго? — Я совсем расстроилась.

— Сама не знаю. — Графиня покачала головой. — Я ведь уже давно живу не здесь, а в Ферроне. Это чудный живописный городок примерно в месяце пути отсюда. Сюда я приезжаю совсем редко. Погостить немного, внука навестить. Наш семейный целитель яро утверждает, что для моего пожилого здоровья морской воздух вреден, вот я тут надолго и не задерживаюсь. Да и, честно говоря, особого желания нет. Все-таки с этим городом связано больше неприятных воспоминаний, чем радостных.

— Но я все же с удовольствием бы послушала вашу историю, — попросила я. — Может, что-то полезное для себя вынесу.

— Ну что ж, — Анна Викторовна откинулась на спинку кресла, — постараюсь рассказать самое важное. Мне было всего шестнадцать, когда я здесь оказалась. Думаю, ты представляешь мои испуг и непонимание. Смотритель не стал долго церемониться, сразу же отправил меня в местный университет. Там даже глаза закрыли на мой возраст, все-таки в любом случае были обязаны принять иномирянку. Ну вот, мое положение стало хоть немного стабильным. У меня был кров, еда и какие-никакие шансы устроиться в жизни. Пусть мои способности к артефакторству оказались довольно средними, но прикладные маги пользовались большим спросом, так что работу после обучения я бы точно нашла. Но иллюзия стабильности длилась ровно месяц. До того момента, как университет закрыли на год.

— Да, я помню, вы говорили, что в какой-то академии что-то опасное произошло, вот все учебные заведения временно и позакрывали. — У меня тут же мелькнула странная мысль, но я не смогла ее ухватить.

— Да, верно. И из-за этого я практически оказалась на улице. В какой-то мере мне все же повезло, я нашла работу. Устроилась посудомойкой в одной местной таверне. В качестве платы мне позволили жить там же в чердачной комнатушке и кормили худо-бедно. А потом в один ненастный день в таверну заглянула графиня Арландская. Ее экипаж как раз поблизости сломался, и пока кучер пытался наладить, она укрылась от непогоды здесь. Я как раз посуду со столов в обеденном зале убирала. И так получилось, что разговорилась с графиней. Добрая она женщина была. Позвала меня к себе служанкой. И, конечно же, я согласилась. Думала, ну вот, наконец-то удача мне улыбнулась.

— Судя по вашему невеселому тону, это оказалось не так, — осторожно произнесла я.

— Нет, сначала-то, конечно, мне все чудилось радужным. — Анна Викторовна невесело улыбнулась. — По сравнению с таверной я чуть ли не в раю оказалась. Да, здесь тоже хватало работы, но зато условия жизни были совсем другие, еще и жалованье мне платили. Но невезение оказалось совсем в другом. Мною заинтересовался Деррек. Конечно, сын графини был довольно красив и уж очень обаятелен, но я все же прекрасно понимала, что лучше держаться от него подальше. Но, увы, у Деррека были иные взгляды… Когда я узнала о своей беременности, я пришла в такое отчаяние, что врагу не пожелаешь. Я ведь за свою-то дальнейшую судьбу не могла поручиться, а тут еще с малышом на руках, одна и без какой-либо поддержки. Но хоть в чем-то Деррек оказался благородным человеком. Пусть я совсем не хотела связывать с ним свою жизнь, но тут выбора особого не было, я уже не о себе больше думала. А о будущем малыше. Потом, со временем, конечно же, стало проще. Как говорится, стерпелось — слюбилось. Да и оглядываясь назад, понимаю, что в каком-то роде мне все же повезло.

Анна Викторовна ненадолго замолчала. А я мрачно думала о том, насколько я наивно все себе представляла. Я-то решила, что у графини в свое время все сложилось вообще шоколадно. Эдакая история Золушки и прекрасного принца.

— Тебе ведь тоже, наверное, кажется странным, — снова заговорила графиня, — что я отнеслась с таким вниманием к твоей судьбе. Пойми меня, пожалуйста, правильно, я как бы вижу в тебе ту себя. Одинокую, потерянную и совершенно беззащитную перед этим равнодушным миром. Я понимаю тебя как никто и не хочу бросать на произвол судьбы, тем более раз у меня есть возможность тебе помочь.

— Поверьте, я вам очень за это благодарна, — тихо произнесла я.

— Но давай больше не будем о грустном. — Анна Викторовна вновь залучилась жизнерадостностью. — Ты не переживай, ты ведь не одна. Я обязательно помогу тебе устроиться в жизни.

Чтобы сменить гнетущую тему, она принялась рассказывать презабавную историю о местном садовнике. Но я слушала вполуха. Наконец-то смутные догадки обрели очертания. Какие-то уж очень странные совпадения получились. Университет закрыли, отношение к уникальным магам изменилось — и все примерно в одно время.

Дождавшись, когда Анна Викторовна договорит, я попросила:

— Расскажите, пожалуйста, поподробней, из-за чего в свое время здесь университет закрыли. Вы упоминали о катастрофе в некой академии, но что именно там произошло?

Графиня ненадолго задумалась.

— Начать, наверное, издалека придется. Вот смотри, — она взяла с серебряного блюда с фруктами апельсин. — Мякоть — это местный мир, кожура — так называемая изнанка, которая тут играет роль своеобразной защиты от всего извне. А извне царят всевозможные жуткие сущности, которых здесь называют демонами. Не знаю, насколько это соответствует земным представлениям, я все же сама этих существ не видела. Но факт в том, что они существуют. И вот пятьдесят лет назад в Бунвейне, в магической академии, произошел прорыв изнанки мира, — она острым ножом срезала часть кожуры, — через который в мир и полезли эти монстры. Причем там территорию плотным куполом накрыло, никто внутрь попасть не мог, как и выбраться оттуда. Так что без толку туда послали чуть ли не всю армию боевых магов, они просто не смогли пробиться через этот купол. Он потом сам исчез. Тогда-то и выяснилось, что хоть твари и убрались восвояси, но и в академии тоже никто не выжил. Ведь если с демонами изнанки еще можно как-то справиться все той же боевой магией, но есть те, кому и боевая магия не страшна. Так называемые опустошители. Эти чудовища тоже обитают за изнанкой и, как и демоны, питаются магией, убивая при этом самих магов. Хорошо хоть изнанка быстро восстанавливается, закрывая пробоину и затягивая обратно всех выбравшихся тварей. Иначе бы этот мир долго не просуществовал.

— Получается, этот случай был не единственным? — уточнила я.

— Да, вроде как такое уже дважды было за всю историю мира. И в Бунвейнской академии вот в третий раз.

Я задумчиво посмотрела на апельсиновую модель мира.

— Так а из-за чего случаются прорывы изнанки?

Анна Викторовна вздохнула.

— Из-за уникальных магов, Кира.

— Но мы-то тут при чем? — оторопела я.

— Понимаешь, уникальные маги — это те, у кого в развитии стандартной магии что-то пошло неправильно. Это как заболевание.

— Отклонение от нормы, — пробормотала я, вспомнив, как мне об этом рассказывала Аниль.

— Можно и так сказать. — Графиня кивнула. — А изнанка мира ведь магического происхождения, и она очень чувствительна ко всем проявлениям магии здесь. И вот как раз уникальная ее и разрушает. Как болезнь. Каждое применение такой магии порождает крохотную прореху в изнанке. И когда таких прорех оказывается чересчур много, образуется уже прорыв. Эту истинную причину удалось выяснить только после исследования «опустошенной» Бунвейнской академии. А когда уж выяснилось… Королем как раз был уникальный маг. То ли он сам от престола отрекся, то ли его заставили, я не знаю. Мне в то время не до этого было. Но суть в том, что после выяснения неприглядной правды об уникальных магах и начались их притеснения. Конечно, вы ведь не виноваты в таких свойствах своей магии, но и мир нужно беречь. И то хорошо, что вас еще уничтожать не начали. Просто потихоньку делают все, чтобы проявлений уникальной магии было как можно меньше.